Заложница дьявола (СИ) - Жемчужева Аделина - Страница 109

Вечером наложницы заботливо занимались моим внешним видом. Сначала они тщательно вымыли меня в теплой ароматной воде, втирая в кожу нежные масла, оставляющие после себя тонкий, пленительный шлейф жасмина и ванили. Я чувствовала, как усталость покидает тело, уступая место приятному расслаблению.

София принесла поднос с изысканными украшениями, а Кира разложила передо мной несколько роскошных платьев, каждое из которых достойно королевы.

Я пробежалась взглядом по отбору и сразу начала отсеивать неподходящие.

— Это слишком скромное, — отложила я первое.

— А это… слишком тяжелое, — нахмурилась я, глядя на расшитое золотыми узорами одеяние, которое, казалось, весило не меньше доспехов.

Но когда мой взгляд остановился на алом платье, я сразу поняла — оно идеальное.

Облегающий силуэт подчеркивал все изгибы моего тела, глубокий вырез открывал плечи, а полупрозрачные рукава придавали образу утонченность. Легкая ткань струилась вниз, а высокий разрез на бедре добавлял нотку смелости.

После родов моя фигура изменилась, но не в худшую сторону. Тело стало более женственным, формы округлились, подчеркивая талию и бедра. Я думала, что стану полной, но, напротив, беременность пошла мне только на пользу.

— Идеально, — прошептала София.

— Король будет без ума, — добавила Кира с улыбкой.

Я молча кивнула, позволив им помочь мне надеть платье. Тонкая ткань скользила по коже, словно вторая кожа. Затем они распустили мои длинные локоны, расчёсывая их до зеркального блеска.

— Готово, ваше величество, — с лёгким поклоном произнесла Мария.

Я посмотрела на своё отражение. Женщина, смотревшая на меня из зеркала, выглядела иначе — не просто королева, но соблазнительница, желанная и уверенная в себе.

Я сидела в покоях Эмира, укачивая Элеонору на руках. Время тянулось невыносимо медленно. Уже прошел час, но казалось — вечность.

Внезапно снаружи раздался громкий шум. Я вздрогнула и положила Эли на кровать, поднявшись с кровати, поспешила к балкону.

Перед дворцом собралось множество людей. Они стояли плечом к плечу, держа в руках факелы и развевая флаги. Их голоса сливались в едином хоре, перекрывая даже праздничные фанфары.

— Да здравствует король! — скандировали они снова и снова, а их восторг, казалось, заполнял воздух.

Я улыбнулась, глядя, как в небе один за другим рассыпаются огненные всполохи фейерверков. Казалось, весь город затаил дыхание в предвкушении.

С момента, когда гонец сообщил о приближении Эмира, жизнь в столице забурлила. Народ стекался к главной дороге, ведущей к дворцу, торговцы раздавали сладости, дети носились, смеясь, а уличные музыканты выводили бодрые мелодии. В этот вечер все ждали только одного — возвращения своего короля.

И вот наконец впереди показались первые всадники. Гул голосов стих, сменившись восторженным шёпотом. Впереди всех ехал он — Эмир.

Величественный, несокрушимый, он держался в седле уверенно, как будто вся эта война была для него лишь очередным испытанием, которое он преодолел без единого страха. Его фигура, закованная в чёрные доспехи, отливала холодным блеском факелов. Темные волосы, слегка взъерошенные ветром, подчёркивали его суровые черты. Глубокий взгляд, наполненный властью и опасностью, скользил по толпе, отмечая каждого, кто пришёл его встретить.

Позади него скакали его союзники — лучшие воины, те, кто прошел с ним через огонь и кровь. Их лица были серьёзны, но в глазах читалась гордость. Они победили. Они вернулись.

Когда конь Эмира приблизился к воротам дворца, народ взревел от ликования. Люди скандировали его имя, поднимали руки в приветствии, бросали цветы под копыта лошадей.

Я смотрела на него с восхищением, и слезы счастья невольно потекли по моим щекам.

Прежде чем переступить ворота дворца, Эмир резко развернул коня к собравшимся людям. Взяв из рук одного из воинов флаг, он с силой взметнул его вверх и громко зарычал, выражая торжество и силу победы. Его голос слился с ликующими криками толпы, а город вновь взорвался восторженными возгласами.

