Изгнанник. Право на счастье (СИ) - Стефани Мари - Страница 17

В приподнятом настроении я провожала гостей, когда салон посетил сам министр культуры. Импозантный мужчина, в прошлом директор академии искусств, также не остался равнодушен к моим талантам. Он, не таясь, при Эмбере предложил работу. Мне, без опыта, вчерашней студентке, сам министр! Но мое ликование оборвали слова начальника:

— У нас со Златой договор, так что Николай Евгеньевич, ничего у вас не получится!

Что? Какой ещё договор? — едва не выкрикнула я.

У меня испытательный срок, по окончании которого решится вопрос, останусь я или нет. Но никакого договора не было! Или было? Помню, что-то подписывала в кабинете Эмбера, в первый день. Но припомнить, что именно не получалось. То ли я не дочитала документ до конца, то ли так перенервничала из-за едва не сорвавшегося собеседования, что ничего не помню! Боже, неужели я подписала рабочий договор и не помню его условий? В какое рабство я себя втянула?

Пока я пыталась воскресить в памяти, что было в том чертовом договоре, который имела глупость подписать, не прочтя, последние гости, в том числе и министр, покинули салон.

Эмбер подозвал официанта, всучил мне, а затем и Андрею в руки бокалы и произнес:

— За вас, Злата, за ваше мастерство, талант и умение! Сегодняшний успех всецело ваш!

Андрей присоединился к боссу и радовался как маленький, что у нас все получилось.

Я слушала их вполуха, неловко принимая похвалы. Единственное, что заставило меня оторваться от своих мыслей! Сегодня было продана значительная часть коллекции. Здесь я испугалась. Как так? А что будут смотреть другие посетители еще целую неделю. Но Эмбер заверил, что все предметы останутся на своих местах до конца выставки.

Ну а уж следующий тост начальника вырвал меня из размышлений окончательно.

— И хочу тебя, Злата, поздравить с тем, что ты с легкостью вошла в наш небольшой коллектив! Надеюсь на длительное сотрудничество!

Что? Я прошла испытательный срок, и он меня оставляет! Хотя о чем я? Конечно, прошла! Но мои планы поменялись! Хотелось сообщить об этом Закари, вот только никак не могла вспомнить условий проклятого договора.

Эмбер произнес тост, чокнулся с моим бокалом и выпил до дна. Мне же не хотелось поддерживать этот тост. Но было бы неприлично и некрасиво по отношению к Закари, тем более что пили ещё и за меня. Нехотя пригубила шампанское, продолжая ломать голову в попытке вспомнить, что такого я подписала.

Допив шампанское, Андрей засобирался домой.

— Злата, тоже иди отдыхай! После проделанной работы ты заслужила, — произнес Закарий. — А я останусь и прослежу здесь.

— Хорошо, — согласилась я и направилась в хранилище, где оставила свои вещи. Вот только взяв сумочку, я не торопилась покидать салон. Необходимо было сказать Эмберу, что не планирую у него работать и по окончании выставки уйду. А еще мозг раскаленным железом жгло, от вопросов. Что я подписала и каких последствий мне ожидать?

Собравшись с духом, я направилась в кабинет начальника. На миг замерев, постучала и спросила:

— Закарий Матвеевич, можно?

— Злата? Да, конечно, проходи! Что-то случилось? Я думал, ты уже ушла.

На ватных ногах я переступила через порог кабинета Эмбера. Мужчина сидел за своим столом и вопросительно без всякого удивления смотрел на меня.

Меня же, как обычно, при виде начальника, да ещё в замкнутом пространстве охватила паника, захотелось развернуться и убежать. Вот зачем я пришла? Нужно было дождаться завтра, подловить его где-нибудь внизу и все выяснить.

— Так что случилось? — напомнил о себе Закарий.

— Ничего такого, — нервно переминаясь с ноги на ногу, произнесла я. — Я просто хотела уточнить, что за договор вы имели в виду, в разговоре с министром?

— Наш с тобой трудовой договор, — невозмутимо ответил мужчина.

— А когда мы его подписали?

