Коснуться души (ЛП) - Рейн Опал - Страница 60

Он принимал Маюми такой, какая она есть. Горячей и холодной, неопрятной и чистой. Была лишь одна вещь, в которой она не была уверена.

— Фавн, ты позволишь мне охотиться на Демонов? — она не спрашивала разрешения. Она хотела знать, что он скажет, особенно после того, как они говорили об этом в последний раз.

Его скользящие когти замерли на середине её позвоночника.

— Мало что зависит от того, что я скажу на этот счет, — заявил Фавн, уже зная её лучше, чем большинство. — Но я бы предпочел, чтобы ты позволила мне делать это с тобой. Я не буду вмешиваться, если ты не попросишь, так как знаю, что это важно для тебя, но я хотел бы убедиться, что ты не пострадаешь.

Маюми уткнулась лбом в его грудь, сжимая мягкий мех, покрывающий её.

Это всё, о чем она могла просить.

Оставалось скрытое беспокойство, что он попытается помешать, раз уж он здесь, чтобы «защищать её». Она гадала, попытается ли он остановить её от чего-то столь опасного, но услышав, что он не будет вмешиваться, она растаяла внутри.

— Ты мне нравишься, — пробормотала она в его грудную мышцу. Это было больше, чем просто детская влюбленность, но она никогда не умела выражать свои глубокие чувства.

Она знала, что глубоко увлечена им.

— Да, я это знаю, — усмехнулся Фавн, скользя когтями по её голове, вниз по краю челюсти и приподнимая её подбородок. — Тебе нравится, когда я тебя оседлываю.

— Я не это имела в виду, — она вздохнула, приподнимаясь, чтобы сесть верхом на его грудь. — Я имею в виду, что ты мне нравишься, и я хочу, чтобы ты остался здесь со мной.

Он наклонил голову в явном недоумении — то, что он делал нечасто.

— Я уже остаюсь здесь с тобой.

Арх! Почему это так чертовски сложно?

— Я имею в виду… блять, я не знаю, — она схватилась за голову. — Было бы странно называть тебя парнем, раз ты Сумеречный Странник, но, по сути, эквивалент этого?

Секс-партнер — это одно. Это просто секс без эмоций, но она хотела от Фавна большего.

— Я буду тем, кем ты захочешь, Маюми. Я слышал этот термин раньше. Я знаю, что это означает нечто большее, чем то, что мы делаем сейчас, — он почесал кончиком когтя бок своей морды. — Но разве ты не хотела бы чего-то подобного от другого человека?

Несмотря на его демонстративную неловкость, она подумала, что это может быть наполовину притворством, учитывая, что его сферы стали ярко-желтыми, а не засветились красновато-розовым, обозначая «румянец» Сумеречного Странника.

— Люди сложные, — простонала она, откидывая голову назад и чувствуя натяжение в горле. — Я встречалась и с мужчинами, и с женщинами, и они бесят меня до усрачки. Кто-то изменяет, пока меня нет, другому нужны только мои деньги или защита, а еще есть те немногие, у которых куча эмоций. Сколько я ни пыталась, я никогда не могла быть собой. Я должна быть серьезной и думать о жестокости мира. Не пойми меня неправильно, я много об этом думаю, но иногда я просто хочу повеселиться ради самого веселья. Но ты — тот, от кого мне не нужно скрывать, кто я и чего хочу. Ты знаешь, какое это освобождение?

— Я не человек, Маюми, — его тон был почти горьким.

Маюми уронила голову вперед.

— Для меня — человек. У тебя есть личность. Просто она уникальная.

Фавн ущипнул её за щеку и оттянул её.

— Я нахожу твою странность милой, — признался он. — Ни один другой человек никогда не был бы таким со мной. Странно, что ты такая.

Он был прав, и она это тоже знала. Она позволила себе упасть, пока её руки не зарылись в снег над его загнутыми назад бараньими рогами; волосы упали на одну сторону лица.

— Ну так что скажешь? — спросила она с ухмылкой.

Его руки упали в снег, когда он повернул череп и позволил ему упасть набок. Он звучал обреченно, когда сказал:

— Раз уж мы должны.

Ублюдок делает вид, что не хочет этого!

Она бы ударила его в грудь, но знала, что он просто подшучивает над ней. Ему повезло, что он ей действительно очень нравится.

Придурок.

