Землянка для звёздного лорда (СИ) - Салтыкова Влада - Страница 36

В носу неожиданно начинает щипать, а перед глазами все плывет...

-... Катя! — Пателл щелкает у меня перед лицом пальцами, привлекая внимание.

— Да?

— Тебе придется потерпеть.

— Да, да, хорошо, — торопливо киваю и отворачиваюсь. Не хочу, чтобы Пателл что-нибудь понял.

Хватит с меня на сегодня разборок.

— Неа, — Пателл ловит меня за подбородок и тут же по его лицу пробегает судорога боли.

За его спиной вырастает Аарон и впивается в его плечо рукой, сжимает так сильно, что кажется сейчас переломает медику все кости.

— Не надо! — я пытаюсь отстранить его, разжать его пальцы. Но это практически невозможно. — Ты сейчас сломает ему руку! Аарон!

Но он не реагирует.

Шипит что-то яростно на незнакомом языке и давит сильнее. Пателл кивает и выдыхает что-то в ответ.

И только после этого Аарон отпускает медика.

— Ты что творишь? — вспыхиваю я.

— Все хорошо, — Пателл растирает плечо и пододвигает ближе к себе лазерный скальпель.

— Нет, не хорошо! Что это было? — требую ответа.

Но Аарон только замирает мрачной статуей за спиной медика и зорко следит за каждым его движением.

Пателл активирует скальпель, поднимает руку.

— Нет! — вскидываю подбородок.

— Катя, — рычит мой зол.

Но я не собираюсь отступать. Я хочу понять, что сейчас произошло!

— Пока ты не объяснишься, никакой операции не будет!

— Катя, — его темный взгляд вспыхивает.

— Нет! — выкрикиваю я и с моих ресниц срываются слезы.

Я так странно реагирую на обычные вещи. Вот сейчас мне становится неожиданно страшно и обидно. Сердцебиение подскакивает и пульсом отдается в висках.

— Лорд командующий, — Пателл оборачивается к командиру, — ее гормональный фон не стабилен. Вам лучше...

— Выйди! — рычит Аарон.

Медик кивает и исчезает из медблока.

— Катя, — Аарон садится передо мной на корточки, ловит мои ладошки и сжимает их.

Простое прикосновение. Но меня всю трясет словно в лихорадке.

— Я не понимаю! — выкрикиваю я. — Что произошло? После орбитальной станции... после того, что было... ты стал...

Всхлипываю.

— Ты отстранился! Молчишь. Срываешься на подчинённых и друзьях! Нам сообщили о... - опускаю взгляд на живот и снова плачу.

— Катя, — его голос становится низким, гортанным с рычащими нотками. Я хорошо изучила Аарона, таким он становится только в самые напряженные моменты. — У нас не было возможности поговорить после... моего излияния.

— И? И что? — моргаю удивленно.

— Я не просто так тянул с этим, — он нежно поглаживает большими пальцами мои ладони. А у самого по лицу пробегает тень.

Кожа вспыхивает от его прикосновений, а сердце бьется в груди натужно и часто.

— Понимаешь... - он замирает, подбирая слова. И я вижу, что это дается ему нелегко, — золы на все сто процентов совместимы с землянками. Даже больше чем с золианками. Близкое знакомство и общение запускает у землянок цикл и последующую овуляцию.

Мои щеки вспыхивают от смущения. Еще никогда мне не приходилось с мужчинами обсуждать овуляцию. Пателл не в счет, он медик!

— Во время цикла землянка начинает пахнуть для всех золов...

Краснею еще больше. Так вот чего они все принюхивались ко мне. Кошмар! Чем таким от меня пахло?

-... просто... потрясающе... как самая желанная женщина! — Аарон улыбается. Легкая улыбка кардинально менят, даже преображает его хмурое лицо. — В этот момент, вероятно, землянка еще может изменить свое решение.

— Решение?

— Выбор! Она может сменить зола.

— Что?

Что это за выражение: сменить зола одного на другого? О чем он вообще?

— Боль может унять почти любой зол, — черты лица Аарона заостряются. Взгляд становится яростным. — Но после излияния... после излияния уже ничего нельзя изменить. Землянка навсегда остается привязана к тому золу, кто излился в нее семенем. Та обжигающая боль, что ты чувствовала это подтверждает. Она запускает нейрогуморальные механизмы перестройки. Теперь...

