Знахарь. Трилогия (СИ) - Шимуро Павел - Страница 22

Нет, еду оставлю.

Желудок протестующе заурчал ещё громче, но я проигнорировал его — потерплю. Когда вернусь, поем, если вернусь.

Что ещё?

Нужен нож.

Порылся в ящиках стола и нашёл небольшой клинок с костяной рукояткой. Лезвие было тусклым, покрытым пятнами, но заточенным достаточно остро, чтобы резать траву. Для боя он не годился, но для сбора растений подойдёт.

Я сунул нож за пояс.

Верёвка. Варган говорил что-то о верёвке? Нет, это я сам вспомнил. В любом походе нужна верёвка — универсальный инструмент. Нашёл моток бечёвки на полке и бросил в сумку.

Что-нибудь для освещения?

Лучина не подойдёт — сгорит слишком быстро, да и нести неудобно. Фонаря я не видел. Может, у Варгана есть?

Ладно. Обойдусь.

Я застегнул сумку, перекинул через плечо, проверил, как сидит. Не тяжело, не сковывает движений — для моего истощённого тела почти идеально.

Теперь…

Бросил взгляд на окно и замер.

Свет изменился.

Когда я начинал сборы, за мутным стеклом царило серебристое свечение местной ночи, теперь же появился новый оттенок, едва уловимый, почти незаметный, но мой глаз хирурга привык замечать малейшие изменения. Серебро медленно разбавлялось зеленью, как будто кто-то добавлял в молоко каплю изумрудного красителя.

Рассвет.

Местный рассвет, если это можно так назвать. Кристаллы на гигантских ветвях меняли цвет, сигнализируя о начале нового дня. Цикл, который заменял здесь восход солнца.

«Когда свет позеленеет, буду ждать у обугленного пня», — сказал Варган.

Время пришло.

Этот дом стал моим пристанищем всего на два дня, но уже казался чем-то привычным, почти родным.

Я мог не вернуться сюда.

Эта мысль пришла спокойно, без паники, как констатация факта. Подлесок — опасное место. Варган сам говорил, что даже он не ходит туда без крайней необходимости. А я — новичок с больным сердцем, который не знает местных правил выживания.

Шансы на успех? Система, наверное, могла бы подсчитать, но я не хотел знать.

Иногда неведение — благо.

Я улыбнулся и покачал головой, отгоняя мрачные мысли.

Хватит рефлексировать — пора действовать.

Дверь скрипнула, открываясь. Прохладный воздух ударил в лицо, пахнущий сыростью и чем-то травяным, далёким. Я вышел на крыльцо, закрыл за собой дверь и на секунду задержался, глядя на деревню внизу.

Зеленоватое свечение разливалось по крышам домов, окрашивая их в нездоровый, болотистый оттенок.

Только для меня это утро могло стать последним.

Я сделал глубокий вдох. Выдох. Ещё один вдох.

И начал спускаться с холма.

Спуск дался легче, чем ожидал.

Мысли крутились вокруг предстоящего похода. Что нужно искать? Цветок с пятью лепестками и разветвлённым корневищем. Какого цвета? Неизвестно. Какого размера? Неизвестно. Где растёт? Где-то на маршрутах Наро, если повезёт. Как отличить от тысячи похожих растений? С помощью системы, если она сработает.

Слишком много «если» и неизвестных переменных.

Обугленный пень показался из-за поворота — чёрный, потрескавшийся, торчащий из земли, как гнилой зуб. Вокруг него — утоптанная площадка, где ещё вчера собиралась толпа. Сейчас площадь была пуста, если не считать одинокой фигуры, прислонившейся к пню.

Варган.

Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел куда-то в сторону леса. Его массивный силуэт выделялся на фоне зеленеющего свечения, тёмный и неподвижный, как скала. Копьё было воткнуто в землю рядом — длинное, с широким наконечником, покрытым какими-то насечками.

Я подошёл ближе.

Охотник повернул голову, услышав мои шаги. Его взгляд скользнул по мне, задержался на сумке, перекинутой через плечо.

— Рано пришёл, — буркнул он вместо приветствия. — Свет ещё не совсем позеленел.

— Не мог спать, — ответил я честно.

Варган хмыкнул. В этом звуке было что-то одобрительное, хотя лицо охотника оставалось непроницаемым.

— Покажь, чего набрал.

Это был не вопрос, а приказ.

