Присвою навсегда (СИ) - Гром Юля - Страница 9

— Не смей, — не знаю, откуда берутся силы, но я вскакиваю и выхватываю у него мобильник. — Она только после операции. В тебя есть хоть капля святого? Или ты ее убить хочешь. Чем ты думал, когда ставки делал?

— А ты не учи меня. Если бы я выиграл, ты бы рада была, и первая пришла ко мне деньги клянчить.

— Какая же ты сволочь, — от безысходности хочется спрятаться под одеяло и горько плакать. Я так стараюсь вылечить маму, а эта мразь своими действиями ее погубит.

— Телефон я забираю, чтобы ты не наделал глупостей, подхватываю сумочку и направляюсь к выходу.

— Куда собралась?

— Решать твои проблемы, — вложив в слова весь гнев, отвращение и ненависть, ухожу к единственному человеку, который может мне помочь и в то же время погубить. За его покровительство я отдам не только тело, но и душу, потому что никогда больше не смогу себя уважать.

Когда подъезжает такси, мои нервы взвинчены на максимум. Сажусь, откидываю голову и закрываю глаза. Грудь простреливает острой болью, которая пульсирует и с каждой секундой становится только сильнее. Мне начинает казаться, что я сплю и все, что со мной происходит — это дурной сон.

— Дальше не поеду, — выводит меня из оцепенения таксист и останавливает машину возле пропускного пункта.

— Спасибо, — расплатившись, несмело выхожу, и ко мне сразу же подходит грозный охранник.

— Я к Рустаму Алиеву, — прокашливаюсь, потому что горло перехватывает невидимыми тисками. От недоверчивого взгляда мужчины спину сковывает колючий озноб, который парализует каждую часть тела. Меня трясет от страха, а если мужчина меня сейчас не пропустит, я вообще не знаю, куда податься.

— Паспорт, — строгий голос добавляет охраннику еще больше важности. А когда я вижу у него пистолет в кобуре, вообще теряюсь. Он долго рассматривает мое фото, хмыкает и наконец-то открывает шлагбаум.

— Пятый дом слева, — крикнув мне в спину, скрывается в своей будке.

Медленно, на ватных ногах иду по асфальтированной дорожке и рассматриваю шикарные дома. Это элитный охраняемый поселок, здесь живут самые богатые люди города. Жилище Зевса я узнаю издалека. Самая внушительная постройка, обнесенная колючей проволокой.

Подойдя к пятому дому, задираю голову, рассматривая высоченный забор.

Дрожащими пальцами дотягиваюсь до звонка и робко нажимаю. Кожа покалывает, как будто меня бьет током. Наверное, у меня еще есть время передумать и убежать, чтобы не тешить самолюбие Зевса и не попадать к нему в рабство. Представляю, как он сейчас будет нагло и самодовольно издеваться надо мной и унижать.

Я сама его посылала, отвергала ухаживания, клялась, что никогда к нему не приду. Но жизнь распорядилась иначе. Почему судьба со мной так жестока? За какие грехи я расплачиваюсь? Ведь никому плохого не делала, а отчим — алкоголик постоянно подбрасывает мне новые сложности.

Я только одну проблему успеваю решить, как мне на голову валится новая. Вот и сейчас, добровольно иду в лапы чудовища, который использует мое тело, измажет душу в своей грязи, а потом выбросит за ненадобностью. И чем же я лучше шлюхи? Продаюсь за деньги и покровительство главного бандита города.

Я бы еще долго себя пожирала изнутри, но мое одиночество заканчивается, когда металлическая дверь со скрипом открывается.

В темноте я вижу только очертания высокого мужчины. Лишь когда он встает под свет фонаря, могу рассмотреть черты лица и узнаю в нем лысого парня, который привозил платье от Зевса.

— Тебе чего? — он даже не скрывает удивления, смотрит, прищурив один глаз.

— Я к Алиеву, — робко отвечаю, до боли сжимая в руках кожаный ремешок от сумки. — Мне надо поговорить с ним.

Мужской взгляд скользит от щиколоток, поднимается выше и задерживается на моих губах. Молчаливая пауза затягивается.

— Слушай, — протяжно вздохнув, проводит рукой по лысине. — Видно, что ты хорошая девчонка. Домашняя. Иди домой, нечего тебе здесь делать.

— Нет, мне надо к нему, — не собираясь отступать, решительно делаю шаг вперед.

— Ты ведь пожалеешь. Не связывайся с ним. Иди домой, борщи вари.

