Открытая вражда (СИ) - Мясоедов Владимир Михайлович - Страница 65

— Я…Э…Нет, — растянув пальцами ворот своего одеяния, словно он его душил, польский магистр начал медленно пятиться к своему экипажу. Рыцари-телохранители и дамочки, которых он с собой притащил, предпринимали аналогичные маневры, причем даже чуть ли не быстрее патрона, которого на всякий случай старались держать между собой и Олегом. — Благодарю за столь великую честь, но нет, этого не будет…

— Ожидаемо, — кивнул Олег, а после силой мысли поднял сундук с золотыми монетами, захлопнул его крышку и метнул в грудь собеседника, заставив его споткнуться и едва не упасть. — В таком случае убирайтесь с моего корабля и забирайте свой дар! Он ничтожен и глуп…И воистину вас достоин.

Резко ускоривший темпы своего отступления Болеслав запрыгнул задницей вперед в свою летучую карету, кого-то там своими модифицированными телесами придавив, а после экипаж сразу же стартовал, чуть не потеряв почти сверзившегося со своего насеста кучера, видимо являющегося всего лишь декорацией или же запасным автопилотом…И позабыв на палубе «Тигрицы» двух наиболее нерасторопных девиц, которые не успели занять свои места вперед начальства, хотя и очень старались это сделать. Одна из них с воплем вцепилась в дверцу, вторая в корму…И, видимо, молчаливая была умнее и сильнее, поскольку двигаясь как какой-то паук быстро переползла к торчащей в передней части жердочке. А вот голосящая во всю мочь красотка, умоляющая впустить её внутрь удаляющегося ненамного медленнее ракеты транспорта, всего через пять-шесть секунд попыток удержаться сверзилась вниз и, отчаянно размахивая руками, полетела к земле, вернее к воде блестевшей там речки. И парить в воздухе или хотя бы процесс падения притормаживать она явно не умела несмотря на принадлежность к одаренным…Впрочем, Олег ей помог не расшибиться, относительно мягко плюхнувшись в воду. А вот возвращать на «Белый кречет» или любой иной корабль конвоя не стал. Пусть свои её забирают…А если не заберут, то будет у этой красотки лишний повод подумать над тем, а того ли работодателя и учителя она себе выбрала, раз её забыли как ненужный мусор…

— Это было красиво, мне понравилось, — буквально промурлыкала едва ли не светящаяся от переполняющих её эмоций Анжела, что во время встречи важного гостя хранила вежливое молчание. — Пожалуй, по такому поводу из добытого тобой со дна реки золота стоило бы отлить какую-нибудь памятную безделушку… Но что бы ты делал, если бы Болеслав вдруг взял и согласился тебе принести вассальную присягу и затребовал бы свою еженедельную оплату?

— Вероятность этого я оценивал несколько меньше, чем возможность высадки враждебных инопланетян прямо к нам на головы, — хмыкнул чародей. — Но если вдруг, проблемой бы это точно не являлось. Одаренный шестого ранга, если он действительно будет батрачить, не покладая рук, такую сумму заработает плюс-минус за двое-трое суток. Может быстрее, если специальность подходящая…

— Хм… — Анжела подошла к своему мужу, обвила его рукой, а после начала подталкивать в сторону спуска, ведущего на нижние палубы. — Пожалуй, нам пора в нашу каюту, а детям не помешает часочек или два подышать свежим воздухом, и Доброславе тоже. А сейчас ты будешь только моим…

Грохот, сильно напоминающий взрыв, но кажется являющийся все-таки очень сильным ударом, заставил судно содрогнуться. А потом сразу же повторился, дополняясь взбешенным громким ревом, отдаленно похожим на волчий рык. И звук сей, как и эпицентр непонятного катаклизма, находился примерно там, где располагалась капитанская каюта.

Олег сам не понял, как рванул к своим апартаментам на максимальной скорости, которую только мог выдать, ибо в голове его вспыхнула как озарение одна простая и ужасная мысль: «Он уже опоздал». И доказательством того, что дар оракула не ошибся, стали разбитые на части автоматроны, охранявшие капитанскую каюту, парочка составлявших им компанию и потому разорванных на куски боевых магов, чьи зачарованные доспехи оказались врагом уничтожены так, словно состояли из мокрого картона и зажимающая разорванный живот нага, выпотрошенная чем-то острым сразу в нескольких местах, словно её почти разрубили на несколько частей чьи-то гигантские когти…

— Советую не делать глупостей, если вы дорожите своей шавкой и своими щенками, — раздался из глубины капитанской каюты вроде бы знакомый Олегу голос. Голос, чей обладатель видимо был слишком туп, чтобы жить, раз уж он находился здесь, сейчас и при таких вот весьма однозначных обстоятельствах…Обстоятельствах, из-за которых чародей шестого ранга замер на пороге своих апартаментов, не решаясь шагнуть внутрь. — А вы ведь ими дорожите…Сударь Кащей.

