Руины из роз - Брин К. Ф. - Страница 53

– Пожалуйста. – Его голос звучал едва громче шепота и более хрипло, чем обычно.

– Воды, да? Ты хочешь воды? – Я хотела встать, но рука Найфейна удержала меня на месте, все еще невероятно сильная.

– Побудь со мной, – прохрипел он.

Я накрыла его руку ладонью.

– Конечно, побуду. Я наблюдаю за тобой, чтобы понять, не нужно ли дать тебе еще лекарства. Мы вылечим тебя, хорошо? Ты будешь жить и продолжишь сражаться.

– Пожалуйста. Продолжай говорить. Это помогает мне понять, что… я все еще часть этого мира. Смерть манит меня к себе. Мне хочется сдаться. Если бы не ты, я бы уже это сделал. Последние шестнадцать лет… были сплошным страданием. Каждый день был хуже предыдущего. Я так устал, Финли. Я так устал от этого кошмара.

Страх пронзил мое сердце. Я стиснула руку Найфейна в ладонях.

– Может, дать тебе еще эверласса? Тебе нужно еще? Я знаю, ты обещал своей матери не разглашать семейную тайну, и мы обязательно поссоримся из-за этого, когда ты поправишься, но сейчас ты должен помочь мне помочь тебе, хорошо? Твоя мама бы не хотела, чтобы ты умер таким молодым. Я знаю, ты считаешь себя виноватым в ее смерти, но Сейбл кое-что сказала, и я думала над этим. Твоя мать любила тебя. Она бы хотела, чтобы ты был счастлив. Она скучала по своему дому… – Я пришла к такому выводу, исходя из слов Найфейна. – …И не стала бы обижаться на тебя за то, что ты уехал. Она жила в браке без любви с сумасшедшим мужем, ей не разрешали говорить на языке ее предков. С чего бы ей желать тебе такой же судьбы? Я имею в виду, посмотри на меня. Я не такая, как другие женщины в этой деревне. Я – дикарка, и я охочусь, и я рискую, и я прихожу домой вся в крови. Меня не волнуют красивые платья с оборками или то, хочет ли первый красавец на деревне жениться на мне…

Рука Найфейна сжала мою, и его тело напряглось. Я медленно выдохнула и снова посмотрела на черные полосы на его спине. Они по-прежнему медленно таяли. Возможно, при этом Найфейн испытывал болезненные ощущения.

Я продолжила говорить.

– Я была такой с детства. Люди часто говорили моей маме, что она не должна позволять мне проводить столько времени с Хэнноном. Что я плохо влияю на него, потому что он нежный, добрый и милый. Но она могла быть упрямой, как скала. Она правила этим домом. Она никому не позволила бы запугивать меня. Она позволяла мне носить все, что я захочу. Позволяла мне делать все, что мне заблагорассудится, при условии, что я веду себя вежливо. Доверяла мне самой принимать решения. Так поступают матери – они направляют. Они дарят веру в себя. Они поддерживают и никогда не перестают любить своих детей. Никогда. Я сомневаюсь, что розовый куст стал бы обижаться на сына за его дикий нрав.

Слезы наполнили мои глаза.

– Я так скучаю по маме, – призналась я, наклоняясь вперед и прижимаясь щекой к подушке у головы Найфейна. – Я не смогла спасти ее. Тогда я еще не усовершенствовала рецепт целебного эликсира. Мне не хватило времени. Но знаешь что? Я должна помнить, что в конечном счете это была не моя вина. Маму убили проклятие и болезнь. В то время я не могла победить их, но успею сделать это вовремя для отца. Я это сделаю. Я не потеряю еще одного родителя.

Я погладила Найфейна по щеке, продолжая другой рукой обнимать его.

– Знаешь, люди были правы насчет того, что Хэннон лучше меня. Моя мама всегда утверждала, что без него я бы пропала. Он ненавидит охоту, рыбалку и распитие пинты пива в пабе с парнями. Он думает, что все они – тупоголовые обезьяны. Очевидно, он прав. Ему бы очень понравился выбор хобби в замке. Вероятно, он мог бы нарисовать очень красивую картину. Он очень хорош в шитье и рукоделии. И ты видел, как он умеет ухаживать за больными. Мы с ним настолько противоположны, насколько могут быть противоположности. Вот почему из нас получилась отличная команда. У меня хорошо получается все, что он ненавидит, а у него хорошо получается все, что ненавижу я.

– Ему нужна сильная пара, – прохрипел Найфейн.

Я вздрогнула. Затем покраснела от смущения. Найфейн просил меня говорить, это правда, но я и не предполагала, что он будет внимательно слушать каждое слово.

