Самозванка в Небесной академии (СИ) - Теплова Арина - Страница 35

Хотел всё исправить. Но прекрасно понимал, что сделать это будет непросто.

Как было доказать Веронике, что я вовсе не такое эгоистичное, развратное чудовище, каким она меня считала? И что чувства благородства и уважения к женщине были и мне знакомы.

На это надо было время. А она сейчас уезжала. И, возможно, мы никогда уже не встретимся с ней. Я не мог вот так отпустить ее сейчас. Хотелось снова объясниться с ней и начать всё сначала: наши отношения, общение, но совершенно в другом формате.

— Что вы здесь делаете? — удивленно спросила она.

К тому же у неё ещё был жених, мой друг Николя. И если она теперь уедет, то я дам ему реальный шанс заполучить эту невероятную прекрасную девицу себе. Но Вероника была нужна мне самому, и отдавать её Николя я не собирался. Оттого был единственный выход.

Я вздохнул и твёрдо заявил:

— Ты сможешь остаться в академии, Вероника, — я чуть сглотнул ком в горле, видя, как её глаза вмиг высохли и она внимательно слушает. — Но есть два условия для этого.

Этот её пронзительный и умный взгляд проникал в самое моё нутро, вызывая в душе сладостное нетерпение и неистовое желание присвоить эту девушку себе.

— Какие? — с надеждой спросила она.

— Пока ты будешь учиться под именем сестры. Но обещаю, к концу года я постараюсь сделать так, что диплом лётчика «Индиговой звезды» получишь именно ты, Вероника Видаль. Но пока не стоит обнародовать правду, что ты не Софи. За это меня могут хорошенько взгреть в Министерстве образования.

— Вы тут причём? Это же я всех обманула.

Мудрое замечание.

— Я всё равно несу ответственность за всё, что происходит в академии, и не имел права допускать подобного обмана.

Может, я бы действительно понял раньше, что она не Софи. Ведь теперь я видел, что они были совершенно разными: начиная от поведения и характера, до речей и мимики. Но мое очарование мадемуазель Видаль в этот учебный год так затуманило мне мозг, что я не замечал очевидного. Потому и винил себя во всем.

— Хорошо. Я понимаю, — ответила она. — Буду благодарна, если вы, господин Бетфорд, сможете сделать так, что диплом выдадут именно на моё имя.

— Итак, с первым решили, — кивнул я, понимая, что надо оставить её в академии любой ценой.

Только так у меня будет шанс завоевать её. Если она уедет, то можно будет забыть о ней навсегда. Такая девица точно не останется без мужа надолго.

— Какое второе условие? — осторожно спросила я.

Бетфорд как-то мрачно окинул меня взглядом и произнес слово-приговор:

— Ты немедля расторгнешь помолвку с Николя Чарлтоном.

— Но, — начала я, совсем не желая этого делать.

Николя очень нравился мне, и я была не против, если в будущем он станет моим мужем. Надёжный, ответственный и спокойный молодой человек. А ещё он прекрасно целовался.

Второе условие Бетфорда было жёстким и слишком болезненным для моих чувств к Николя. Но его предложение остаться в академии было так заманчиво, что я начала нервно кусать губы.

Подумала о том, что смогу ещё не раз встретить такого, как Николя, или же обручиться с ним позже, а вот попасть в Небесную академию и стать лётчиком, возможно, уже никогда мне не представится такая возможность.

— Я согласна. Помолвку с Николя я разорву, если это нужно, — ответила я твёрдо.

Да. Я выбрала свою мечту, а не приятного мне мужчину. И надеялась только на то, что не пожалею об этом.

Бетфорд с шумом облегченно выдохнул. Словно до последнего сомневался в моём ответе, что я выберу Николя, а не академию. Но я не сомневалась в своём выборе: ведь Чарлтон не был мне мужем. И да, я была влюблена в Николя, но не так, как обожала самолёты.

На лице Бетфорда вдруг расцвела довольная улыбка, и он сказал:

— Тогда всё прекрасно, Вероника. Я так и быть, позволю тебе учиться и дальше.

— Благодарю.

