Наследие Пламенных (СИ) - Дмитриева Ольга - Страница 88

Райга закрыла глаза руками и уткнулась лбом в колени. Она обратилась к внутреннему источнику и мысленно потянулась к ученической нити. Поймала ленту чужого пламени и тогда почувствовала. Где-то далеко, наверху, яростно пульсировал чужой пламенный источник.

Девушка распахнула глаза и прошептала:

— Теперь я тоже всегда могу найти вас, магистр Лин.

Райтон сидел у двери и охранял их до самого утра. Как только розовый луч осветил комнату через узкую бойницу, проснулся Ллавен. А следом за ним открыл глаза и Миран. Эльф тут же подошел к Райге. Он начертил око целителя и внимательно осмотрел ее источник.

— Как себя чувствуешь? — в глазах друга плескалась тревога.

— Нормально, — осторожно ответила Райга. — Вот только магия до сих пор не восстановилась.

Тот только покачал головой.

— Удивительно, что ты вообще жива и в сознании. Ты ведь использовала заемную магию, когда держала щит, верно? Дестабилизационный откат должен был убить тебя. Помочь было некому.

Райга пожала плечами. А принц сказал:

— Наверное, это сделал он, — и юноша указал на ее левый глаз.

Ллавен осторожно убрал в сторону ее челку и внимательно осмотрел лицо через око целителя. А затем его тонкие пальцы прошлись по веку.

— Я не знаю, что это, — наконец, подытожил эльф.

— В смысле что это? — не понял Миран. — Ну очевидно же, что просто шрам прикрывал этот глаз, а теперь он как бы это сказать… прорезался.

— Не было там глаза, — раздраженно сказала Райга. — По-твоему, королевские целители не смогли бы вылечить мне глаз, если бы он там был? Или я бы не чувствовала его под кожей? Не было там глаза. Четырнадцать лет не было! Откуда он взялся? Вырос? Это дико звучит.

— Или это не глаз, — вдруг помертвевшим голосом произнес Ллавен.

— В смысле не глаз? — переспросил Райтон. — Говорю тебе, обычный глаз, только золотистого цвета, не алый. И он как будто горел.

— Вот именно — золотистого цвета и горел, — многозначительно сказал эльф. — Золотистый глаз. Золото. Осень. Глаза цвета осени. Глаза Кеуби…

— … Артефакт Кеуби, — закончил за него принц.

— У меня нет другого объяснения, — развел руками Ллавен.

Райга осторожно коснулась века пальцем и нахмурилась:

— Погодите. Вы имеете в виду, что артефакт, который ищут другие роды, действительно существует? И он все время был со мной?

Какое-то время они молчали, пытаясь переварить предположение Ллавена. Наконец, Райга вынуждена была признать:

— Ну, вообще, эта версия выглядит правдоподобней, чем другие. Магистр Лин рассказывал, что эта рана всегда была странной. Он не мог остановить кровь, а королевские лекари не смогли вылечить шрам. И рана открывалась при появлении воронок. И тогда, когда я искала тайник.

— И слова Хайко, — вдруг добавил принц. — «Осталась ли осень в твоих глазах?»

Райга поежилась и сообщила:

— Почему-то это открытие меня совсем не радует.

— Эта штука спасла нам жизнь, — пожал плечами Миран.

— Но что бы это ни было, опасно им пользоваться, — сказал принц. — Я не знаю, помнишь ты или нет. Но ты не могла им управлять. Не могла остановиться.

— Но мы не пострадали, — возразил Ллавен. — Пламя было повсюду, но нас оно не коснулось.

Райга опустила голову и глухо ответила:

— Нет, Райтон прав. Использовать этот глаз опасно. Я не хочу потерять никого из вас.

— Нужно идти вперед, — продолжил принц. — Неизвестно, что в это время происходило с магистром Лином. Спасти его — наш единственный шанс выбраться отсюда.

Райга снова потянулась к ученической нити и ощутила далекий, слабый отклик.

— Он жив, — уверенно сказала она. — Наверное, они держат его на вершине Цитадели.

— Знать бы еще, какая это Цитадель, — задумчиво протянул Ллавен.

— А есть разница? — спросил Миран.

— Да, — уверенно сказал эльф. — Все Цитадели орков давно изучены. Я знаю, какие ловушки разрушены, а какие работают. Эти знания были бы нам полезны.

Миран покачал головой.