— В тот день, когда ты пришла на собеседование. Я объяснил тебе про испытательный срок, ты согласилась и подписала его. Испытательный срок ты прошла, и договор вступил в силу. С сегодняшнего дня ты официальный сотрудник салона! — произнес Закари.

— Да-а-а-а… А напомните, пожалуйста, условия договора! На какой срок мы его заключили?

— По условиям договора тебе полагается оклад, — терпеливо начал Эмбер и назвал сумму моей зарплаты.

Мне захотелось прочистить уши, явно я что-то не так расслышала.

— Фиксированный рабочий день с девяти до пяти, два дня плавающих выходных. Оплачиваемые больничные. И четыре недели отпуска, разбитые на две части. Договор заключен на пять лет. Да если вдруг по каким-то причинам решишь разорвать его раньше времени, придется заплатить неустойку в размере…

После этой суммы у меня однозначно заложило уши.

— Что-то не так?

— Эээ, да… нет… Все замечательно! — пытаясь собрать мысли в кучу, пролепетала я.

Боже, да мне придется десять лет работать, не пить, не есть, не одеваться и все равно мне такую неустойку не потянуть! Кто вообще в случае увольнения требует неустойку с работника?

— Я!

Ой, кажется, я произнесла это вслух!

— Понимаешь, Злата, очень трудно найти по-настоящему хорошего, ответственного и высококвалифицированного специалиста. И вот когда его найдешь, пойдешь на любые хитрости, чтобы удержать!

Незаметно, пока я мысленно металась в панике, что делать, мужчина оказался рядом и теперь нависал надо мной огромной скалой.

— Я… понятно!

Смысла не было говорить, что собиралась уволиться. Да куда я теперь уйду, только если на невольничий рынок. Придется взять себя в руки и работать на Эмбера. Всего-то пять лет, потерплю. Буду стараться его избегать. А высокая зарплата будет мне дополнительным стимулом. Осталось придумать, как покинуть его кабинет, а уж дома обязательно возьму себя в руки.

Пока я продолжала метаться, не зная, как быть и что делать, мужские руки неожиданно потянулись ко мне и сняли с моего лица очки.

— Что вы? — от возмущения, я забыла и о своих бедах, и о том, что боюсь этого конкретного мужчину, как самое страшное чудовище. С вызовом я посмотрела в его глаза, успела подумать, какого они красивого голубого цвета, а потом мир перевернулся и меня затянули эти небесные омуты.

Я забыла, где нахожусь, что нужно бояться Закария Эмбера, и вообще-то собираюсь от него бежать без оглядки. Весь мир в данный момент сосредоточился на нем и в нем. А потом моего рта коснулись горячие, чуть шероховатые губы мужчины. Сначала осторожно, нежно, терпеливо, словно проверяя реакцию на свое действие. Не получив отпора, Закари осторожно провел по моим губам своим языком, заставляя их приоткрыться. И черт побери! Сама не знаю зачем, я приоткрыла их! Впустила лазутчика в святилище и ответила на его поцелуй.

Закарий целовал пылко, жадно с нарастающей страстью, и я отвечала ему тем же. Мужчина с каждой минутой прижимал меня к себе все крепче, а я, вопреки логике, прижималась все теснее к нему. Мои руки давно были на его плечах, а пальцы запутались в длинных волосах. Я забыла о месте и времени, о том, что до дрожи в коленях боюсь его. Я подчинилась ему, растворилась в нем целиком и полностью. Мне нравилось это мое состояние, и я ничего не хотела менять, разве что, ещё теснее прижаться к Закари.

В чувство помогла прийти боль, неожиданно опалившая мое левое запястье. Я нервно дернулась, пытаясь понять, что произошло. И тут до меня дошло, чем я сейчас занималась! И не просто занималась еще и получала от этого удовольствие! И кажется, не я одна, — глядя на затуманившийся взгляд мужчины, промелькнула мысль.

Неожиданно тишину кабинета до этого нарушаемого нашим частым хриплым дыханием, разорвало одно-единственное, удивленное:

— Эмили?