Толпа загудела, словно раскаты грома пронеслись над площадью. Люди кричали, скандировали имя Эмира, их голоса сливались в единый торжествующий хор. Он поднял флаг выше, и ветер тут же подхватил его, заставив полотно взметнуться над его головой.

— Да здравствует король! — снова и снова разносилось по улицам.

Воины, сражавшиеся бок о бок с ним, наблюдали за этой сценой с гордостью. Каждый здесь уважал Эмира не только как короля, но и как воина, как мужчину, который не прятался за стенами дворца, а стоял в первых рядах, сражаясь за свой народ.

Эмир окинул всех своим непроницаемым взглядом, затем резко развернул коня и направился в сторону дворца. Его клинок, висевший на поясе, блеснул в свете факелов, напоминавший всем о его силе и безжалостности в бою.

Я не могла оторвать глаз. Ветер развевал его плащ, каждый его жест был пронизан уверенностью и властью. Это был мой мужчина. Мой король.

Вокруг дворца было многолюдно, как снаружи, так и внутри. По правилам я не могла выйти к Эмиру, но как же хотелось. Весь двор был полон мужчин, ожидающих его, и я не могла дождаться, когда он наконец вернется ко мне. Поэтому я осталась в его покоях, в напряженном ожидании.

Аэрин крепко обнял брата, хлопнув его по спине. Я невольно улыбнулась, наблюдая за этой сценой. Его ухоженная борода и длинные волосы делали его еще более мужественным. Он выглядел таким сильным, таким величественным, что невозможно было отвести взгляд.

Я знала, что Эмир разозлится, если увидит меня на балконе. Здесь слишком много мужчин, и он всегда был собственником. Поэтому я поспешила вернуться в комнату, зная, что вскоре он сам придет сюда, чтобы переодеться и немного отдохнуть.

Неожиданно снаружи раздался громкий шум, и, не сдержавшись, я снова выбежала на балкон. Внизу, во дворце, люди восторженно кричали, факелы освещали площадь, а несколько мужчин, включая Аэрина, подняли Эмира на руки, громко празднуя его победу. Он смеялся, искренне, ярко, его улыбка освещала все вокруг, и у меня на губах невольно заиграла ответная улыбка.

Но долго наслаждаться этим моментом я не успела — Эли заплакала. Я тут же бросилась обратно в комнату. Подошла к ней, увидела, как по ее щекам текут слезки. Она снова плакала во сне. Такое случалось часто.

Я осторожно легла рядом, поглаживая ее ручку. Боже, я ждала этого дня целый год, но сейчас казалось, что прошла целая вечность.

Я закрыла глаза, но сон не шел. Мое сердце гулко стучало в груди, дыхание сбивалось от волнения. Внизу, в зале, все еще звучали голоса, раздавался смех, звенела посуда.

А я просто ждала.

Ждала, когда он войдет в эту комнату.

Ждала, когда он снова возьмет меня в свои объятия.

И вот…

Спустя некоторое время тяжелые шаги в коридоре. Они замедлились у двери, а затем створки с легким скрипом распахнулись.

Эмир.

Его высокая фигура заполнила проем, а я… Я не помню, как оказалась на ногах. В одно мгновение я бросилась к нему, ноги подкашивались, но мне было все равно.

— Эмир! — мой голос дрожал, срывался, пока я врезалась в его объятия.

Я не могла поверить. Я вдыхала его запах — пропитанный дорогой, кожей, металлом. Горячие слезы потекли по щекам, но мне было все равно.

— Ты здесь… ты… — я всхлипнула, мои пальцы цеплялись за его плащ, за его доспехи, как будто я боялась, что это сон и он исчезнет.

Он был жив. Он был рядом.

Его руки с силой сжались на моей спине, притягивая меня ближе.

— Я здесь, детка, — его голос был хриплым, низким, полным усталости, но и чего-то еще… облегчения.

Я подняла голову, мои пальцы дрожащие скользнули по его лицу. Я смотрела в эти глубокие, синие глаза, пыталась запомнить каждую черточку его лица, но слезы застилали мне обзор.

— Я ждала тебя… так долго… — я снова зарыдала, и он мягко наклонился, прижимая лоб к моему.