Секрет княжны Романовской (СИ) - Эймс Глория - Страница 12

Однако Николай настиг меня у выхода:

— Что-то случилось? Вы просто…

— Некогда объяснять, — я схватила его за руку. — Срочно помогите мне. Я окликну государя и задержу. А вы… Даже не знаю… Кому вы доверяете настолько, что можете попросить проверить здание на взрывчатые вещества?

— Александра, вы меня пугаете, — Николай пристально всмотрелся в мое лицо, полузакрытое маской. — Вы серьезно говорите?!

— Оршад безалкогольный, если вы об этом, — я потянула его прочь из зала. — Если мои подозрения верны, то мы тут все рискуем, особенно его величество. Да что вы стоите, мы же сейчас опоздаем!

Николай, чуть поколебавшись, все-таки направился за мной.

Выбежав следом за императором, я окликнула его:

— Ваше величество, прошу минуту времени! Это очень важно!

«Боже мой, а как нам общаться? — вдруг сообразила я. — Шурочка ведь его родная племянница. Они на вы или на ты? И обращаться нужно по всей форме или…»

Александр приостановился и обернулся. Его высокая фигура вырисовывалась на фоне освещенной свечами анфилады. Сейчас особенно четко было видно, что створка двери неподалеку действительно не просто так криво расположена. Там явно что-то находилось!

— У меня очень важный разговор к вам, — начала я сочинять на ходу, подходя к нему. — Но будет лучше, если нас никто не услышит. Может, пройдем на другой этаж?

— Шурочка, некогда, у меня дела, — довольно просто ответил государь. — Потом поговорим.

— Это не девичий каприз, все серьезно, — я схватила его за рукав, уже не задумываясь о правилах этикета и прочем. — Не ходите туда!

И указала на анфиладу.

— Почему? — на лице императора мелькнула снисходительная улыбка.

— Потому что…

Но договорить я не успела, потому что в этот самый миг стены вокруг нас содрогнулись, свечи погасли, и все куда-то обрушилось…

______________

В нашем мире самое первое покушение на жизнь Александра II произошло 4 апреля 1866 года, когда император после прогулки со своим племянником герцогом Лейхтенбергским (сыном нашего Максимилиана)и племянницей принцессой Баденской направлялся от ворот Летнего сада к своей карете. В него выстрелили, но пуля пролетела мимо, а стрелявшего тотчас схватили. Было еще много попыток покушений, в том числе мощнейший взрыв в Зимнем дворце, когда погибло 11 охранников, а императора спасло лишь то, что его задержали дела, и он вышел на несколько минут позже, чем ожидали заговорщики.

Глава 20. Заговорщики

Облака дыма медленно рассеивались, открывая обгоревшие просторы прежнего великолепия. Стены, украшенные золотыми орнаментами, теперь искривлялись под тяжестью разрушений, а отделанные мрамором колонны согнулись, как горестно рыдающие фигуры. А створки двери, которая так бросалась мне в глаза, теперь попросту не существовало, она разлетелась на множество осколков, изрешетивших окна.

Среди хаоса послышались испуганные голоса. Кто-то бросился из зала в коридор, кто-то, наоборот, пытался найти выход в другой стороне.

Видя воцарившуюся вокруг панику, Николай крепко прижал меня к себе, стараясь защитить. И тут я поняла, что я, он и император погружены во нечто переливающееся, как тонкая фата. Этот магический кокон защитил нас, оставив невредимыми, в то время как все вокруг оказалось разорванным и искорененным.

— Ваше величество! — в ужасе закричали охранники, появившиеся в другом конце коридора. — Вы ранены?!

— Все в порядке, — император, сохранив свое достоинство, поднял руку, призывая к спокойствию. Те, кто выбежал к нам, увидели, что государь в полном здравии, и немного стихли, продолжая тревожно переговариваться. — Судя по всему, это взорвалась магическая бомба. Никто не пострадал. Нам следует задуматься о том, как предотвратить подобные происшествия в будущем, укрепив свою власть с помощью истинных союзников.

