Собственность Таира (СИ) - Кучер Ая - Страница 6

Таир дёргается. Рывками. Грубо. Мощно. Его руки сжимаются на моих лодыжках.

Я сильнее впиваюсь пальчиками в его шею. Словно это джойстик от консоли, и я всеми силами пытаюсь нажать нужную комбинацию.

Где же эта чёртова кнопочка?!

Ну же, ну же, давай, обморок, сработай!

— Не дёргайся! — предупреждаю. — А то я петь начну. Шансон! А пою я плохо. И… И духов натравлю! Предки у меня злые!

Ой…

Мои ногти случайно соскальзывают. Царапают кожу.

Рык превращается в рёв:

— Бешеная сука!

Мужчина дёргается всем телом. Разворачивается, сметая всё на своём пути.

Бар-глобус улетает в сторону с грохотом. Бутылки разлетаются. Алкоголь выливается на пол.

Наверняка дорогой. Очень дорогой. Дорогой, как моя жизнь в этот момент.

— Сука… — цедит он. — Я тебя… Блядь!

Рявкает, когда у меня почти получается придушить его.

Дверь резко распахивается, влетают три охранника. Застывают на пороге.

Пялятся. Не двигаются. Один даже губы приоткрыл.

— СТЯНИТЕ С МЕНЯ ЭТУ ЕБАНУТУЮ! — рявкает Таир.

Ну вот. Обижают без повода.

Между прочим, оскорбление личности — это статья!

Охранники опомнились. Бросаются к нам. Один хватает меня за талию, второй за плечи, третий вообще за ногу.

— Не трогайте! — воплю я, цепляясь за Таира сильнее. — Нет! Он меня убьёт!

Пальцы вцепляются в его рубашку. Хватаюсь. А после раздаётся оглушающий треск.

Я замираю.

— Ой…

Смотрю, на то, как рукав отходит от шва. Ой-ой.

Меня быстро и уверенно отдирают. Двое удерживают за плечи. Я дрыгаюсь, но не помогает.

Таир поворачивается. А взгляд у него…

Это взгляд человека, который тебе ничего не простит.

Никогда.

Сердца начинает выстукивать с двойной скоростью.

Таир потирает шею. Там, где я оставила царапины. Три чёткие полоски. Я их даже отсюда вижу.

Я нервно сглатываю.

Ну всё. Конец. Сейчас точно грохнут. Прямо тут.

Божечки, простите мне, все мои мысли, действия, и особенно лайки на фотки бывших.

Таир делает шаг вперёд.

Я вздрагиваю. Даже охранник за спиной дёргается, как будто боится, что я опять заору.

— Вар на подъезде, — негромко сообщает один из охранников. Тот, что стоял ближе к двери.

Таир замирает. Плечи остаются напряжёнными, но лицо меняется.

Кривится, сжимает челюсть. И, наконец, выдыхает:

— Девчонку в спальню. Мою.

— Нет, подождите… — начинаю, но меня уже тянут.

На второй этаж. Ступени под ногами скользят. Руки охраны — железные. Никаких уговоров. Только вперёд.

Я пытаюсь обернуться. Краем глаза замечаю, как Таир идёт следом.

Меня буквально заталкивают внутрь просторной спальни.

Я испуганно отступаю, когда Таир входит в комнату.

А рядом — ни одного стульчика!

— Тебя спасает только то, что ко мне приехали, — бросает он зло. — Вернусь — с тобой закончу.

— Я… — выдыхаю. — Простите. Это… Это было состояние аффекта. Я не со зла. Это… Стресс. Ну, вы же знаете. Паника. Инстинкт. А ещё, у меня гиперответственность и нарушенная регуляция…

Он не смотрит. Но я вижу, как жилка на шее пульсирует. Нужно срочно исправлять ситуацию.

Комплименты!

Они всегда помогают!

— И вообще, — пытаюсь улыбнуться. — Вы такой добрый. Мне свою спальню отдали. Это… Очень щедро.

— Завязывай вякать, — перебивает он. — Молчать начнёшь — может, целой останешься. Комната моя. Я здесь сплю. А ты — будешь со мной.

У меня перед глазами темнеет. Внутри всё падает.

— А может… — начинаю осторожно. — А может, вы себе другую спальню найдёте? Вот что вам так нравится?

— Матрас тут мне нравится, — рявкает Таир. — Ясно?

Я вздыхаю. Ну да. Конечно. Опускаю взгляд в пол. Не знаю, как ещё налаживать контакт.

Нужно ведь как-то адекватно общаться.

Ладно, про доброту комплимент не зашёл. Но ведь про внешность Таир должен оценить!

— Вам… — поднимаю взгляд. — Вам очень идут царапины на шее.

