Арон. Бывший для истинной (СИ) - Горская Ника - Страница 16

— Что он говорил в беседке?

— Какой-то бред о том, что всё шло так как надо, но моё появление кому-то помешало. И голос… он был другой. Можно было бы подумать, что он принадлежит очень старому человеку.

— Где ты взяла клинок?

— Он пытался напасть на меня. Когда я закричала мужчина споткнулся и выронил его. Я подняла нож и выставила перед собой, а тот мужчина... — чем больше я говорю, тем сильнее меня накрывает осознание того, что именно от моей руки погиб незнакомец. — Он сам напоролся на клинок. Было ощущение что его действиями кто-то руководил.

— Он что-то говорил перед тем, как кинутся на выставленное тобой оружие? — в голосе Канта слишком явное недоверие.

— Да. Что-то о том, что в его смерти обвинят меня, но это только начало.

Кант наклоняет голову вниз и, кажется, целую вечность молчит.

— Складный у тебя рассказ получился.

Не поверил…

Он мне не поверил…

Отчаяние накрывает с головой.

Хотя на что я надеялась?

С примесью обиды и страха смотрю как дракон встаёт со стула и идёт ко мне.

Дыхание перехватывает, когда он обхватывает ладонью мой подбородок, запрокидывает мою голову и долго-долго всматривается в мои глаза.

Шея затекла от неестественного положения, но я не двигаюсь. Отвечаю ему прямым взглядом.

Спустя бесконечность дракон прищуривается, отпускает меня и идёт на выход.

— В камеру. — бросает на ходу мужлану.

Выдыхаю.

Кажется, сегодня пронесло.

Но быстро убеждаюсь в обратном, когда вижу с каким лицом на меня движется Сэм.

— Как бы мне не хотелось этого произносить, но Кант слаб перед тобой. Чёртова истинность. Не будь её ты бы уже лежала в луже крови с перерезанной глоткой.

От его слов по спине ползёт лютый холод.

— Но я ему помогу. Таких как ты нужно уничтожать. Наплела тут ерунды несусветной. Велимир был лучшим из воинов армии Канта. Думаешь его могла поработить какая-то сущность? Никогда бы этого не было.

Последние слова он выплёвывает с ненавистью.

— Ты ответишь за его смерть. И пусть я понесу за это наказание, но ты сдохнешь от моей руки. Жизнь за жизнь. А пока…

Он отходит в сторону и что-то берёт в руки.

Внутренности обдаёт кипятком, потому что в его руках я вижу короткий кожаный хлыст, на конце которого видны острые металлические шипы.

Я малодушно надеюсь, что он всего лишь хочет меня напугать, но надежда рассеивается в пыль, когда он поворачивается ко мне.

Тело дрожит, сознание накрывает приступ паники, потому что я точно знаю, что этих побоев я не переживу.

— Мерзкое отродье! Откуда только взялась на наши головы. — с презрением говорит он и идёт ко мне.

Сжимаю ладони в кулаки и кусаю губы.

Уговариваю себя не плакать и не кричать, чтобы не радовать этого жестокого нелюдя. Меня всё равно никто не услышит. А даже если услышит, то вряд ли кто-то решит помочь.

Последней моей мыслью перед тем, как на моё тело пришёлся первый удар было… пусть всё закончится быстро…

Глава 14

Рада

В ожидании удара зажмуриваюсь и кусаю губу до крови.

Вздрагиваю всем телом, когда на меня опускается хлыст.

Но…

Я почему-то совсем не чувствую боли…

Странно, но такое ощущение что…

Открываю глаза и застываю ледяной статуей, потому что вижу, как руку моего мучителя перехватил Кант.

— Арон, я…

Что хотел сказать Сэм узнать не удалось, потому что дракон точным движением впечатал кулак ему в лицо.

Затем выхватил хлыст, отбросил в сторону и схватив за грудки моего обидчика зло произнёс:

— Какого чёрта, Сэм?

— Она убила Велимира. Мне в отличие от тебя мозг не затуманивает истинность.

Открываю рот от удивления наблюдая за тем, как Кант толкает его. Мужлан врезается спиной в стену.

— Только из уважения к твоим прошлым заслугам я оставлю тебя в живых, но как ты понимаешь, бунтарству не место в рядах преданных мне воинов. У тебя час на то, чтобы сдать оружие и покинуть «Топи».

