Фейбл - Янг Эдриенн - Страница 16

Что бы ни делал Хэмиш, Уэст не хотел, чтобы я это видела. Точно так же, как он не хотел, чтобы я видела карты в его каюте и коралловые острова на севере. Мне потребовалось меньше дня, чтобы понять, что «Мэриголд» – нечто большее, чем простой торговый корабль, и список вопросов, которые у меня возникали, пополнялся с каждой минутой.

Остер и Уилла повиновались команде, подбежав к мачте, чтобы поднять нижние паруса. Позади них Хэмиш бросил конец веревки через борт в воду, и сундук пошел ко дну.

Поскольку Хэмиш был казначеем, то существовало лишь одно, что он мог прятать до того, как «Мэриголд» войдет в порт. Я свернула швартов потуже, разглядывая приближающуюся деревушку. Что бы или кто бы там ни был, Уэст не думал, что его деньги были в безопасности.

Остер спустился вниз, чтобы помочь Уилле бросить якорь, и мы медленно поползли к причалу. Как только мы приблизились к нему, я взялась за моток веревки, который держала в руках, и бросила его вперед, целясь в кнехт в конце причала. Крякнув, я отпустила швартов, наблюдая, как он разворачивается, пока летит по воздуху. Трос отлетел от корабля, распрямляясь, после чего провис, когда петля скользнула на кнехт.

Я взяла конец в свои покрытые мозолями руки и уперлась ногами в бортовые ограждения, после чего откинулась назад и потянула веревку на себя, затягивая петлю.

– Хороший бросок, – ухмыльнулась Уилла, поднимая лежащий позади меня швартов. – Ты бы не добросил так далеко, Падж! – она усмехнулась.

Падж посмотрел на меня поверх штурвала, и я настолько сильно удивилась, увидев, как его губы растянулись в улыбке, что мои ноги едва не поскользнулись на промасленном дереве. Ритм управления кораблем был похож на мелодию, которую я знала всю свою жизнь и могла лишь напевать себе под нос только последние четыре года. Всего через несколько коротких дней мы прибудем в порт Сероса, и у меня наконец будет шанс занять свое место на корабле Сейнта. То место, которое принадлежало моей матери. То место, которое я заслуживала по праву рождения.

Уэст взял швартовы, лежащие позади Уиллы, и помог притянуть нас к берегу как раз в тот момент, когда двое мужчин бежали по причалу. Они выставили вперед руки, выжидая, когда «Мэриголд» подойдет ближе, чтобы, когда она добралась до края, они оттолкнули ее назад и она не поцарапалась.

Команда бросила второй якорь и спустила грузовой трап на причал, пока Хэмиш разговаривал с портовыми рабочими внизу. Порывистый ветер ворвался в бухту, и я повернулась к нему лицом, втягивая влажный воздух глубоко в легкие. От порыва ветра у меня по спине пробежал холодок, когда я наблюдала, как поворачивается небо. Медленно. Таков был путь штормов в Узком проливе, которые были довольно хитрыми. Именно этот фактор делал плавание в этих водах таким опасным. Почти все корабли, лежавшие на дне этого моря, были потоплены штормом.

Уилла и Остер вышли из прохода со своими сумками и кителями, а Падж натянул на голову вязаную шапочку, прежде чем перемахнуть через перила и спуститься вниз по лестнице. Я занесла ногу, чтобы последовать за ним, но чья-то рука рывком вернула меня обратно на палубу. Уэст стоял позади меня, схватив меня за заднюю часть ремня.

– Ты остаешься на борту.

– Что? – я уставилась на него, инстинктивно пытаясь вырваться из его хватки. Однако Уэст лишь сильнее сжал руку, заставив меня тем самым затаить дыхание.

– Мы вернемся утром, а затем возьмем курс на Серос.

Я бросила взгляд через его плечо на деревушку. Мне нужно было сойти на берег, если я хотела заработать еще хотя бы немного денег.

– Я здесь не пленница.

– Ты – груз. А единственный груз, который покидает корабль в этом порту, здесь и остается, – он вызывающе уставился на меня, готовясь спорить. Однако мы оба знали, что он не мог заставить меня остаться на корабле. Если, конечно, он не решит привязать меня к стропилам где-нибудь в трюме.

