Пробуждение (СИ) - Райро А. - Страница 60

В Генетроне одна лишь Симона оставалась стабильной и постоянной.

Настоящая константа.

Она, как всегда, отлично читала лекции по биологии, аборигенам и магическим рангам, проводила тестирование, раздавала свитки, показывала голограммы.

Я изучал кучу новой информации. Всё то же самое, о чём недавно говорил Морган, наш отличник учёбы.

Свитки из справочников по биологии, геологии и географии Эльдоры, а также новейшей химии. Энциклопедии по живым и неживым ископаемым, аборигенам и их оружию. Списки Титулов и элементов-усилителей. Главный трактат по циклопам. И, конечно, вся Таблица ключей мастерства, включая Оружие Мастеров Эхо.

И если биология, география, ископаемые и аборигены были пока что теорией, поэтому мне помогали мозги, логика и Область Памяти моего лимба, то связь с Эхо оказалась для меня провальной.

Там не работали ни мозги, ни логика, ни Область Памяти.

Всё было просто.

Если у тебя нет связи с каким-то из видов Эхо, то надо наизнанку вывернуться, чтобы эту связь получить, и как оно работало, сложно было объяснить логически.

Поздно вечером, уже на четвёртый день, едва волоча ноги от усталости и напряжения, я вышел из казарм вместе с подаренным альбомом и пером Гелиса. Напрямик отправился к дереву Брамса и, приложив немало волевых усилий, залез сразу на двадцатиметровую высоту.

Непонятно, на что я надеялся.

Возможно, что произойдет чудо, и перо внезапно выдаст мне потоки Высокого Эхо, мой лимб станет полноценным и я, как супергерой, спущусь с дерева и сразу же залезу в Прометея.

С моим везением уровня «бог» на чудо можно было не надеяться. Но я надеялся. До самой ночи я просидел на выступе над озером, чёркая бесполезным пером по листам в альбоме.

Ничего.

Совершенно никакой связи с Эхо.

Мне казалось, что моя ущербная магия, наоборот, всё больше теряется, будто она стирается в сознании из-за того, что я слишком много думаю, слишком много учусь, слишком много знаний пихаю в свою голову.

А изучал я много.

Очень много.

Сложнее всего было на лекциях по ископаемым Эльдоры. Это были живые и неживые накопители Эхо. Редкие животные или растения, а также особая руда. Они аккумулировали в себе потоки энергии, собирали её, накапливали внутри себя, а люди добывали их и использовали. Часть аннигилировали и получали эхо-кровь, а часть применяли в технологиях и во время тренировок.

Но самое главное, что такими ходячими ископаемыми были и циклопы — самая страшная сила и армия аборигенов.

Циклопы.

О них говорилось много и часто.

И чем дальше я изучал мир первого Узла Алиума — Эльдоры — тем больше понимал, что с циклопами лучше считаться. Простым оружием их уничтожить невозможно. Только Оружием Мастеров Эхо.

Эти существа были порождением Алиума во всей его мощи.

По уровню концентрации Эхо циклопы имели три класса. Первый, второй и третий уровень концентрации — от самого слабого к самому сильному.

Эксперты делили их ещё на тероподов и травоподов, то есть на хищников и травоядных, а по размеру — на малых, средних и великих.

Самое интересное, что у циклопов имелись зачатки разума, они создавали семейные кланы и даже что-то наподобие общества. У них были циклопы-рабочие, циклопы-солдаты, циклопы-генералы, клановые циклопы-матриархи и циклопы-патриархи, были даже циклопы-короли для объединённых кланов.

Но самыми жуткими считались циклопы-тираны.

По сути, убийцы и палачи.

Обычно это были самые сильные по мощи и великие по размерам циклопы. Их кидали в штурмы, как бешеных псов. Каждый клан держал у себя хотя бы одного такого.

И вряд ли хоть один био-титан сравнился бы по силе с циклопом-тираном. Победить такого можно было только группой.

Циклопы жили столетиями, копили в себе магию и становились настолько мощными, что представляли угрозу для всех крепостей, а значит, для всего человечества.