– Да. Но в нашей деревне таких нет. То есть это, конечно, не так. Я уверена, что сильные женщины есть, они просто не пойдут против общественности. Никто не обращался ко мне, например, чтобы научиться охотиться. Кроме Сейбл. До встречи с тобой я учила ее ставить ловушки и охотиться на мелкую дичь. Но в то же время она любит платья с оборками и прихорашиваться, так что умеет скрывать свои странности немного лучше, чем я.

– Мне нравятся твои странности.

– Я не думала, что тебе вообще что-то во мне нравится.

– Воды, пожалуйста.

– Ах, да. Да, конечно. – Я оттолкнулась, чтобы встать, но одна из моих ног затекла. Она не выдержала нагрузки, и я с грохотом упала на пол, как подкошенная, ударившись о край кровати Сейбл. – Черт подери!

Найфейн дернулся, а затем застонал и приоткрыл глаза, чтобы посмотреть, что случилось.

– Я в порядке. – Я показала ему большой палец и забралась на кровать. – Все хорошо.

Дверь спальни открылась, и в проеме показалось заспанное лицо Хэннона.

– Что стряслось?!

– Мне нужна вода для него. У меня затекла нога, и я упала на пол.

Брат закатил глаза и пересек комнату, направляясь к кувшину с водой. Поднял его и наполнил жестяную кружку. Когда Хэннон наклонился, чтобы передать кружку Найфейну, я устроилась на кровати и принялась растирать онемевшую ногу.

– Ты можешь сесть или нам помочь тебе? – спросил Хэннон.

Найфейн попытался приподняться, но его руки подкосились, и он снова упал на матрас.

– Эта кровать твердая, как камень.

– Значит, она ничем не отличается от твоей головы, – не подумав, выпалила я.

Найфейн ухмыльнулся, а Хэннон передвинулся на другой край и стал ждать меня.

– После смерти ты сядешь по правую руку от богини, Хэннон, – сказал Найфейн, когда я встала, чтобы помочь. Невидимые булавки и иглы пронзали мою ногу. – На небесах тебе воздастся за то, что ты всю жизнь терпел такую сестру.

– Очевидно, тебе уже лучше, – проворчала я, когда мы с Хэнноном перевернули его и приподняли.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Хэннон, вновь превращаясь в сиделку. – Боль прошла?

– Немного. Она впивается глубоко в мои кости, но больше не пульсирует. Это маленькое чудо.

– Тебе дать еще эликсира? – спросила я, забирая кружку у Хэннона. Найфейн неуклюже приподнял руку, чтобы взять кружку, но я отмахнулась от него. – В итоге ты все прольешь. Ты больной – веди себя соответственно.

– Да, мэм. – Его губы изогнулись в улыбке.

Он выпил содержимое, и на последнем глотке капелька жидкости потекла из уголка его рта.

– Пока достаточно, – мягко сказал Хэннон.

Я поставила кружку на пол, и мы перевернули Найфейна обратно. Он прерывисто закашлялся и вцепился в подушку, но успокоился, продолжая смотреть на меня.

– Я в соседней комнате, если вдруг вам понадоблюсь, – сообщил Хэннон, протягивая руку.

Я вручила ему кружку. Брат кивнул и направился к двери.

– Что он будет с ней делать? – спросил Найфейн. Он покашлял еще немного, а затем застонал.

– С чем, с кружкой?

Он слабо кивнул.

– Вымоет ее. Тут есть еще одна. Потом он их поменяет. Он действительно помешан на чистоте, когда дело касается ухода за больными.

– И правильно. Из вас двоих действительно получилась отличная команда.

– Ага. Мы росли в трудные времена, когда в основном приходилось полагаться на самих себя.

– Нет, пока больше никакого эликсира. Хотя я мог бы использовать часть твоей силы.

Я пробудила самку, и волна силы хлынула через меня в Найфейна. Когда поток хлынул обратно, мы поймали его в замешательстве, и сила заполнила мое тело и ушла глубоко внутрь. Я испуганно втянула воздух. Похоже, я все еще была связана с Найфейном через силу или, возможно, магию. Или, может, были связаны только наши внутренние звери, я не знала. И хотя я не могла конкретно почувствовать его, я ощущала его сущность. Его внушительный самец запустил щупальца силы глубоко внутрь меня. Наверное, мне следовало бы разозлиться или, возможно, забеспокоиться из-за этого, но прямо сейчас я просто хотела, чтобы Найфейн излечился. Королевство нуждалось в нем. Я разберусь с последствиями, когда он поправится.