– Я не думаю, что у тебя осталось достаточно денег, чтобы заплатить какому-нибудь еще торговцу за проезд. Так что, если ты не хочешь, чтобы тебя завтра оставили на этом причале, ты останешься на борту.

Он протиснулся мимо меня, я схватила его за рукав, оттаскивая назад. Уэст подскочил, как ужаленный, глядя на мою руку, которой я держала его за предплечье.

– Что там внизу? – спросила я. Мне было все равно, в какие неприятности вляпалась «Мэриголд», но если они могли помешать мне добраться до Сероса, то это была и моя проблема.

Уэст стиснул зубы, и его челюсть задвигалась под его загоревшей кожей.

– Сойдешь с корабля и больше не попадешь на него, – повторил он.

Уэст вырвался из моей хватки, разделив нас холодным воздухом, и я наконец смогла сделать вдох, ощущая на языке вкус его запаха. Уэст натянул фуражку на свои непослушные золотистые волосы, прежде чем спуститься, и я наблюдала, как он сунул несколько монет в руки тем двум мужчинам на причале. Вероятно, чтобы следить за кораблем. Или за мной. Может быть, и то, и другое. Команда не покинула бы «Мэриголд», оставив ее без присмотра.

Уэст не оглядывался, следуя за остальными, которые шли колонной по выгоревшим на солнце деревянным доскам, направляясь по причалу в деревню. Я наблюдала за ними, вцепившись в бортовые ограждения так сильно, что казалось, будто мои кости вот-вот треснут. Мне нужно было превратить свои шесть медяков по крайней мере до того, как мы покинем Дерн, и если я не сойду на берег, у меня не будет возможности это сделать.

Я выругалась, все еще ощущая запах Уэста.

Что ж, мне придется рисковать.

Одиннадцать

У меня оставался еще час или два до наступления темноты, и этого времени было предостаточно.

Уэст был либо глуп, когда оставил меня на своем корабле одну, либо у него не было выбора. Судя по напряжению, которое охватило команду «Мэриголд», когда мы вошли в гавань, я предполагала, что чем бы Уэст ни занимался в Дерне, для этого ему нужна была вся команда, и он не хотел, чтобы ныряльщица с Джевала стала свидетелем их дел.

Я взобралась на грот-мачту и наблюдала, как они впятером пробираются по узким улочкам деревушки, идя гуськом: Остер впереди, а Уэст в самом хвосте. Они направлялись в таверну, туда, где три наклонные трубы поднимались из длинного прямоугольного здания, которое также служило гостиницей.

Обычно это была первая остановка для торговцев, зашедших в порт, и даже будучи ребенком, я знала, что происходило за этими дверями. Я достаточно насмотрелась на то, как команда моего отца исчезала в тавернах с кошельками, полными монет, и уходила с пустыми. На корабле были строго запрещены только две вещи, потому что и то, и другое могло погубить тебя или твоих товарищей: любовь и пьянство. Только на суше можно было найти кого-нибудь, кто мог согреть твою постель или залить бутылку ржаного виски себе в глотку.

Яркий свет от очага пролился на улицу, когда дверь открылась и команда исчезла внутри заведения. Долгий вздох с шипением сорвался с моих губ, когда я откинула волосы с лица, составляя план действий. Команда, вероятно, останется на берегу до утра, дожидаясь, когда откроется торговый дом, а это означало, что у меня было в запасе добрых десять часов, чтобы попасть в Дерн и вернуться на борт незамеченной.

Я спустилась на палубу, нащупывая босыми ногами каждую холодную ступеньку. Как только наступит ночь, я проскользну в деревню и сделаю все, что мне нужно. До темноты я воспользуюсь своим временем, чтобы выяснить, что творится на борту «Мэриголд». Я надеялась, что в итоге найду что-то еще более могущественное, чем деньги. В Узком проливе не было валюты более ценной, чем информация.

Я спустилась по ступенькам в коридор и остановилась перед дверью грузового отсека, снимая с пояса самую маленькую из своих железных отмычек. Замок легко открылся, и, толкнув дверь, я низко пригнулась под стропилами, держа перед собой фонарь.

Слова Хэмиша эхом прозвучали в моей голове.

Как только ты дотронешься хоть пальцем до чего-нибудь, что тебе не принадлежит на этом корабле, я об этом сразу же узнаю.