Корейский шаманизм. Болезнь синбён, камлания кут и духи квисин - Чеснокова Наталия - Страница 25

Здесь мы снова видим движение снизу вверх: стоя на коленях, ребенок обращается к изображению бодхисатвы. Судя по тексту, который следует далее, Кваным услышала его и помогла обрести зрение.

Танец Чхоёна в иллюстрированной летописи ыйгве

Еще одна замечательная хянга, которая часто упоминается и которая имеет прямое отношение к шаманизму, — это «Песня Чхоёна». Она относится к категории хянга для изгнания врага. Монах Ирён в «Оставшихся сведениях о трех государствах» называет Чхоёна одним из семи сыновей дракона из Восточного моря. Дракон и его дети вышли на берег во времена правления короля Хонгана (875–886), который построил в честь дракона буддийский храм. Как пишет Ирён, «восхваляя добродетель, дракон с сыновьями представил танец и исполнил мелодию»[52]. Когда дракон и шестеро его сыновей вернулись в морское государство, Чхоён остался при дворе короля Хонгана и стал помогать ему в управлении. Хонган женил Чхоёна на красавице и пожаловал ему звание чиновника девятого ранга. Но девушка очаровала не одного Чхоёна — дух лихорадки (или дух морового поветрия) тоже возжелал ее. Обратившись человеком, он тайно разделил с ней ложе. Чхоён обнаружил это и, как подобает волшебному существу, сложил хянга, дабы прогнать духа.

Чхоён исполнил хянга и танец, а после отступил. Дух лихорадки не смог более сохранять человеческий облик. Обратившись, он преклонил колени перед Чхоёном и покаялся. Более того, он также обещал, что впредь не войдет в ворота того дома, где будет изображение Чхоёна. Поэтому в деревенских домах лик Чхоёна часто вешали на ворота, особенно в начале года. Кореевед Лев Концевич пишет также, что позднее Чхоёна стали ассоциировать с воплощением Рахулы, старшего из шестнадцати последователей Будды, «ибо он обладал качествами бодхисатвы терпения», и индийским демоном Раху[53].

Хотя все случилось в приватной обстановке, хянга и танец Чхоёна стали широко известны. Хянга вошла в «Оставшиеся записи…» Ирёна, а танец Чхоёна, который называется чхоёнму, в 2009 году даже был включен в список Нематериального культурного наследия ЮНЕСКО в Республике Корея. Согласно описанию, он относится к «придворным танцам и является единственным танцем среди придворных, исполнение которого происходит в образе человека». Также танец называют обан чхоёнму — «танец Чхоёна по пяти направлениям».

Исполняют танец в маске, изображающей лицо Чхоёна. На голове его шапка само с цветком пиона и веткой персикового дерева, отгоняющего злых духов. В одном ухе — крупная серьга. Маска представляет Чхоёна смуглым, с большими глазами, мясистым носом, с усами и бородой. Подобную внешность редко встретишь у жителей Кореи. Конечно, это можно объяснить тем, что Чхоён был сыном дракона Восточного моря и носителем энергии ян. Но некоторые исследователи предполагают, что прототип Чхоёна — араб, приплывший в Силла по морю благодаря Великому шелковому пути. Корейский полуостров в силу географического положения оставался в стороне от основных торговых путей, однако археологические находки подтверждают, что контакты были.

Современный танец Чхоёна

Yeongsik Im / Shutterstock

Так или иначе, в чхоёнму обычно участвуют пять человек, каждый из которых носит маску Чхоёна и одеяние одного из пяти цветов: желтого, зеленого, красного, белого и черного с длинными белыми рукавами. Цвета выбраны не случайно. Желтый связан с центром, зеленый — с восточной стороной, красный — с южной, белый — с западной, а черный — с северной. Длинные белые рукава — распространенная деталь шаманской одежды.

Открытым остается вопрос о связи Чхоёна и дракона, да и в целом о многообразии драконов в историях о Трех государствах. По-видимому, на Корейском полуострове их культ возник задолго до появления буддизма и конфуцианства и распространялся с юга благодаря австронезийцам. Позднее древний культ дракона слился с уже давно вошедшим в буддийский пантеон образом этого существа как одного из восьми охранителей учения Будды. Поэтому драконов в корейской мифологии достаточно много и функции у них могут быть абсолютно разные. Они могут встречаться и в буддийских историях. Например, в «Жизнеописаниях достойных монахов Страны, что к востоку от моря» (Хэдон косын чон, XIII век) в биографии буддийского настоятеля Вонгвана из Силла присутствуют морской дракон и девушка-дракон из Западного (Желтого) моря. Давайте рассмотрим интересный отрывок из жизнеописания[54].