Снял сумку и раскрыл её перед ним.

Варган заглянул внутрь, и его толстые пальцы перебрали содержимое: фляга с водой, моток верёвки, несколько пустых мешочков для сбора трав, которые я нашёл в последний момент.

— Нож?

— За поясом.

Он кивнул.

— Жратвы не взял. Добре. Не дурак, значит.

— Ты сам говорил — запах привлекает тварей.

— Говорил, — Варган вернул сумку мне. — Но не все слушают. Прошлый раз с Наро ходили, старик настоял хлеба с собой взять. Едва живыми выбрались — три Клыкача на хвосте висели до самых ворот.

Я молча принял сумку и повесил обратно на плечо.

Охотник оторвался от пня и выпрямился во весь рост. В утреннем свете он казался ещё массивнее, чем накануне — настоящая гора мускулов и шрамов. Его глаза, глубоко посаженные под тяжёлыми надбровными дугами, смотрели на меня с непонятным выражением.

— Слухай сюда, лекарь, — произнёс он негромко, но веско. — Туда, куда мы идём, шутки плохи. Это не то, что здеся, наверху — там внизу всё по-другому. Мир там против тебя — каждый куст, каждая тварь, даже воздух местами отравлен. Понимаешь?

— Понимаю.

— Не-а, — он покачал головой. — Не понимаешь. Пока сам не увидишь — не поймёшь. Но запомни одно: идёшь строго за мной. Шаг в шаг. Не отстаёшь, не забегаешь вперёд, не сворачиваешь. Рот держишь на замке, без нужды не болтаешь. Увидишь что интересное — не пялься, не подходи, ничего не трогай. Я говорю «беги» — бежишь, не спрашивая куда. Я говорю «замри» — замираешь, не дыша. Ясно?

— Ясно.

— Вот и ладно.

Он выдернул копьё из земли одним плавным движением. Древко легло в его ладонь привычно, естественно, как продолжение руки. Наконечник блеснул в зеленоватом свете, и я заметил, что насечки на нём — не просто украшение. Какие-то символы, похожие на те, что были на пластинах Наро. Может быть, защитные руны? Или просто метки для подсчёта добычи?

— Тропы, которые Наро указывал, — начал я, — ты их помнишь?

Варган помолчал, прикрыв глаза, словно листал в памяти невидимую карту.

— Помню, — ответил он. — Не все, но большую часть. Старик много чего просил собирать: мох с северных стволов, грибы из низин, корни с болотистых участков. Я знаю, где это.

— Проведёшь меня по этим местам?

— Для того и идём.

Он повернулся и зашагал в сторону деревенских ворот. Я двинулся следом, стараясь попадать в его след.

Ворота выросли перед нами — массивные, сбитые из почерневших брёвен, с острыми кольями на верхнем краю. Рядом стояли двое стражей, закутанных в какие-то шкуры, с короткими копьями в руках. Они смотрели не на нас, а наружу, в лес, и их позы выражали настороженность, которая не отпускала даже на рассвете.

Один из них повернулся при нашем приближении:

— Варган, — кивнул он коротко. — В подлесок?

— Туда.

— Мрак густой нынче, осторожней будь.

— Знаю.

Никаких лишних слов и объяснений, зачем Варган берёт с собой чужака. Стражи просто отступили в стороны и взялись за засов.

Ворота заскрипели, раздвигаясь.

И я увидел их — деревья.

Нет, не деревья — этого слова было недостаточно. Того, что открылось моему взгляду, нельзя было описать привычными терминами. Человеческий язык просто не располагал нужными словами.

Стволы.

Стволы, уходящие вверх, в бесконечность. Тёмно-серые, покрытые корой толщиной в человеческую руку, испещрённые глубокими трещинами и наростами. Ближайший ствол был настолько широк, что на нём можно было построить целую деревню, а таких стволов было много — десятки или сотни, они стояли рядами, как колонны в храме какого-то безумного бога.

Я поднял голову.

Выше. Ещё выше. Ещё.

Стволы не заканчивались. Они поднимались и поднимались, пока не терялись где-то в переплетении ветвей, которое заменяло здесь небо. Гигантские ветви, толщиной с обычные деревья, переплетались между собой, образуя плотный зелёный полог. Сквозь него едва пробивалось свечение кристаллов — тусклое, рассеянное, совсем не похожее на солнечный свет.