(не) Сладкая жизнь для попаданки (СИ) - Митро Анна - Страница 11

Наш осмотр продолжился, и мы переместились за дом. Если дорожку до колодца я уже хорошо знала и вишни с яблонями видела, то дальше еще не ходила. А ведь по правой стороне вдоль забора тут росли и смородина, и жимолость, и облепиха, а по левой малина с крыжовником. Дальняя же часть деревянного частокола, оказавшаяся практически в лесу, прикрывалась ежевикой, голубикой и чем-то еще, без ягодок не определяемым. Более того, везде, где, видимо, хватало солнечных лучей, по доскам вилась виноградная лоза. А ведь остальной участок тоже, не смотря на условную запущенность, тоже не пустовал. Ровные прямоугольнички, наполненные землей, отдельно облагороженные тоже досками от тропинок с изумрудной травой, радовали четким рисунком всходов. И это точно не сорняки…

Как? Как такое может быть? Ведь три года никто не занимался участком! Я не поверю, что какой-то добряк приходил самостоятельно и ухаживал за растениями. А сами они точно так расти не могли. Те же томаты только в природе многолетнее растение, «одомашненные» культуры – однолетние. Так как они тут появились? Или… Ладно, возьмем предположение, что все же многолетнее, ведь в этом мире есть волшебство. Но все равно! Куда тогда делись предыдущие урожаи? Черт… У меня снова много вопросов к бабе Доке и Феде.

– Да, Варя, работы у тебя невпроворот. Зря тебя работать отправляли, а не замуж, какая жена пропадает, – плотник с ужасом и восхищением посмотрел на меня. Эх, добрый молодец, знал бы ты, что то не моих рук дело. – Я б точно посватался бы, коль не был женат. Но, Любавушка моя мне люба какая есть. И тебе, к счастью, замены тут особо не требуется. Почитай пару досок добавить, где редко они стоят. А вот уличную часть привести в порядок – надо постараться. Но там цена – десяток медяков. Сегодня после обеда ворочусь с лесом. Жди. Оплата после.

На том и договорились. Я проводила его опирающейся на забор калитке, он свистнул так, что у меня уши заложило. И скоро к нам подъехала лошадь. Совсем не такая, как у смотрителя. Там видно, что конь благородных кровей, а тут рабочая лошадка, гнедая, крупная, широконогая, добротная, но без вредного характера. Она первым делом подошла ко мне, замершей от страха, и обнюхала. Потом подставила лобастую голову под руку, мол, гладь, и я, после добродушного кивка ее хозяина, подбодрившего меня: «не боись, Бурка ласковая», ее погладила. Расставались мы настолько довольные друг другом, что я даже пообещала ее в следующий раз яблочком угостить.

А проводив взглядом утреннего гостя, я, наконец, пошла в дом.

Дома меня ждали Федя и чистота. Такая, что даже стыдно было в уличной обуви заходить. Но вездесущий домовой вручил мне тапочки. Где он их взял, я не спрашивала, вероятно, там, куда я не удосужилась заглянуть. И первым делом мои переобутые ноги понесло в гостиную. О, я впечатлилась! Ковер стал не то, что белым, а серебристым. Не знаю, что из чего он сделан, и как появился у Кирении, но я с невероятным удовольствием разулась и прошлась босяком, утопая ступнями в шелковистой шерсти.

– Феденька, это восхитительно. Ты самый лучший из домовых! – пробормотала я и плюхнулась на диван. – Как же хочется уже посидеть вечером с книжечкой у камина… А мне столько нужно прочитать и выучить…

– Но в первую очередь, тебе нужно переодеться в подобающую девице одежду, коль дома чисто, – проворчал паучок. – И баул свой разобрать.

– Переодеваться, мой хороший, рано, – я махнула рукой. – Я сегодня сад-огород мельком оглядела. Там все растет, цветет и пахнет. Судя по всему, урожай себя на этой земле ждать не заставит и тогда встанет вопрос, куда его класть и как реализовывать. А еще… Волшебство, поддерживающее продукты в надлежащем состоянии в погребе, сколько оно продержится?

