Чужое счастье (СИ) - Булатова Клавдия - Страница 22

— Я тебе сейчас увернусь, — и Лена погналась за мужем, но тот ужом выскользнул за дверь.

— Наташа, к тебе можно. Я конечно не вправе тебя судить, но вы хотя бы дождались, когда Алексей выйдет из больницы. Сначала разберись с ним, а потом устраивай свою жизнь. Из-за вас я своего не могу удержать, сегодня столкнул твоего с лестницы. Хорошо, что тот ничего не повредил, а то бы моему тюрьма, а у меня дети.

— Ругай меня, Лена, ругай, я это заслужила. Он вчера пришел, а у меня не было сил его оттолкнуть. Я люблю его, да так, что без него мне белый свет не мил.

— Ты успокойся. Я не знаю, у меня со своим все обыденно, живем и живем. Но без него я тоже не могу, наверное, это и есть любовь, когда не можешь жить без человека. А что, об Алексее и не думаешь совсем, ты прожила с ним столько лет.

— Почему не думаю, он из головы у меня не выходит. Я ведь, уже решила порвать с Сашей, но стоило ему показаться на пороге моей квартиры, и я не устояла, не могла его прогнать. Я сама себе противна, что не могу справиться со своими чувствами. А самое главное не знаю, что дальше делать. Алешу уже перевели в палату, так что на днях я поеду к нему. А вот, что я ему скажу, я и сама не знаю.

— Пока ничего не говори, дай человеку выздороветь, приедет домой, и тут все решите.

— Спасибо, Лена, за участие в моей судьбе и за поддержку спасибо.

Татьяна всю ночь прождала мужа, не сомкнув глаз. Раньше он так не делал, обязательно предупреждал ее, что не будет ночевать дома, а тут не знает, что и думать. В последнее время он очень изменился, редко разговаривал с ней. Мало внимания уделял дочери, хотя та, приставала к нему с различными вопросами. С ним и раньше такое бывало, а потом он отходил, и все возвращалось в свое русло. Заскрежетал ключ в замке, пришел. Татьяна заспешила навстречу, но увидев на его лице синяк, опешила.

— Саша, что с тобой случилось, ты где был всю ночь. Нужно было меня предупредить, я бы не волновалась так.

— У меня все хорошо, ударился о руль, с кем не бывает, машина сломалась за поселком, я не мог ее бросить, за ночь раскурочат всю.

— Иди в ванную, смой дорожную пыль, сейчас завтрак приготовлю.

Саша стоял под струей воды, и смывал, но не дорожную пыль, а следы любви со своего тела. Как показаться в таком виде на работу, что о нем люди подумают. А Татьяна, она любит его, а он ее обманывает, она не заслужила этого.

О сегодняшнем скандале слышал весь подъезд, и если дойдет до его жены, что он скажет ей, и обманывать дальше, нет сил, замкнутый круг. Он бы собрался и ушел к Наташе, но там тоже не все так просто. Что еще с мужем, будет ли он полноценным, или все, же инвалидом. Они договорились, на днях он повезет ее в больницу, к мужу. Заодно и к сыну заедет, скоро заберет его на каникулы.

— Саша, ты, что там пропал, на работу опоздаешь, и завтрак стынет.

Милая добрая Танюша, она хорошая жена, заботливая мать, любит его и детей, а чем он ей отплачивает. Но то, что он будет жить с Наташей, уже решено. И она понимает, что не сможет, как раньше жить с мужем.

Наташа ждала на выезде за поселком Сашу. Он повезет ее сегодня в больницу к мужу. Она боялась этой встречи, что она ему скажет, что больше не может жить с ним. Нет, она пока будет молчать, приедет домой, окрепнет, вот тогда, и поговорят.

— Заждалась любовь моя, два дня тебя не видел, хотя так подмывало придти к тебе, ты же одна дома. Но как вспомню твоего соседа, желание пропадает, этот синяк еще не сошел.

— Он хотел тебе в дальнейшем мстить за Алексея, но Лена пригрозила ему, и он затих на время. Ты пока не появляйся в нашем доме.

— А так хочется оказаться в твоих объятиях, вдыхать запах родного тела, смотреть в твои лучистые глаза, гладить золотистые волосы, и любить тебя, всю, до кончиков твоих волос.

— Прекрати, Саша, мне сегодня предстоит трудная встреча. Я не знаю о чем говорить с мужем, после всего.

