Хозяйка усадьбы в долине драконов (СИ) - Нуар Мия - Страница 3

— Пошли в дом, Дария, — устало предложила я своей служанке.

*дракар — территориальная единица Висавии.

*сириус — дневное светило.

Глава 3

Глава 3

К вечеру руки болели так, что, казалось, горят нестерпимым огнём. Все дела пришлось отложить на неопределённое время. Дария перебинтовала ладони тонкими кусками ткани, которые мы нарезали из старой простыни. Я прикусывала кружевной платок от боли и поглядывала на двери столовой, которую хотелось хотя бы осмотреть.

Сколько планов…

В голове я уже прикинула, что из мебели, лежащей на полу, можно было использовать, а что припасти под дрова. Для отопления достаточно большой усадьбы понадобится много дров. Практически в каждой комнате камины.

А ещё я вспомнила, как забиралась на колени к отцу с просьбой почитать книгу, пока мама была занята своими делами. Одну из гостевых спален на первом этаже баронесса Аделина Адосская приспособила под свой кабинет, который был похож на аптекарскую лавку в многочисленных полках, где стояли в красивых рядах маленькие бутылочки с различным по цвету содержимым.

Травы, семена, цветки, коренья… Всё это или сушилось, или перемалывалось мамиными руками. Иногда баронесса Адосская собирала живительный сок из очередного растения.

— Дария! — сердце словно встрепенулось. — В правом крыле усадьбы должен быть кабинет моей матушки!

— Госпожа, дайте отдых вашим бедным ручкам! — запротестовала Дария.

Непредвиденный отдых пришёлся ей по душе. Я поднялась и направилась к одному из выходов из гостиной. Остановившись у большого арочного проёма, напряжённо вглядывалась в длинный коридор.

— Ох, страшно идти туда, госпожа Эльнара, — проблеяла служанка.

— Пфф… Дария. Здесь нет абсолютно никого!

— Вот-вот, — проблеяла служанка. — От этого боязно вдвойне. Должны были уже обосноваться бродяги, а тут на многие мили нет никого. Была бы лампа. Или, на худой конец, свечи.

Я осторожно ступила на половицу, и она призывно заскрипела. Страх расползся внутри черной кляксой, но я упорно шла по длинному коридору.

Всё равно рано или поздно нужно пройтись по всем комнатам поместья, чтобы иметь полную картину запустения и работы, которые стоит начать прежде всего. Я прошла несколько закрытых дверей, но оставила их без внимания. В голове всплывала картина комнаты с дверями, покрытыми золотистой краской на выпуклых частях. Я подошла к двери и, превозмогая боль, опустила кованую ручку.

Как только глаза привыкли к темноте, сердце запело от радости!

Окна настолько наглухо забиты досками, что в кабинете было темно, как ночью. Лишь тонкий лучик света пробивался сквозь грубые доски, словно пытаясь разбудить то, что так безжалостно предано забвению.

Вот она, вотчина моей любимой матушки… Письменный стол на резных ножках, одна из которых прогнила, и он покосился на один бок, словно припадая на колено перед входящим. Стул, на котором баронесса Адосская сидела часами, вписывая рецепты настоек и болезни, валялся у полок, часть которых стояла вдоль стены. Часть полок лежала разломанной вперемешку со стёклами от разбитых бутылочек. Тут же горой брошены книги в пёстрых переплётах. Будто кто-то искал здесь что-то ценное и остервенело бросал то самое ценное, что есть в этой комнате, небрежно у дверей.

Может быть, искали деньги или ценные документы? Но вряд ли они хранились в этой комнате.

— Какая интересная кладовка, — обозначилась Дария, которая бесшумно шла следом за мной.

— Это рабочий кабинет моей матери. Она любила собирать травы и лечить людей.

— Ваша матушка была травницей?

— Угу, — гулко ответила.

Хотелось осторожно прикоснуться к каждой книге, каждому предмету, который разбросан по кабинету, и вернуть его на место.

— Как только руки заживут, первое, что мы сделаем — наведём здесь порядок, — мечтательно произнесла вслух.

— Может быть, у вашей матушки был записан хороший рецептик от такого недуга, который расцвёл на ваших руках? — осторожно шагая вдоль полок, спросила Дария.