– Стазис в погребе это моих лапок дело. Я им продолжу заниматься, не бойся, все, что туда спустишь – не пропадет. А вот земля отзывалась Кирении, она ее и зачаровывала, тут тебе надо книги ее читать. Там и узнаешь. А пока по-обычному ухаживай, как умеешь. Если умеешь, конечно. И поесть бы чего приготовила, сил потратил немерено! – тут голос у паучка стал такой обиженный-обиженный.

– Ты же мой хороший, – не сдержалась я и схватила членистоногого в свои объятия. – Оголодал, не кормит вредная хозяйка, ни одна мышь в паутину не попадается… Да шучу, Федя! Давай так, мы сейчас берем новую тетрадь, я в шкафу наверху видела, самописку, и проводим ревизию в подвале. После этого я готовлю нам какую-нибудь еду. Затем мы составляем список, чего нужно купить нам на ближайшее время, чего нам точно не хватает и очень хочется. А потом я пойду описывать участок и что там на какой стадии развития. Первое время буду поливать и наблюдать, чтобы понять, как что растет и через сколько станет в подвале тесновато. А к тому времени сговорюсь, может, с нашим соседом о доставке продуктов в город.

– Какая же ты у меня обстоятельная, Варенька, – умильно протянул паучок и расслабился в моих руках. – Будь по твоему… Но только баул сначала свой разбери. Нервирует он меня.

Я вздохнула и пошла. Пора было обживаться, а то Федька, видимо, нервничает, боится, что сбегу куда-нибудь. Вещи-то собирать не надо, подхватил чемодан и понесся. Только куда я теперь? Мне и тут хорошо. Так тихо, спокойно, никто не командует, не решает за меня как жить и что делать. Неожиданно приятное чувство – быть самой себе хозяйкой. Да. Ответственность немалая, рисков много, но оно того явно стоит.

Чемодан очень быстро опустел, одежда заняла свое место в шкафу, и очень странно смотрелась там, соседствуя с сарафанами и рубахами. Среди комком накиданных вещей обнаружились и шампунь, и зубная щетка, и другие средства гигиены. Маловато, конечно, а что тут их заменяет – не понятно, но на первое время хватит. Их я пристроила в ванной. И даже взгрустнула на секунду, что не нашла раньше, вот только потом подумала, что у бабы Доки и так много вопросов, которые она не задает, а при виде этих современных прибамбасов их стало бы еще больше. Телефон, зарядка и ключи от родительской квартиры нашли свое место в том самом нижнем ящике. Тут они мне не нужны и совершенно бесполезны. Туда же отправились паспорт и документ о наследстве. А после я, прихватив тетрадь из шкафа и самописку, спустилась в погреб, где уже между ящиков сновал мой маленький помощник. Или немаленький, если сравнивать его с обычными пауками. И следующие полтора часа я составляла список добра, сохраненного им, в штуках, ящиках, мешках и банках.

Правда, первые десять минут я с восторгом бегала от одного магического светильника к другому, не прекращая восторгаться умениям Феди. А тот млел и смущался от похвалы, да с такой силой, что казалось, его шерстка из черной станет красной. А когда восторги поулеглись, пришлось приниматься за дело. И да, еще в прошлый раз, когда я сюда спускалась, мне было понятно, что продуктов более, чем достаточно. Сейчас же я смогла оценить реальные масштабы «закромов» и они меня впечатлили. Да тут на рыночный лоток на неделю бойкой торговли было, наверное.

В итоге, довольная результатом проделанной работы, я поднялась на кухню, таща с собой кусок мяса, морковку с луком и крупу, похожую на гречку. И воодушевления у меня хватило ровно до того момента, как я дошла до кухни. Через окно которой было видно, как младший Протиус снова ошивается рядом с моим домом.

Глава 7

Соседи меня не то, что бы сильно беспокоили, но поведение мамаши парня, очень напрягло в первый день. И все внутри меня кричало о том, что нужно держать с этой семейкой ухо востро. Поэтому я шепнула Феде, чтобы не высовывался, а сама вышла на крыльцо.

– Здравствуй, Сорян! – окрикнула я парня, мелькнувшего за дырой, оставшейся без калитки. – Ты что-то потерял?

– Н-нет, – заикнулся парень, но не удрал. Даже выпрямился гордо и задрал подбородок. – А с чего вы взяли? – он с интересом рассматривал мою одежду, хотя и пытался не подавать виду. И дались же всем тут мои джинсы! Подумаешь, штаны. Точно он сам не в штанах.