Фиктивный брак, или "Спасибо за покупку!" (СИ) - Давыдова Ирма - Страница 7

Какая-то часть внутри меня очень хотела сбежать отсюда далеко-далеко. Очень может быть, это подавала голос та Соня, которая когда-то мечтала выйти замуж по любви. Но от неё осталось так мало, что задвинуть в сторону интересы этой девочки было проще простого.

Отодвигаюсь от растения и смотрю в окно. Там сыро и весьма промозгло, как и полагается во второй половине октября. Но говорят, что как раз солнечная и ясная погода является для свадьбы плохой приметой, а вот эта слякоть – самое то. Может ещё и поэтому люди вокруг такие воодушевлённые?..

Делаю глубокий вдох и позволяю себе минутку слабости. Я ведь уже давно веду себя как независимая и сильная девочка, и прямо сейчас – можно. Поэтому прижимаюсь лбом к прохладному стеклу, зажмуриваю глаза сильно, до радужных пятен под веками, и медленно выдыхаю.

- Всё хорошо, Соня, - шёпотом уговариваю сама себя. – Тебе всего-то двадцать два, через год будет двадцать три. Нормальный возраст, чтобы начать всё с начала: без долга, с деньгами и подальше ото всех. Создашь своё дело, найдёшь себя в жизни, встретишь хорошего и порядочного парня. А этот год просто забудешь, словно и не было его никогда.

- Зиновьева!

Меня окликает знакомый до боли голос, и я оборачиваюсь так резко, что перед глазами начинают мелькать мушки. Теперь главное не повторять этот трюк, иначе закружится голова. Чёрт… Он рано. Я ещё не готова.

- Здравствуйте, Алексей Николаевич, - произношу до того, как получается сфокусировать на начальнике взгляд. Готова, не готова – кого это сейчас волнует?

Иванов, к слову, тоже не стал как-то особо наряжаться. На нём обычный рабочий костюм, просто они у него всегда идеальные. Буквально на мгновение по его лицу пробегает тень брезгливости от моего вида, но тут же пропадает. Обидно ли мне? Да с чего вдруг! Я ведь прекрасно понимаю, кого шеф бы хотел видеть на моём месте, как и отдаю себе отчёт в том, что выгляжу… не слишком презентабельно. Но если эта одежда – лучшее, что вообще у меня есть, то смысл стыдиться? Да и не во мне как в человеке по большому счёту дело: Алексей Николаевич воспринимает меня как вещь. Он эту вещь купил, хотя и не особо рад покупке, так что последующий год терпеть придётся нам обоим.

— Это что ещё за сумка? – взгляд Иванова опускается к моей руке. – Ты в тренажёрный зал после регистрации что ли собралась?

- Вы же сказали, чтобы приезжала сразу с вещами, - в недоумении приподнимаю бровь. – Вот я и приехала.

- А остальные?

Хм… Кажется, он ожидал хотя бы несколько чемоданов. Ну уж простите, чем богаты, так сказать.

- В ней всё, что я хочу забрать, - говорю, твёрдо глядя начальнику в глаза. – Остальное отдала на хранение, ведь вряд ли вам в доме нужны будут мои миски и ложки.

Алексей Николаевич молчит, не комментирует. Не уверена, что доволен моим ответом. Впрочем, он вообще мало чем в этой ситуации доволен, хотя сам же её и спровоцировал.

- Ладно, давай тогда закинем твою сумку ко мне в машину – время позволяет. И не зови меня по имени-отчеству! На работе ещё ладно, но вне стен офиса лучше привыкай звать просто Лёша.

- Поняла.

Лёша так Лёша, хоть Елистрат. Хотя Эльвира называет его исключительно Алексом, на иностранный манер. Очень может быть ему просто не хочется, чтобы я за нею повторяла.

Машину шефа я до этого видела только издалека. Сейчас тоже не то, чтобы меня в неё усадили: так, кинули сумку в багажник. Но я всё равно ощутила приятный древесный запах, идущий из салона, и отметила идеальный порядок внутри.

Все манипуляции Алексей Николаевич проводил молча, на меня старался даже не смотреть. Так и подмывало спросить, не передумал ли, но сдерживаю себя изо всех сил. А если да? Что я тогда буду делать? Чудо вообще, что его девушка согласилась на эту авантюру, и я ушла вчера из кабинета с куда как меньшими потерями, чем ожидала. Возможно, она просто не видит во мне соперницу, и сейчас это мне на руку, как никогда.

- Не зевай, Соня, - немного сердито напоминают мне, и я семеню за шефом обратно в здание.