— Хорошая идея! — мои брови тут же взметнулись вверх.

— Я об этом не подумала, — задумчиво произнесла, присев у большой кучи книг.

Перевела взор на оставшиеся бутылки, закупоренные плотными пробками. Дария собрала все рукописи и книги моей матери и принесла в гостиную. Смахнув пыль со старого деревянного столика в гостиной, помнившего те времена, когда на него ставился поднос с чашками, из которых тонкой дымкой поднимался аромат травяного напитка, сложила книги аккуратной стопкой.

В создании чайных сборов мать была просто волшебница. Она умудрялась сочетать такие интересные и необычные травы, что аромат и вкус напитка был просто магическим. Я поддела указательным пальцем одну из страниц рукописи, исписанную красивым каллиграфическим почерком. Надеялась, что рецепты мазей или порошков от ожогов будут в маминых записях.

Полистав страницы, с удовольствием пробежалась глазами по надписи:

Лечение ожогов, покраснений, язвенных болезней.

Листья Кармар, Улич, Минея, семена Филеи.

В равных долях в сушенном виде. Либо кашица из свежих листьев. В сушенном виде — при необходимости развести водой и прикладывать повязки, смоченные в растворе.

— Ох, — протяжно выдохнула. — Знать бы, как они выглядят… Эти семена филеи!

— Госпожа, — захныкала Дария, — кажется, и я ухватилась за ядовитый плющ.

Дария раскрыла свои ладони передо мной, на которых в некоторых местах появились красные волдыри.

— Плохо, Дария. Нужно ехать в центр. Точнее, идти. А мы с тобой на несколько дней выпали, — я тяжело выдохнула.

— Кто знал, что плющ, которым обвит каждый уголок вашей усадьбы, такой ядовитый?

Я принялась листать книги, которые оказались большими сборниками лекарственных растений. Названия растений, что произрастают на лугах нашего дракара, мать отмечала красивыми звёздочками. Рядом с рисунками растений, произрастающих в других дракарах, отмечала их названия.

Листья кармара, улича и минеи найти было несложно. Все эти прекрасные представители многолетних произрастали в дракаре Селиос. С семенами филеи было намного сложнее. Оказалось, что эти оранжевые горошины произрастают только на горных вершинах, и раздобыть такое интересное семечко будет чрезвычайно сложно.

— Предлагаю подкрепиться и погулять по близлежащим луговым полям, — предложила я своей служанке.

— Госпожа Эльнара, вам этих неприятностей мало, — пробурчала Дария.

Мы доели последнюю порцию сушёного мяса и лепёшки, размоченные в воде.

— Как хочется супчика, — вздохнула Дария, угрюмо уставившись в одну точку.

Я грустно улыбнулась.

— Наваристый… С варёными овощами и зеленью, — я мечтательно добавила и сглотнула слюну.

Подхватив книгу, я вышла во двор и направилась к калитке, стараясь не затрагивать длинные нити безобидного на первый взгляд растения. Отворив осторожно калитку, ступила на землю у забора усадьбы, заросшую травой. Прикусив губу, переворачивала страницы книги, внимательно всматриваясь в картинку первого растения из рецепта.

— Дария, смотри внимательно. Кармар. Длинное растение на тонком стебле. Листья с рваными краями, — я покрутила растение перед собой.

— Пфф… Госпожа Эльнара. Ваш кармар растёт повсюду, — фыркнула девушка.

Я подняла глаза и уставилась на растение. Действительно, растение с рваными листьями колыхалось на ветру прямо перед моими глазами.

— Отлично! Несколько листьев нам будет достаточно.

Дария осторожно собрала несколько листьев и сложила в передник.

— Теперь улич и минея, — продолжила я, внимательно читая их описание.

С этими растениями всё вышло тоже гладко. Их было столько, что Дария наполнила передник. Семена филеи оказались нам недоступны, и я решила сделать настойку только из тех растений, что мы нашли с Дарией.

Что ж, попытаем удачу и сделаем настойку из того, что нашли.

Мы вернулись домой в приподнятом настроении. Из собранных растений получилась приличная масса, которую я смяла в миске обломком от ножки деревянного стула, предварительно тщательно вымыв его.