О бедном мажоре замолвите слово 4 (СИ) - Останин Виталий Сергеевич - Страница 5

Поэтому на доставание, вскидывание и прицеливание — куча действий, если задуматься! — я время тратить не стал. А просто выставил перед собой щит и побежал вперед. В голове, как обычно в стрессовых ситуациях, запускается секундомер.

Сто двадцать один.

На третьем толчке левой ноги чуть не споткнулся — первая пуля ударила по защите. Звука выстрела сквозь стучащую африканскими барабанами кровь в ушах я даже не услышал, но ожегшая жидким азотом мана внутри сообщила о попадании.

Сто двадцать два.

И сразу второй удар! Уже неожиданный, а от того, чуть не остановивший меня.

Сто двадцать три. Падла… падла… падлавил! Целая секунда потеряна!

Мало кто об этом задумывается, но стрелять «двойкой» немногие умеют. Тем более так, чтобы второй выстрел не только происходил сразу после первого, но и еще в цель попадал. Это ставят — долго, тяжело, нудно. И встретить спеца с таким редким навыком на улице, где-нибудь в частном секторе пригорода Владимира, практически нереально.

Но мне, блин, повезло! Я-то рассчитывал, что Алик, как приличный человек, сперва бахнет, потом увидит, что не попал, затем еще какое-то время потратит на то, чтобы удивиться и расстроиться. А он, паскуда такая, сразу «двойкой» жахнул! Ганфайтер, мать его, недоделанный!

Тем не менее, щит удержал и вторую пулю. Справился бы, думаю, и с третьей, но этого уже не понадобилось. Я уже добрался до контакта, а в нем даже короткоствол больше помеха, чем подспорье.

Сто двадцать четыре.

Магическое усиление на руку, да плюс энергия от движения и в корпус. Убить не убью, но воля к борьбе пострадает точно. И дыхалка отойдет покурить. Но… мимо? Алик, да что с тобой не так-то!

Парень изогнулся, как гимнаст, чуть ли на мостик вставая, пропустив мой кулак над головой. И продолжая движение еще и ногой мне звезданул по лицу. Попал в щит, понятное дело, и больше себе урона нанес, чем мне, но сам факт! Как правило, от бывших наркоманов не ждешь такой прыти.

Разозлил он меня, конечно, будь здоров. Не ударом, понятное дело, а тем, что я ошибся в его оценке. Даже мой бешеный грузин оказался проницательнее — он сразу сказал, что наши объекты к драке всегда готовы. И только я, как последний лох, полез в контакт, рассчитывая на трясущегося нарика.

Но магия может прощать мелкие тактические просчеты. По крайней мере, в схватке с неодаренным. Раз уж ты такой гибкий, чтобы уворачиваться от кулака, увернись-ка от целой стены воздуха. «Поток», старший брат «ветерка», — это не укол, а удар огроменной метлой. Справишься, канатоходец Тибул?

Не смог. Невидимая ладонь великана подхватила противника и безжалостно швырнула прямо на тут же загудевший от возмущения забор.

Бам! Что и требовалось доказать.

Сто двадцать пять.

Хотел просто скрутить беглеца, но сойдет и такой, помятый. Живой же? Присев у бесчувственного тела на земле, тронул жилку на шее — живой! Но в себя придет нескоро, лицо от встречи с металлопрофилем просто в кровавую кашу. Перевернул на живот, быстро спеленал пластиковой стяжкой (браслеты тоже пришлось сдать), и повернулся к дому. Осталось со вторым разобраться.

Человек я не глупый, намеки понимаю, зачастую даже с первого раза. И выводы делать тоже умею. А они простые, как пятьдесят рублей после стирки в машинке: если у одного есть ствол, то и второй может оказаться вооруженным. Что ж, принимаем к сведению.

Бум-бум-бум!

Да вашу же мать! Это миссия предполагала слежку! Слежку, а не вот это вот все!

У второго противника оказался калибр побольше, что-то вроде винтовки. Но — гражданский вариант, не полный, а полуавтомат. Что позволяло ему стрелять быстро, но все же одиночными. И, к великому моему облегчению, мимо. Потому как, не уверен, что винтовочную пулю после двух пистолетных, мой щит удержал бы.

«Кто вы такие ребята? — думал я, рыбкой ныряя за гору строительного мусора, который нерадивые хозяева забыли тут года, наверное, три назад. — И почему вы такие дерзкие, что не стесняетесь в городе палить, как в стрелковом тире? Да по менту, который вам обозначился голосом!»