Двенадцать миллионов. Просто повторяю эту цифру, словно мантру, и напоминаю себе, что деньги окупают абсолютно всё.

Мы проходим мимо основного зала, где одна компания гостей активно ругается с другой, выясняя, чья очередь фотографироваться у локаций с голубями, и заворачиваем в неприметный коридор. Третья по счёту дверь оказывается слегка приоткрыта, и Иванов уверенно топает туда, только в последний момент притормозив и обернувшись на меня.

- Там сидит знакомая моих родителей, она и согласилась расписать нас вне очереди. Не вздумай ляпнуть при ней про контракт!

- Поняла.

- И вот, - он вытаскивает из кармана простой пластиковый пакетик, в котором находится колечко. Обычная тоненькая полоска золотистого металла, у него, кстати, такой уже на безымянном пальце. – Надевай сразу, чтобы там время на эту ерунду не тратить.

- Поняла, - киваю, вытаскивая колечко из нехитрой упаковки, и опять получаю недовольный взгляд начальства.

- Другие слова вообще помнишь сегодня?

Этот вопрос наверняка был риторическим, потому что Алексей Николаевич толкает дверь и приветливо здоровается с сидящими внутри женщинами. Нет, не так. Не «Алексей Николаевич» - «Лёша». Надо привыкать.

- Мамочки, какой ты уже взрослый! – охает та из дамочек, которая внешне напоминает собой шар. – Только вчера, казалось, бегал по нашему двору, и я тебе зелёнкой коленку поливала, когда её расшиб. А сейчас вон девушку привёл брак регистрировать. Тоня, ты можешь себе это представить?

Её соседка, куда как более стройная тётенька, отвечает какой-то шуткой, но я почти ничего не слышу. Сердце колотится так, что за этим звуком голосов не разобрать. И в голове туман.

- Ой, хорошенькая-то какая! – опять причитает знакомая Иванова, и в её взгляде я совсем не вижу брезгливости. Только интерес и забота, какой от шефа ждать бесполезно. – Худенькая только, и бледная. Волнуешься, поди?

- Нет, что вы, тётя Катя! – отвечает за меня начальник, но его знакомая всё продолжает смотреть.

- Немного, - киваю, стараясь улыбнуться, а туман внутри меня только сгущается. – Здравствуйте. Приятно познакомиться.

Ещё секунду или две женщина сверлит меня взглядом, а потом её брови сдвигаются и безо всяких обиняков меня спрашивают:

- Ты сегодня завтракала?

- Завтракала, разумеется, - опять встревает Алексей, но на него цыкает улыбчивая Тоня.

- Н… не помню.

Вру, потому что помню – я не успела. Мне нужно было в срочном порядке отдраивать квартирку перед сдачей хозяйке, и было как-то не до готовки каши. Чай с двумя ложками сахара на скорую руку, пара последних галет, и на этом с завтраком было покончено. Голода я даже не ощущала - не до того было. А вот сейчас внезапно повело.

- Ну-ка, садись давай.

Разумеется, мой будущий супруг ворчит, что мы торопимся, но теперь на него шикают уже всем кабинетом. Меня усаживают на стул и буквально в мгновение ока передо мной оказывается фарфоровая кружечка с золотистой каймой, а на блюдечко выложены три печенья. Рядом чьи-то заботливые руки подкладывают пару шоколадных конфеток в обёртке, а когда чашка наполняется чаем с ароматом таёжных ягод, я готова просто расцеловать этих женщин.

- Ну вот, совсем другое дело, - улыбается мне тётя Катя. – Тут нечего стыдиться, детка – у нас каждая вторая невеста сначала от волнения кусок с утра в себя впихнуть не может, а потом спасибо, если не падает в голодный обморок. А ты у нас и вовсе тростиночка! Эх… Я тоже замуж выходила тонкой да звонкой.

- Зато сейчас у нас сидит дородная краса! – смеются в голос её подруги, а я прячу взгляд в чашку, делая очередной глоток. Кажется, вкуснее чая в жизни не пила!

- Уверена, ты Маруське понравишься, - подмигивает вдруг женщина, и, словно ничего и не было, тянется к документам.

Маруська – наверняка Мария Сергеевна, мама моего шефа, а по совместительству и будущего на ближайший год мужа. Она весьма приятная женщина, хотя общались мы с ней до этого только мимоходом, и, разумеется, меня она иначе, как секретаря своего сына, и не воспринимала. Сейчас же в мои обязанности входит полностью расположить к себе женщину, а заодно заставить поверить Николая Алексеевича, отца начальника, в наш брак. Не справлюсь, и плакали мои денежки.