Охрана и какие-то военные чины тотчас помчались на место взрыва. А мы втроем продолжали стоять в магическом коконе, который тщательно поддерживал Николай — именно из его ладони распространялось переливающееся свечение, окружавшее нас.

— Виват! — нервно выкрикнул кто-то из гостей, и остальные поддержали его. Нестройный хор на разные лады радовался, что государь избежал гибели, а я напряженно разглядывала толпу, пытаясь понять, кто же помогал заговорщикам.

— Позвольте, я тоже осмотрю место взрыва, — выступил вперед Аскольд Иванович.

Государь коротко кивнул ему и обратился к Николаю:

— Превосходный купол! Не зря отец отослал тебя на обучение к молдавским чернокнижникам!

— Да, ваше величество, это было очень верным решением, — ответил Николай, и снова я уловила в его голосе какую-то потаенную печаль, как тогда, во время танца.

Папенька, растолкав толпу, бросился к нам:

— Опять! Шурочка, почему вокруг тебя постоянно что-то взрывается?!

— Максимилиан, твой дочь только что случайно спасла мне жизнь, — улыбнулся Александр.

— Не случайно, — вырвалось у меня.

Тут же задним числом подумалось, что лучше было бы промолчать и обставить все так, будто обстоятельства сами сложились. Но я уже начала, так что останавливаться было поздно. Под недоумевающими взглядами мужчин я пояснила:

— Я видела, что за той дверью что-то стоит, просто не успела никому сказать. А когда государь пошел в ту сторону, хотела предупредить…

— Точно! Ты именно поэтому не хотела, чтобы я уходил в ту сторону? — вспомнил государь. — Но как ты догадалась?

— Немного наблюдательности и чутье, — мне показалось, что прозвучало довольно убедительно. И добавила шепотом: — Я видела двух магов…

— Так, нам пора перейти в место, где нас никто не услышит, — опомнился папенька. — И сразу же все обсудим. Гостям следует запретить расходиться. Напитки, угощения, танцы один за другим — нужно отвлечь всех. И никого не выпускать, пока мы все не обговорим и не выйдем на того, кто организовал взрыв.

В сопровождении охраны мы поднялись в верхние покои. В небольшом кабинете император встал у окна, наблюдая, как с Невы поднимается вечерний туман, окутывая тревожно колышущимися полотнищами набережную.

Стараясь ничего не упустить, я рассказала все, что видела за последние полчаса.

— Ты могла бы узнать их, если бы встретила снова? — спросил папенька.

— Не уверена, — честно призналась я. — Эти двое постоянно меняли облик, причем в заметной степени. Я могу опознать лишь того, кто вызвал государя в коридор.

— Князь Оболенский? — с содроганием воскликнул Александр. — Тот, который после шуточного восстание его дядюшки клялся в вечной верности престолу… Да можно ли теперь доверять кому-либо из приближенных?!

«Шуточное восстание — неужели здесь декабристов не сочли серьезной угрозой и просто пожурили?» — подумала я. Но расспрашивать было некогда, да и выглядело бы это слишком странно.

Тотчас папенька отдал распоряжения охране, и поиск заговорщиков сразу же начался. Мы остались в кабинете вчетвером, молча осознавая произошедшее. Николай крепко держал меня за руку, и я была благодарна ему за эту уверенную поддержку. Несмотря на то, что корсет был зашнурован довольно слабо, от танцев и переживаний уже опять все плыло перед глазами. И я очень не хотела снова упасть в обморок.

— Интересно, теперь все недовольные насытились своей местью? — горько произнес император. — Или им важно увидеть мою кровь? То, что они творят, уже похоже на охоту за диким зверем, разве я заслужил подобное?

И тут в дверях появился Аскольд Иванович с торжествующе-мрачным видом.

Глава 21. Разоблачение

— Сила бомбы оказалась весьма разрушительной, — сообщил маг. — Из того, что я увидел, можно заключить, что ваше императорское величество не имело шансов выжить.

Папенька и государь переглянулись. Я увидела, как Александр стиснул зубы, и на его лице заходили желваки. Трудно принимать такие новости, это я уже поняла на собственном опыте.