А еще вопрос вдогонку — что в доме, Лебовски? Что такого важного и опасного, что вы предпочли затеять маленькую войнушку с огнестрелом, а не выйти и спокойно поговорить? Доберусь — гляну.

От кучи мусора к полетам с кирпичом — бум-бум! Оттуда до штабеля с досками, которые так и не стали второй частью крыши — бум! А дальше уже стена дома и — выкуси, урод! — мертвая для прострела зона. Нет, стрелок, конечно, мог вывеситься из окна и попробовать так меня достать. Но не стал. Не совсем дебил, жаль.

Перед тем, как войти в дом, я запустил «резонанс». Да, то самое заклинание из недоступного мне ранее арсенала Подмастерья, которое позволяло на двадцать метров сканировать пространство и обнаруживать живых людей. Не без сбоев, толковый маг равный или превосходящий меня в ранге от такого поискового конструкта закрылся бы без труда. И работало оно лучше, когда искомый объект двигался, а не неподвижно стоял столбом. Но все равно лучше, чем ничего.

Почему раньше не использовал? Ну простите, я как бы маг второй месяц всего! А полноценный — неделю! Вот и вспомнил только сейчас, не привык еще в первую очередь думать о магических возможностях.

Внутренние ощущения от примененного заклинания были странными — будто задрожало что-то в центре груди. Но не сердце или что там еще рядом за ливер, а другое. Словно бы камертон, которого раньше не было.

А вот по внешним оно походило на мягкий взрыв (да, я понимаю, как это звучит!), когда воздух вокруг меня словно бы волной расходится в стороны, но без ветра и прочих спецэффектов, а унося только заряженные молекулы. Которые долетев до предела, тут же возвращаются обратно. Принося с собой информацию о том, с чем за время этого короткого путешествия столкнулись. Сонар, говорю же.

И вот он мне сообщил, что стрелок так и торчит на своем втором этаже. Комнату уже покинул и занял позицию, с которой ему максимально удобно обстреливать лестницу. С одной стороны, правильно поступил, перекрыл единственный доступ наверх и может чувствовать себя королем положения — не всякий спецназ может штурмом да без потерь подняться. А с другой — теперь-то ему, бедолаге, деться некуда. Как прибитый на своей позиции.

Идеально. Осталось только придумать, как его оттуда выкурить.

Ломиться в лоб, даже под щитом я не стану, не дурнее паровоза, чай. Может защита выдержит, а что, блин, если нет? Тем более, мне не его труп нужен, а он сам — живой и способный говорить. Чтобы понять чей он мальчик и кто его в бой ведет. Так что попробуем сперва поговорить.

— Слышь, там? Наверху? Мне кажется мы как-то неправильно начали наше общение. Давай попробуем с самого начала, а? Меня зовут Миша, и я пришел от Алексей. Смирнов, помнишь такого? Мальчик, 12 лет, с ним Алик вчера встречался. Понимаешь, остался один незакрытый вопрос…

Не, ну а что? Вдруг прокатит? Решит, что я из их банды, просто он меня не знает. Туров же говорил, что между той четверкой, за которой мы начали сегодня следить, нет никаких связей. Очень, между прочим, распространенная практика в таких вот боевых ячейках. На случай ареста — и выдать никого не сможешь.

Однако в следующую секунду выяснилось, что нет. Не прокатит. Раздался еще один выстрел — пуля впилась в нижнюю ступеньку в шаге от моей ноги. И тишина. Отвечать иным образом недружелюбный стрелок посчитал ниже своего достоинства.

Ну и ладно! Как говорил один завгар, на каждую хитрую задницу найдется болт с левой резьбой. Неглупый, между прочим человек, весь технический парк питерского Главка на нем держался.

Я достал телефон, активировал экран, залез в настройки и вернул звуки, сопровождающие нажатие. Так-то я их всегда отключаю, но сейчас мне было важно, чтобы стрелок слышал, как я набираю номер.

— Але, Гоша, — никакому князю я, естественно, звонить не собирался, ему только ехать до меня минут сорок. — Ага, все еще на адресе, да. Одного успокоил уже, второй над лестницей засел с волыной. Я чего звоню — помощь твоя нужна. Ты как быстро сможешь подъехать? Не, Влад не подойдет, он же у нас криомант, а здесь огневик нужен, как ты. Десять минут? А если постараться? Ну семь так семь, понял. Да не, тут ничего сложного. Подпалишь потолок, выкурим эту крысу и поедем шефу докладывать. Добро, дорогой, жду.