— Пожалуйста, отведи меня к нему, — молю, чуть ли не плача. Наверное, мои слезы действуют на него и, сжалившись, пропускает внутрь.

Просторная ухоженная территория, зеленый аккуратный газон. Большой двухэтажный дом с бассейном. Внешне все красиво. Если не брать в расчет вооруженную охрану, никогда не подумаешь, что здесь живет жесткий бандит, наводящий ужас на весь город.

— Чего еле плетешься? — не оборачиваясь, спрашивает лысый. — Если передумала, вернемся, пока не поздно.

Уже поздно. Для меня нет дороги назад. Молча ускоряю шаг, хотя ноги не несут меня в логово зверя, из которого не известно, когда я выберусь.

Я захожу в просторную гостиную, и яркий свет режет по глазам. Проморгавшись, я вижу сидящего с широко расставленными ногами Зевса, а рядом с ним жгучую брюнетку в купальнике. Она ластится к нему и заливисто смеется, не обращая на меня никакого внимания.

— Зевс, к тебе гости, — бросив фразу, лысый смотрит мне в глаза, и помедлив, словно решая, как поступить, уходит.

После того, как Алиев что-то шепчет девушке на ухо, она уходит, ревниво смерив меня взглядом.

— Зачем пришла? — Алиев восседает, как царь на троне. Осанка, стать. Все при нем. Белая, почти до конца расстегнутая рубашка обнажает грудь и каменный пресс. Рукава закатаны. Он расслаблен и совершенно не удивлен моему приходу. Знал, мерзавец, что я сломаюсь и приползу к нему.

— Мне нужна твоя помощь, — едва шевелю губами, умирая от страха и необратимости ситуации.

— Ты говорила, что не такая, и тебя от меня воротит. Что мои подачки тебе не нужны. Что же изменилось?

Рустам говорит ровным голосом, но у меня пальцы леденеют от каждого его слова, сказанного с диким пламенем похоти в глазах. Лучше бы он кричал, срывая связки, чем убивал меня монотонностью речи. Чувствую его желание каждой клеточкой, морально настраиваю себя на неизбежность.

— Я и сейчас своего мнения не изменила, но мне нужна твоя защита, — после моих слов на мужском лице появляется оскал хищника. Не нравятся ему мои слова, а мне тоже не хочется перед ним стоять и унижаться.

— И чем ты меня отблагодаришь? Одного «спасибо» будет мало.

— Ты все-таки добился своего. Я пришла и унижаюсь перед тобой, — срываю с себя платье, бросаю его на пол и остаюсь в одних трусиках, понимая, что выхода у меня нет. Как будто на меня выливают ведро ледяной воды. Я сама от себя не ожидала подобной смелости, только крайняя степень отчаяния могла довести меня до такого шага.

Когда Рустам медленно встает и приближается ко мне, я чувствую его запах, который уже успел впитаться в мои волосы и кожу. Ненавижу этот аромат, но почему-то вдыхаю воздух сильнее. И еще раз. Я вижу в его глазах свое отражение и не могу отвести взгляда. Как будто я под гипнозом.

Встав передо мной, Алиев вытаскивает из кармана руку и проводит пальцами по шее, затем по ключицам.

Тело реагирует на его осторожную ласку россыпью мелких мурашек. Подобная реакция меня пугает.

— То есть, ты будешь послушной девочкой? — тихо, вкрадчиво шепчет на ухо. Горячий воздух его дыхания провоцирует дрожь вдоль позвоночника.

— Да, — полушепот, полустон срывается с моих губ, потому что мужская рука медленно ласкает мою грудь.

— Не слышу.

— Да, — отвечаю со злостью, чувствуя, что низ живота болезненно пульсирует, и странно простреливает между ног.

Когда Зевс отпускает мою грудь, сосок все еще продолжает напряженно ныть после непривычных прикосновений. Зевс пожирает каждую мою эмоцию, с жадностью ее смакует и упивается властью надо мной.

— Тогда проверим, — одним резким движением он разрывает на мне трусики.

Глава 10

Захожусь в немом крике. Меня накрывает волной ярости, пока я стою голой перед чудовищем. Зевс медленно обходит меня по кругу. Кожу покалывает и обдает жаром от его похоти, но внешне бандит ведет себя сдержанно. Контролирует свои движения. Ласково проводит ладонь по спине, ягодицам. А я дышать боюсь под его дьявольским взглядом.