Благодаря лекциям по географии Эльдоры я знал, где именно находятся наши крепости, которые потом станут человеческими городами. Да и вообще, я досконально изучил карту всего Узла — весь его ландшафт, зоны Эхо, границы между крепостями, территории аборигенов и опасные участки.

И всё это втолкали в мою голову за несколько дней.

Точнее, я сам в себя это втолкал.

Когда ты знаешь, что за твоей спиной стоит целое человечество, то не позволяешь себе расслабляться. За моей спиной, например, стояли мои родные. Их я не помнил, но от этого хотел спасти не меньше, а даже больше, чем остальное человечество.

Так что учился я как самый прилежный отличник.

Все испытывали те же чувства, что и я. Цель у всех была чёткая и ясная. Колонисты хотели спасти своих родных, оставшихся на Земле, поэтому старались изо всех сил и делали из себя лучших солдат корпорации Генетрон.

Это напряжение находило выход только в одном месте школы. На трибунах главной арены, когда объявляли очередную схватку био-титанов.

Локи против Вулкана.

Вулкан против Перуна.

Перун против Локи и Вулкана.

Мне было некогда посещать эти бои и орать с трибун вместе со всеми, но очень этого хотелось. Просто проораться, чтобы хоть как-то ослабить внутреннюю пружину напряжения.

Наверное, для этого и устраивались схватки. Чтобы дать студентам зрелищ, чтобы они выпустили пар и пошли учиться дальше, так же усердно, а не копили в себе тревогу и страхи.

Афродита в боях больше не участвовала, и порой среди студентов ходили вопросы: «Куда делась Афродита? Неужели Виктория Саваж сдала позиции как лучшая ученица Зевса?».

На самом деле Саваж была занята мной и Данте.

Особенно она начала свирепствовать, когда до окончания испытательного срока осталось пять дней. Я думал, она в конце концов нас просто прикончит, поджарив наши задницы огнём Аминора.

Саваж всё чаще применяла вытягивание потоков Эхо из всего, что было ей доступно. Она просто загоняла нас на полигон с деревьями и хлестала энергией, заставляя отбиваться. А для этого надо было тоже вытягивать потоки Эхо из окружения.

Только ни черта у нас не выходило.

Каждый вечер я и Данте возвращались в казармы в ссадинах, ожогах, порезах, царапинах, а порой и прихрамывая, будто нас пытали.

— Я её ненавижу ещё больше, чем раньше, — скрипел зубами Данте, падая на кровать со стонами боли.

— Стас, ты можешь хоть немного поберечься? — с тревогой бормотала Роу, когда видела меня всего в синяках и в паршивом настроении.

У неё имелся полноценный лимб эксперта, а в нём она успела накопить пару навыков лечения: ключ Малого Исцеления и ключ Обезболивания Морозом.

А ещё в Области Хранения её лимба теперь находилась аптечка, а в ней — сиреневое желе для регенерации тканей, или СЖРТ, которое эксперты между собой называли «вонючая тягучка» (она пахла едким дымом, как будто копчёностями, зато заживляла мелкие раны за ночь и отлично накапливала Тихое Эхо).

Каждый вечер Роу тащила меня в сектор гигиены, промывала раны, а после начинала процедуры терапии: мазала сиреневым желе порезы и ссадины по всему моему избитому телу.

На Борка Данте, кстати, её забота не распространялась, как бы он ни просил, поэтому ему приходилось каждый вечер торчать в медблоке № 2.

Ещё через пару дней Саваж сменила тактику.

Она выбила для нас возможность загрузиться в Малышей, а потом велела подраться на закрытом полигоне.

Когда я и Данте отхлестали друг другу гибридные морды и сцепились в противостоянии уже серьёзно, до скрежета и хруста брони, Саваж была вынуждена остановить бой.

— Всё! Хватит! Какие же вы кретины!!! Вместо того, чтобы чувствовать Эхо, вы просто дерётесь!

— Ты же сама просила нас подраться, — пробурчал в ответ Данте.

Мне же вообще не хотелось разговаривать. Хотелось выть от бессилия!

Назавтра, прямо с утра, Саваж придумала совсем другое испытание:

— Загрузитесь в Малышей и поиграйте в футбол. Это такая странная человеческая игра, смысла которой я никак не могу понять.