— Тогда выходи на следующей станции и покупай билет обратно. Я выйду на этой. Не надо, чтобы нас видели вместе.

— Да, я понимаю.

— Я пока скрою ото всех твоё отсутствие. Думаю, до утра тебя не хватятся. Никто же не знает, что ты уехала?

— Только Жанна.

— Скажешь ей, что неверно поняла мои слова и что я тебя не выгонял.

— Да, хорошо.

— И ещё, — он прочистил горло, как будто ему было трудно говорить об этом. — Я хотел извиниться за все свои непристойные слова и предложения, что делал тебе. Поверь, если бы я знал, что ты не Софи, я бы изначально вёл себя по-другому.

— А с Софи было можно так вести себя? — спросила я, прищурившись.

— Поверь, Вероника, ей это нравилось. А у меня нет привычки навязывать своё общество кому-то из девиц, если они этого не хотят.

А мне пытался навязать. Ну да ладно. Похоже, он и впрямь раскаивался в своих поступках. Я это видела по его серьёзному, проникновенному взору сейчас.

— Я прощаю вас, господин ректор.

— Прекрасно. Тогда до встречи в академии.

Бетфорд уже встал и взялся за ручку двери купе.

— Но отчего вы решили оставить меня? — не удержалась я от вопроса. — Вы могли бы выгнать меня с позором.

— Я не такой мерзавец, каким ты привыкла считать меня, Вероника. И позволь мне доказать тебе это. До встречи.

Он снова улыбнулся кончиками губ и быстро вышел.

Глава 45

Вернулась я в академию уже за полночь. К удивлению, на пропускном пункте артефакты пропустили меня без вопросов, и дверь открылась бесшумно, замигав зелёными сигналами.

Похоже, Бетфорд уже прибыл в академию и выдал артефактам команды на мой пропуск. Я пробралась как можно тише в свой корпус и вошла в комнату, боясь разбудить девчонок.

Но, оказывается, они не спали. Они, лёжа в кроватях, говорили и обсуждали то, что случилось со мной.

— Софи! Ты вернулась?! — воскликнула первая Диди. — Но Жанна нам сказала…

— Она неверно всё поняла, — улыбнулась я. — Я никуда и не уезжала.

— Но ты сказала, — начала Жанна, — что тебе надо на поезд, и что Бетфорд выгнал тебя…

— Расскажи, что произошло толком, Софи?! Мы так расстроились, а теперь ты вот входишь как ни в чём не бывало!

— Я не хотела вам говорить правду, но скажу. Но обещайте, что никому её не расскажете.

— Обещаем, — заявили девочки.

От своих подруг я не хотела больше ничего скрывать. Я была уверена в них, что они не проболтаются никому. Хоть они и были легкомысленными, кокетливыми болтушками, но когда дело доходило до наших тайн, я знала, что они — могила.

Я кратко рассказала, что я не Софи, а ее сестра, и почему приехала в академию. Поведала им, что Бетфорд теперь узнал обо всем, потому и разозлился. Но потом прислал на станцию посыльного и разрешил мне вернуться и учиться. Понял меня. Про всякие непристойные предложения ректора я, конечно, не упоминала и ограничилась тем, что Бетфорд только был возмущен, что я пробралась в академию под видом сестры.

Я боялась, что девочки будут осуждать меня, как и ректор, что полгода водила их за нос. Но они, наоборот, восприняли все спокойно и были рады тому, что я снова буду учиться с ними. Сказали, что я такая же классная, как и моя сестра Софи.

Хоть мы и были очень разными с ними, но это не мешало нам понимать друг друга и дружить.

Уснули мы уже под утро, наговорившись вдоволь.

На следующее утро по расписанию у меня была первой третья пара, и я решила выспаться. Конечно, если это можно было сделать, пока всё утро вокруг меня тихо шастали, гремя баночками и расчёсками, и шушукались подружки. У них были лекции с первой ранней пары.

И я снова закимарила, только когда они вышли из нашей комнаты. Провалилась в глубокий, краткий сон. Всё же эта ночь была суматошной: вокзал, поезд, встреча с Бетфордом, потом возвращение в академию и разговоры с подругами почти до утра.