Гость из будущего. Том 5 (СИ) - Порошин Влад - Страница 16

— Кого вы запустите, видеоклопов? — снова расхохотался Микоян.

— Ладно, Анастас, не видишь парень ещё молодой, неопытный, жизнью не битый, — похлопал его по плечу Шелепин. — Пишите пока свою пластинку. Там уже посмотрим — запускать ваших видеоклопов или нет, — прыснул от смеха Александр Шелепин и все его подчинённые.

— Спасибо и на этом, — криво усмехнулся я, оставив папку с просьбами и предложениями на длинном т-образном столе.

«Спасибо, что сразу не послали на три весёлые буквы, — подумал я, шагая на выход. — Интересно, что вы запоёте, когда европейские деньги рекой потекут в госказну? Что вы скажете, когда сюда поедут богатые туристы, дабы попасть на живые выступления „Поющих гитар“? И что вы мне сможете возразить, когда в СССР наши концерты начнут собирать целые футбольные стадионы?».

На улицу Станкевича в Дом звука со Старой площади я приехал словно оплёванный. Кончено, обижаться на власть имущих — это последнее дело. Как в принципе и сама обида является чувством вредным и деструктивным. Но одно дело понимать такие вещи умом и другое дело сдерживать эмоции, которые подчас не поддаются нормальному контролю. Меня так же подмывало, что в кабинете Шелепина я растерялся и ни слова не сказал о важнейшем направлении экономики — о развитии электроники и ЭВМ. Поэтому почти полчаса работы по записи диска-гиганта «Поющих гитар» я не мог сосредоточится и портил дубль за дублем.

— Извините, мужики, — прорычал я, снова сбившись на припеве к песне «Уходило лето». — Давайте устроим пятиминутный перекур, — предложил я Анатолию Васильеву, Евгению Броневицкому, Сергею Лавровскому и Льву Вильдавскому.

— Что сказали в правительстве? — спросила моя подруга актриса Нонна Новосядлова.

— Сказали, что возлагают на нас большие надежды, — соврал я. — Поэтому мы должны записать диск такого качества, чтобы он разлетелся по всей Европе. Чтобы наши песни звучали на улицах Праги, Берлина и Будапешта.

— Там сейчас «Битлз» в моде, — пробурчал барабанщик Лавровский, достав пачку сигарет.

— У нас, Сергей, не курят, — рыкнул я. — Ничего страшного. «Битлз» не стенка, можно и подвинуть. Музыка, мелодии и ритмы у нас более современные. Смешной весёлый парень, ха-фа-на-на, играет на гитаре, ша-ла-ла-ла, — пропел я. — Есть у «Битлов» такие зажигательные мелодии? Нет. Кстати…

Я моментально схватил электрогитару, так как в голову пришла ещё одна великолепная идея. Мои друзья и компаньоны мгновенно притихли, догадавшись, что сейчас прозвучит новая гениальная мелодия. А барабанщик Сергей Лавровский вернулся за ударную установку.

Пропел я с надрывом, выбив на гитаре четыре мажорных аккорда. И тут же после небольшой паузы под звук гитары и ударной установки затянул драйвовый припева:

— Ху, — выдохнул я. — Как вам тема? Порвём мы «Битлз» или нет?

— Звучит забойно, — без энтузиазма буркнул Толя Васильев, чтоб меня случайно не обидеть.

— Не знаю как вам, мальчики, — вскочила на ноги Нонна, — но мне кажется под такую музыку будет танцевать весь мир. У меня прямо сейчас было видение, что мы играем на большом стадионе, а толпа народа кричит, стонет, плачет, рвёт волосы и ломится прямо на сцену.

— Кстати, вполне может быть, — кивнул я.

И тут дверь студии отворилась и вошёл 40-летний мужчина в строгом деловом костюме. Лицо незнакомца из-за невероятно больших ушей, лично мне, показалось немного комичным.

— Валера, почему в студии посторонние⁈ — рявкнул я на звукорежиссёра, что сидел за стеклянной перегородкой.