Глава 25

Проснувшись и с неохотой поднявшись на ноги, Маюми успела пройти лишь половину пути до входной двери, когда сильная рука обхватила её талию и дернула назад. Она издала удивленный возглас, падая спиной прямо в широкие объятия и на теплые колени.

Она думала, что ей удалось встать, не разбудив Фавна, но, видимо, ошиблась. Одной рукой он сжимал её голое бедро, прижимая к себе, а другой поддерживал шею и челюсть.

— Почему ты это делаешь? — спросил он, потираясь мордой о её щеку. Его голос был еще более хриплым, чем обычно, учитывая, что он был сонным.

— Делаю что? — спросила она в ответ, поднимая подбородок и позволяя ему ласкать себя как вздумается.

— Почему ты бросаешься в снег?

Со вчерашнего разговора Фавн стал еще ласковее с ней. Он мурлыкал и терся о неё чуть чаще. Она отвечала тем же, позволяя себя баловать.

— Мне трудно проснуться полностью, особенно зимой, — её веки лениво опустились, впитывая его тепло. Она всё еще не проснулась окончательно, и он грозил утянуть её обратно в сон даже сейчас. — Я делаю это со времен гильдии. Если нет чая, я бросаюсь в снег, чтобы прийти в себя. Иначе я хожу с половиной мозга первый час дня.

— Разве у тебя нет чая?

— Нет. Я использовала последний два дня назад. Забыла купить еще, когда была в Аванпосте Кольта.

Он замурлыкал не только горлом, но и грудью.

— Ты всегда можешь проснуться на моем члене.

Он становился всё более порочным с каждым днем. Она мысленно аплодировала ему, надеясь, что в этом чувственном смысле он станет совсем распутным.

Взрыв смеха вырвался у неё.

— Ты всегда можешь разбудить меня им. Я не против проснуться посреди оргазма.

Его вибрирующий ритм затих; он откинул голову назад, чтобы посмотреть на неё сверху вниз.

— Я не могу этого сделать, Маюми. Ты не будешь бодрствовать. Это… это кажется неправильным.

Маюми осторожно подняла обе руки, чтобы коснуться его морды с обеих сторон; улыбка тронула её губы.

— Это правильно, если я даю тебе предварительное разрешение, которое даю сейчас, — улыбка переросла в ухмылку. — К тому же, ты вроде как уже делал это.

Вспышка красновато-розового мелькнула в его сферах, прежде чем они вернули обычный цвет.

— Это была случайность.

Она знала, что так и было, но это не значило, что она не будет его дразнить.

Хотя Фавну часто снились короткие, мимолетные кошмары, ему также снились и сны, полные похоти. Маюми пару раз просыпалась от того, что его член толкался в неё, а однажды он уже был внутри, и оба они крепко спали, пока она в конце концов не проснулась. Конечно, она воспользовалась ситуацией сполна. Было приятно знать, что она сексуально преследует его сны.

— Давай назовем это счастливой случайностью, — игриво промурлыкала Маюми, перебираясь к нему на колени лицом к лицу. Её колени уперлись в его сложенные ноги, заставляя Фавна поддерживать весь её вес. — Тебе же понравилось потом. — Маюми наклонилась ближе, положив руки ему на широкие плечи, и склонила голову к его виску, чтобы прошептать туда, где, как она полагала, он мог слышать: — Всё было так приятно и медленно, и ты мурлыкал всё это время.

Густой, длинный мех вокруг его шеи встал дыбом, клыки приоткрылись, и он с шумом выдохнул через них. Ей нравилось, что вызвать у него такую реакцию было так легко — всего лишь несколькими словами, сказанными с придыханием.

Фавн провел острыми кончиками когтей от её ягодиц вверх по позвоночнику. Она выгнулась навстречу этому движению, когда он сказал:

— Если хочешь сегодня встать, предупреждаю: следи за тем, что говоришь мне.

На этот раз Маюми издала задумчивое мычание с ноткой кокетства. Скользнув ладонями с его плеч вниз по груди, по меху и костям, она наклонилась еще ближе.

— Ты уже сказал мне, что я могу разбудить себя, играя с тобой, — передними зубами она прикусила его шею прямо за углом челюсти. Ей не мешал мех, особенно когда это действие заставило его напрячься в том, что она надеялась, было восторгом. — И я всё еще не проснулась до конца, Фавн.