Он выдыхает зло и напряженно.

— Теперь ты привязана ко мне! Я и больше никто несу за тебя ответственность! — его чувственные губы сжимаются. А злой взгляд пронзает меня насквозь.

— Понятно, — тяну я растерянно. — А ты... ты не хочешь этого...

Произошедшее встаёт передо мной с кристальной ясностью: какая-то землянка свалилась лорду командующему на голову. Мало того, что ему пришлось спасать меня, потом унимать мою боль. А все потому, что он взял на себя ответственность за меня. Так в довершение всего пришлось привязать меня к себе и теперь заботиться. Ну и финальный штрих — ребенок! Которого он не хотел, и который ему не нужен!

А может, дома, там на Золе, его вообще ждет другая женщина! А тут я!

Глава 46

— Ты что несешь? — рычит он так грозно, что я пугаюсь.

Наверное, первый раз с момента нашего знакомства пугаюсь его по-настоящему.

Черный грозный взгляд превращается в бескрайний смертельно опасный космос с яркими искрами бешенства и разочарования.

— А что? — вспыхиваю я и соскакиваю с края капсулы.

Вот только далеко уйти мне никто не дает.

Аарон ловит меня на лету. Подхватывает, словно я ничего не вешу.

— Пусти, — рычу не менее зло.

Но он не собирается слушатся.

Возвращает обратно на край капсулы, упирается руками с двух сторон от моего тела и нависает сверху. У меня ни единого шанса убежать или отстраниться.

— А что? Не так? — в моем голосе звучат слезы. Но я все равно упрямо вскидываю подбородок и стараюсь не смотреть ему в глаза. — Я раздражала тебя с самого первого момента нашего знакомства! Ты уже забыл, как я разнесла в клочья твой сагитум и экспериментальный сверхсекретный истребитель? Ты просил для меня наказания на Золе на моем суде. Ты... ты...

Слезы все-таки срываются с ресниц и катятся огромными каплями по щекам.

— Ты... ты... ты только рычал на меня и сторонился. Унять мою боль тебя практически заставил Пателл! — выкрикиваю я зло. — А изливаться ты вообще не хотел. Конечно, ты же знал, что тогда я навечно стану твоей обузой....

— Катя, — его голос низкий, гортанный, опасный, темной материей окутывает меня. Пугает. Заставляет сжаться в маленький комочек. Но не отступить.

Наверное, это малыш! Иначе я не знаю, откуда во мне столько сил и смелости кричать на его отца.

— А теперь еще и ненавистный ребенок...

Договорить свою яростную речь я не успеваю.

Аарон порывисто наклоняется, огромными ладонями ловит мое лицо, крепко сжимает и притягивает к себе.

Лорд командующий впивается в мои губы жадным поцелуем.

И я уже готова сопротивляться, отбиваться, царапаться и кусаться.

Сердце рьяно колотится в груди, готовое на любые подвиги. Только...

Только меня никто не обижает. Не подавляет. Не порабощает.

Его поцелуй жадный, но удивительно нежный. Чувственный и трепетный. Его губы едва касаются моих губ, возбуждая внутри легкую волну трепета и дрожи. Что-то невесомое и дрожащее рождается в моем животе. Порхает. Дарит надежду. И пробуждает чувственное желание.

Но и это желание такое же прекрасное и нежное как наш поцелуй.

Огромные ладони Аарона удивительно трепетно держат меня. Большие пальцы осторожно поглаживают скулы, щекоча и вызывая волны восхищенных мурашек.

Это... это так ново. Нежно. Трепетно. Чувственно. И.... трогательно.

По моим щекам снова струятся слезы. Такие же крупные, но только не такие горькие.

— Глупенькая маленькая землянка, — Аарон с трудом отрывается от моих губ, прижимается лбом к моему лбу и целует красный носик.

— Я...

— Ты уже достаточно сказала, — он кладет палец мне на губы и не дает закончить. — И нет, ты не права. Ни в чем...

Его губ касается легкая улыбка. А вот черные глаза остаются предельно серьезными.

— Наша первая встреча... - выдыхает он, — это было как черная дыра. Я увидел тебя и меня затянуло. Раз и навсегда.