— Говори с ним, как обычно. Не нужно усугублять и так его трудное положение. Спроси, как он себя чувствует, а дальше само пойдет. Мне его, как человека жалко, и свою жену жалко, они ни в чем не виноваты, это мы предали их любовь.

— Не рви мне душу, давай просто помолчим, — и она отвернулась, рассматривая мелькавшие за окном окрестности.

21

В больнице она узнала, в какой палате лежит муж, и надев халат, направилась к нему. А сердце ее готово было вырваться из груди, все, нужно успокоиться. На кровати, у окна она увидела своего мужа, он был бледный, и только глаза поблескивали из-под бинтов.

— Алеша, как ты, — она подошла к мужу, и опустилась на кровать.

— Как видишь живой, а лучше было умереть, чтобы развязать руки тебе.

— О чем ты говоришь, живой, и слава Богу, как долго ты будешь тут лежать?

— Мне об этом ничего неизвестно, врачи пока лечат меня. Голова сильно болит, и разговаривать много не разрешают. Но я тебе все-таки скажу, домой я не вернусь, я так решил, а ты устраивай свою жизнь. Я ведь, с самого начала нашей семейной жизни знал, что ты не любишь меня. И это продолжалось до тех пор, пока ты не встретила любимого мужчину. Детям передай привет, я их очень люблю. После выписки поеду к родителям, тогда и дети смогут меня навещать, я по ним скучаю.

— Алеша, не нужно делать так. Сначала давай приедешь домой, а после мы с тобой поговорим обо всем, не нужно накручивать себя.

— Не уговаривай меня, жить с тобой рядом и думать, что ты в любой момент можешь изменить мне. Я люблю тебя, и пусть это чувство останется со мной, а тебе я развязываю руки, поступай, как считаешь нужным.

— Прости меня, Алеша, я виновата перед тобой, и все-таки я думаю, тебе нужно сначала приехать домой, окрепнуть немного, а потом принимать решения.

— Я тебя попрошу, позвони маме, она не знает, что я лежу тут, пусть приедет.

— Хорошо, через неделю я приеду к тебе, а ты поправляйся, до свидания.

— Нет, прощай. Наташа, не нужна мне твоя жалость. И не приезжай больше ко мне, я тебя видеть не хочу.

Она выскочила из палаты, слезы ручьем лились по ее лицу. Что же она наделала, больше она никогда не увидится с мужем, и не она, а он так захотел. Так ей и надо, не смогла уберечь семью. И еще неизвестно, что дети скажут. А мать, какой удар будет для нее. Все любили Алексея. Да его невозможно было не любить. Он всем угождал, обо всех заботился, в том числе и о ней. Как говорится в народе, пылинки с нее сдувал.

Саша ждал ее у больницы, а она думала, что он уедет к сыну.

— Наташа, ты плачешь. Садись в машину, расскажи все по порядку, что, ему плохо.

— Нет, ему значительно лучше, только меня, он больше не хочет видеть. И после выписки сразу уедет к родителям, дает мне полную свободу.

— И что же ты плачешь, человек понял, что ты не любишь его, это хорошо, что так вышло.

— Хорошо, то, что мы его угробили, а я предала. Как мне жить с этим? Как смотреть людям в глаза, детям, матери?

— Успокойся, родная моя, пройдет время, и все раны зарубцуются. Это поначалу кажется, все так плохо.

— Саша, завези меня к маме, это по дороге. Я детей хочу увидеть, соскучилась по ним.

— Хорошо, моя любимая, вот только к сыну заеду, тоже скучаю по нему. На следующей неделе на каникулы заберу.

Вера копалась в огороде, пушила грядки. Дети убежали на пруд, целыми днями пропадают там, и кушать не загонишь. Что-то долго Наташа не появляется, и не позвонила ни разу, как они там. Сегодня сон плохой видела, да и не только сегодня, в последнее время они ей часто снятся.

И на сердце тревожно, отчего бы это, у них все хорошо. Тоня со Степаном живут, душа в душу, и она не нарадуется, глядя на них. А ей внуки не дают скучать, с ними столько хлопот, но ей это в радость, за зиму отдохнет. Кто-то подъехал, бежать надо, она сполоснула руки и устремилась навстречу гостям.

— Наташенька, доченька, а я о тебе только подумала. Что же ты так долго не приезжала?

— Мамочка, милая, — она обняла мать и прижалась к ней, — я тоже скучала, а где дети, почему их не видно?