Глава 20

Глава 20

О том, как герой стоит на пороге, узнает, что он бог и вместе со своей семьей шагает в царство смерти.

Капитанская каюта пребывала в состоянии полного хаоса, если не сказать хуже, ибо здесь случился короткий, но очень жестокий и интенсивный бой. Разбросанные вещи, уроненные шкафы, перевернутая кровать, обугленные дырки в стенах, полу и потолке, лужи какой-то пенящейся и жутко воняющей дряни, аромат которой пробивался даже сквозь смрад горелого мяса…Ну и кровь, причем в довольно больших количествах. Прорвавшийся через дверь и охранявших её стражей враг все-таки не мог не замедлиться на какие-то доли секунды, дав время Доброславе на то, чтобы встретить его магией, когтями и клыками…И она не подвела, взяв на себя одного из почти всесильных и почти неуязвимых нападавших, из-за чего у их маленькой дружной компании наверняка теперь будут проблемы с Деспотом, чья любовница залила кровью из огрызков своей шеи рабочий стол Олега. И, судя по брызнувшим в разные стороны обломкам черепа с прилипшими к нему кусками волос и каплям серого мозгового вещества, покрывавшего также пасть лежащей поверх своей добычи кащенитки-изгнанницы, пребывающей в боевой ипостаси, голову Арлет Чаровницы попросту съели, пускай и заплатив за подобное лакомство глубокими и кое-где до сих пор тлеющими ожогами, покрывающими примерно девяносто процентов победительницы. К сожалению, одержав в коротком и стремительном бою победу над главой гильдии зельеваров, любовница чародея пропустила удар от второго злоумышленника. Злоумышленника, который являлся её сородичем, а потому особо не уступал в силе и скорости, в то же время имея многократно больше опыта. И оружие, явно подготовленное специально для этого момента. Выкованное из серебра и чуть заметно светящееся голубоватым светом копье, покрытое тончайшей резьбой, изображающей процесс охоты на волков, не могло являться чем-то кроме оружия, специально выкованного для борьбы против могущественных оборотней. И оно пробило несостоявшуюся королеву перевертышей навылет, вонзившись в левую подмышку и выйдя откуда-то из правого плеча.

— У меня столько вопросов, месье Эмильен… — Пробормотал Олег, с ненавистью взирая на старейшину парижской общины оборотней, что напоминал сжавшуюся в комок перед броском собаку, пребывая в боевом облике. И был неплохо так экипирован. Десятки зачарованных браслетов на его лапах образовывали подобие наручей и поножей, торс вместе с внутренними органами скрывал выкованный явно по его габаритам панцирь, покрытый цепочками символов скандинавских рун, волчью морду венчал странный шлем, напоминающий мотоциклетный или же принадлежащий космическому скафандру…Интуиция подсказала оракулу, происхождение тот имеет гиперборейское, подобно лучшим артефактам самого чародея. Каждой своей лапищей, упрятанной в боевую перчатку, он сейчас прижимал к полу бессознательных детей, умудрившись длинными когтистыми пальцами обхватить им сразу и голову, и большую часть тела. Не приходилось сомневаться — сожми он кисти, и маленькие тела просто лопнут, словно спелый помидор, по которому с размаху кувалдой ударили. Правая его нога, кстати, покоилась на поверженной Доброславе, которую он тоже мог бы добить всего одним ударом. Несмотря на ужасную рану и пробившее её навылет зачарованное копье, явно разорвавшее сердце, аура любовницы чародея пока не стремилась затухать. Нет, она угасала, а кровь из её тела сочилась бодрыми такими струйками, даже и не думающими сворачиваться и затыкать разорванные сосуды…Но снижение энергетической активности происходило медленно. Чтобы окончательно испустить дух кащенитке-изгнаннице потребовались бы минуты, а уж при проведении толковых реанимационных мероприятий спасти её бы получилось даже через четверть часа. — Но пока я задам только один. Вы прибыли вместе с экипажем магистра Болеслава, не так ли?