— Зачем орки, вообще, настроили этих громадин?

Юный эльф повернулся к другу и серьезно ответил:

— Когда-то они так истребляли нас. Эльфы не бросают своих. Поэтому орки захватывали кого-нибудь из хорошего рода и блокировали его магию. А после этого помещали на вершину Цитадели. Снимали блокировку с эйле, чтобы другие эльфы могли почувствовать родича и найти его.

— Почувствовать? — переспросил принц.

Ллавен замялся, и Райга ответила вместо него:

— Все эльфы одного рода связаны между собой с помощью чего-то, что называют эйле. Они могут чувствовать друг друга на расстоянии.

— Вообще все эльфы, — поправил ее друг. — Просто связь внутри рода в разы сильнее. Как вы понимаете, это знание не для всех.

Он смерил каждого серьезным взглядом. Юноши кивнули в ответ, а юный эльф продолжил:

— Отрядам эльфов приходилось заходить в Цитадель, полную самых разных ловушек. А через некоторое время к оркам приходила подмога, которая запирала эльфов внутри. Иногда эльфы были искуснее, вызволяли своего и убивали всех орков. Иногда — наоборот. Пока мы не победили в этой войне и не убили всех орочьих магов. Теперь они не смогут восстановить ловушки. Все, что у них есть, — жалкие остатки силы.

— Артефакт, который они использовали против нас, не был жалким, — заметила Райга.

— Это был не орочий артефакт, — ответил ей Миран вместо эльфа. — Сердце Тьмы, один из сильнейших артефактов моего рода. Я думал, что Луций Райс уничтожил его вместе с Пеленой Той Стороны и Безвозмездным Призывом.

— Если бы не твои знания и темная магия, мы бы там погибли, — признал принц и сжал кулаки. — Если бы не твоя магия. И не артефакт Кеуби. А я не смог сделать ничего.

— Наш долг — защищать тебя, — серьезно сказал ему Ллавен. — Ты же принц. И официально мы часть твоей личной гвардии.

Юноша сердито мотнул головой.

— Нет, мой долг — быть тем, кто может защитить королевство. Какой из меня щит и опора трона? Я не могу ни восстановить справедливость, ни наказать тех, кто мутит воду за спиной моего отца, — в его голосе прозвучала ярость. — Но я обязательно наведу в Королевстве порядок.

Он не сказал «в моем Королевстве». Но в этот момент, глядя ему в глаза, Райга вдруг засомневалась, что Райтон не хочет быть королем.

В мешках адепты нашли немного еды. Сухари, хлеб из муки грубого помола, козий сыр, вяленое мясо и рыбу. Ллавен сделал несколько пассов над едой и категорически забраковал мясо. Взгляд у него при этом был такой, что о происхождении странно пахнущих кусков друзья спросить не решились. Они наскоро позавтракали, разложили по сумкам провиант и отправились в путь.

Внутри Цитадель была ни на что не похожа. Адепты шагали по наклонному полу из одного большого зала в другой. По кругу, будто поднимались на огромную гору. Райга поделилась впечатлениями с Ллавеном, и тот сказал:

— Так это и есть гора. Орки не строили Цитадели. Древняя магия позволила им выточить эти залы прямо в скале. То, что мы видим, — лишь жалкие остатки былого величия. Когда-то здесь на каждом шагу были магические и немагические ловушки, удобные места для засады. Но мы убили всех орочьих магов. Больше у них не рождаются дети с даром.

Райга подумала, что определение «остатки былого величия» как нельзя лучше подходило этому месту. В залах был потрясающий мозаичный пол. Уродливые горгульи поражали детальностью исполнения. В стенах зияли проломы на месте разбитых ловушек. Но обломки камней и орудий были убраны. И вообще, несмотря на заброшенность и разруху, внутри царила пугающая чистота.

Орков они встретили через пару часов. Отряд клыкастых и остроухих врагов вылетел на них из-за поворота. Их было около десятка, а у ребят — полные источники. Так что битва быстро окончилась победой адептов. Райга использовала только воздушный источник. Пламенный восстанавливался очень медленно, и она берегла магию.

Когда адепты добрались до вершины Цитадели, в узкие бойницы упали закатные лучи. Перед ними была высокая дверь. А рядом с ней в стене вспыхивал золотистыми искрами крупный орочий опал. Ллавен схватился за голову и начал бормотать что-то на эльфийском. Как показалось Райге, ругательства.