Сэм недоверчиво какое-то время смотрит на Арона, затем переводит на меня взгляд, от которого у меня по коже ледяной озноб идёт.

Всё так же глядя на меня, сплёвывает себе под ноги и уходит прочь, оставляя нас с Кантом наедине.

Пораженно смотрю на него не до конца понимая, что дракон и правда заступился за меня и выгнал одного из своих воинов.

— Это означает, что ты мне веришь? — осторожно интересуюсь я.

Кант некоторое время смотрит на меня нечитаемым взглядом.

— Это означает лишь то что я не люблю неповиновение.

Испытываю неуместное чувство разочарования.

В какой-то момент мне даже показалось что он испугался за меня, а сейчас понимаю, насколько эта мысль бредовая. Кант действует в своих интересах.

Дракон подходит ко мне и больше не говоря ни слова освобождает мои руки от пут. Отворачивается и отходит на несколько шагов.

Потираю затёкшие запястья и жду что будет дальше.

Создаётся впечатление, что он в эту минуту о чём-то серьёзно думает.

— Чёрт!

Потирает ладонью подбородок, потом бросает на меня взгляд и говорит:

— Сейчас идёшь за мной, и чтобы ни слова. Поняла?

В ответ лишь киваю, но ему этого достаточно. Арон отворачивается от меня и идёт на выход, а я чтобы лишний раз не испытывать судьбу тороплюсь за ним.

С учётом его широкого шага, я за ним с трудом поспеваю. Почти бегу, смотря исключительно под ноги. Поэтому не сразу замечаю, что Кант остановился. И на полном ходу врезаюсь в его спину. Такое ощущение словно с горой столкнулась.

— Прости. — зачем-то извиняюсь я.

Дракон оборачивается ко мне, а я разглядываю странное транспортное средство, у которого он остановился. До сих пор не понимаю как народу этого мира удалось создать нечто подобное. И как оно вообще работает?

— Садись.

Арон открывает передо мной небольшую железную дверь.

А я смотрю на него широко открытыми глазами.

— Рада, в этом нет ничего сложного. — говорит он мне, когда понял причину моей заминки. — Всё равно что на стул, только в замкнутом пространстве.

— Зачем? — с голосом справиться не удаётся, он полностью выдаёт моё смятение, помноженное на страх.

— Просто делай что я тебе говорю.

Ладно, Рада, спокойно.

Делаю шаг и чуть наклонившись присаживаюсь на довольно мягкое кресло. Дракон закрывает дверь с моей стороны и занимает соседнее сиденье, делает какие-то непонятные мне движения и транспорт издаёт урчащий звук.

Всё это заставляет меня нервничать.

Вжимаюсь в дверцу, когда совершенно неожиданно Кант наклоняется ко мне.

— Нужно пристегнуться.

Делает некоторые манипуляции, накидывая на меня широкую ленту конец которой он защелкивает в специальном механизме.

С опаской наблюдаю за его действиями.

Сжимаю ладони в кулаки, когда мы начинаем движение. Точнее этот странный транспорт. Чем дольше мы едем, тем больше я успокаиваюсь, расслабляясь.

Украдкой наблюдаю за драконом.

— Странные у вас средства передвижения. — не выдержав долгой тишины говорю я.

— Ну это только поначалу, со временем ты привыкнешь. — не глядя на меня отвечает Кант.

Хочется ему сказать, что я не собираюсь ни к чему привыкать и что я в этом мире временно, но решаю промолчать.

— Куда мы едем? — набираюсь я смелости задать волнующий меня вопрос.

— В дом моей матери.

Смотрю на него ожидая что он скажет дальше, но Кант молчит. Меня это жутко злит. Почему нельзя нормально объяснить?

— Зачем? — уже чисто из вредности спрашиваю я.

Арон бросает на меня раздраженный взгляд, но всё же отвечает.

— На доме моей матери стоит самая сильная магическая защита. Такой думаю нет больше ни у кого в этом королевстве.

Как интересно.

Зачем матери Арона Канта столь сильная защита на собственном доме?

— А почему она не живёт с тобой?

Мне это правда кажется странным.

— Это её решение, которое я уважаю.