— Я не посторонний, — буркнул незнакомец, сморщив брови и обиженно надув свои полные губы.

— Это не посторонний, Ян Игоревич, — ответил через микрофон звукореж. — Это товарищ Николай Николаевич Месяцев, председатель Гостелерадио СССР.

— Извините, не узнал, Николай Николаевич, богатым будете, — приврал я.

Ибо с руководителем советского телевидения знаком не был и никогда его живьём не видел. Вот про Сергея Лапина, который превратил советское телевидение в жуткую скукотищу, слышал многое. А Месяцева, наверное, сняли с должности чуть раньше, как одного из верных соратников Шелепина. Затем я отставил гитару и сделал пару шагов навстречу к Николаю Николаевичу, который ростом оказался чуть ниже моих 175 сантиметров.

— Товарищ Шелепин посоветовал мне обраться именно к вам по поводу «Новогоднего Голубого огонька», — смущённо пробурчал он, когда я с жаром пожал его крепкую ладонь. — Вроде как у вас есть какие-то оригинальные идеи.

— Это товарищ Шелепин правильно посоветовал, — улыбнулся я. — Только «Голубой огонёк» нужно оставить. А то мы так накличем беду и захватит телеэкран «голубая мафия» — Филя, Боря, Николай, сиди дома не гуляй.

— Какая мафия? — удивился чиновник.

— Интересно парни пляшут по четыре штуки в ряд, — пропел я. — И никто не разберёт кто кого сейчас поёт.

— Кто о ком сейчас поёт, — поправил меня товарищ Месяцев.

— Ну да, — усмехнулся я. — Вместо «Голубого огонька» в этом году снимем «Новогодний кабачок 13 стульев». Маленькая сцена, барная стойка, несколько столиков. Пригласим артистов кино и эстрады. Споём, попляшем, расскажем смешные прибаутки. А потом запишем новогоднее поздравление генерального секретаря ЦК КПСС и бой московских курантов. И подгадаем это поздравление так, чтобы оно прозвучало ровно в 12 часов вечера, чтобы весь советский народ встретил Новый год с партией и правительством.

— Отличная идея, — прошептал Николай Месяцев, с жаром пожав мою крепкую ладонь. — А потом мы покажем кинокомедию «Зайчик». Я недавно ходил со своей семьёй в кинотеатр и смеялся до животных коликов.

— Можно и кинокомедию, но не сразу, — хмыкнул я и, посмотрев на своих музыкантов, добавил, — сначала мы покажем концертную программу «Поющих гитар». Построим в другом кинопавильоне высокую сцену и танцевальный пол. Ребята поют, массовка весело танцует, а народ смотрит этот концерт по телевизору и тоже пританцовывает. Потому что у нас в СССР с каждым новым годом жить станет лучше, жить станет веселей.

Глава 7

В пятницу 9-го октября в Измайловском лесопарке по личному распоряжению градоначальника Москвы Николая Егорычева почти вдвое увеличили количество милицейских патрулей и ребят из добровольной народной дружины. На внеочередном заседании горкома Егорычев буквально потребовал, чтобы эти последние тёплые осенние дни прошли без серьёзных происшествий. «Потом начнутся холода, зарядят дожди и всем нам будет немного полегче», — сказал он.

По этой причине сварщик 703-го оборонного завода Костик Васильев, который уже написал заявление о выходе из народной дружины, снова заступил на дежурство вместе со своим товарищем и коллегой Лёнькой Валентиновым. Перед ними поставили задачу прогуливаться вокруг Круглого пруда, затем мимо «чёртового колеса» и вплоть до выхода на шоссе Энтузиастов. В принципе маршрут был не сложный и многолюдный. Ведь всем известно, что при скоплении людей мало кто решится на разные противозаконные действия.

— Во везуха-то, — высказался невысокий и коренастый Лёнька, когда ребята остановились напротив афиши, где говорилось, что в это воскресенье в 2 часа дня на летней эстраде состоится творческая встреча с кинорежиссёром и создателем ВИА «Поющие гитары» Яном Нахамчуком.