Таир замирает.

Выражение лица меняется мгновенно. Брови опускаются. Скулы напрягаются.

Мужчина не отвечает. Просто резко разворачивается.

И вылетает из комнаты. Громко хлопает дверью. Я подпрыгиваю от звука.

И чего он?

Хороший же комплимент!

Я стою посреди комнаты. Оглядываюсь. Комната большая. Строгая. Без показного шика.

Мужская. Холодная. Никаких безделушек, фото, книг. Шкаф. Тумба. Стеклянная бутылка на столике. Закрытая. Шторы плотные, не видно света снаружи.

Я подхожу к окну. Отодвигаю шторы. Рассматриваю высокий забор, тяжело вздыхаю.

Всплеск адреналина уходит, и на меня накатывает отчаяние. Давит, приземляет.

Вокруг нет ничего, что я могла бы использовать в качества оружия. Ноль защиты.

Обессиленно опускаюсь на кровать. Как я докатилась до этого?

Наследство? Подумаешь, пара складов. Не зря мама говорила, что не стоит мне про отца спрашивать.

А я ведь думала, что она просто капризничает! Из женской обиды ничего не говорит.

Могла ли мама знать? Что у отца были какие-то долги, и его ищут все кому не лень.

А нашли меня. Заперли в чужом доме. В комнате мужчины, который смотрит на меня, как на то, что он имеет право забрать.

Обнимаю себя за плечи. Я вздрагиваю, стоит подумать, что Таир вернётся. Постарается взять меня силой. И кто его остановит?

Захочет свою «плату» и возьмёт.

А я платить не хочу!

Я зажимаюсь сильнее. Закрываю глаза, чтобы не видеть ни этой кровати, ни этих стен, ни себя в этом положении.

Как выйти отсюда живой? Целой? Как убедить его, что я не предмет, не залог, не плата?

Я не привыкла сдаваться. Но и идей — ноль. Пустота. Все идеи разлетелись. Остался только страх и глухое желание не дать себя растоптать.

Я раздражённо падаю спиной на кровать. Матрас подо мной мягкий. Чуть пружинит.

Хороший, зараза. Качественный. Я даже чуть подпрыгиваю на нём, не специально — просто тело реагирует.

— Понятно, почему он хочет только на нём спать. Это ортопедический рай.

Резко сажусь. В голове проносится вспышка. Идея! Не гениальная, но я сейчас не очень переборчивая.

Я подскакиваю. Бросаюсь к двери. Дёргаю ручку, но дверь оказывается закрытой.

Я так и думала, но проверить стоило. Ладно, тогда будем действовать по-другому.

Я распахиваю окно. Придирчиво рассматриваю раму. Да, должно получиться!

Быстро стягиваю с кровати одеяло. Подушки. Простыню. Всё лишнее летит в сторону.

Если Таир так уж привязан к этому матрасу — пусть получает. Я ему его вынесу. А себе комнату оставлю.

Вот только сдвинуть матрас оказывается непросто. Он дико тяжёлый! Я упираюсь в него бедром, толкаю — и ничего.

— Ты из чего, из свинца?! — шиплю, вцепившись в край. — Давай, дружочек, пошли, тебе пора в экспедицию.

Подхватываю, тяну — и тут же понимаю, что переоценила свои амбиции. Матрас чуть наклоняется, а я почти теряю равновесие.

Он тяжёлый, огромный. Двигается сантиметр за сантиметром, медленно.

Пыхчу, толкаю, упираюсь коленом, одной ногой сползаю с кровати. Почти в шпагате.

Матрас, наконец, сдвигается. С глухим звуком, как будто недовольно пыхтит сам.

Я падаю на пол, зажав угол под мышкой. Ещё рывок. Фух! Стягиваю его на пол.

Убираю волосы с лица, фыркаю. Ладно. Кто на юрфаке учится, тот просто так не сдаётся.

Я тяну матрас к окну. Пот заливает лоб, ткань липнет к спине. Ноги дрожат. Ладони горят.

Подтаскиваю вплотную. Окно распахнуто. Ветер щекочет волосы. Я опираюсь на подоконник, оглядываюсь.

Матрас почти стоит. Осталось только выбросить.

Толкаю. Он скрипит. Я пинаю. Он давит назад. Я подворачиваю плечо, вдавливаю колено под центр тяжести.

— Давай! — выдыхаю с надрывом. — На волю! Там тебя будут любить!

Он поддаётся. Чуть. Падает наполовину. Зависает. Я толкаю со всех сил, надеясь не улететь следом.

Матрас вылетает. Раздаётся грохот.

Я скидываю волосы с лица, вытираю лоб. Сердце колотится, как бешеное.