Командоры для землянки: забыть или простить? (СИ) - Рейнер Виктория - Страница 3

Защитное поле над капсулой отключилось, и я выбралась из нее, причем никто из присутствующих мужчин даже не попытался помочь мне.

- Что вы скажете, тир Аш-Хири? - без лишних реверансов тут же спросил Шенгар.

- Хм, ну что же, тирра Лиза, могу вас поздравить, вы беременны, срок - три недели, - глядя на экран планшета, сообщил мужчина.

Я непроизвольно улыбнулась и положила руку на живот. Вот вам и доказательство!

- Расовая принадлежность ребенка? - хмуро бросил наагат.

- Хм, ну… - врач замялся, нервно постукивая по планшету.

- Не томите нас, тир Аш-Хири, - неожиданно вмешалась Лидана, подойдя почти вплотную к мужчине.

- Эм... ребенок - наагшер, - виновато выдохнул медик, не глядя на меня.

- Вы врете, это неправда! - закричала я, бросаясь на него с кулаками. - Зачем вы это делаете? Что здесь происходит?

Не мог мой ребенок никак оказаться наагшером! Он от наагата!

Но меня тут же оттащили от медика два охранника, вбежавшие на крик в палату.

- Что и требовалось доказать, - злорадно усмехнулась литонка, а потом повернулась к Шену. - А я говорила, что она тебе изменяет, ее не первый раз с другими парнями видели, а ты не верил.

- Ах ты, с*ка! - бросилась я к ней, желая лишь одного - вырвать ее поганый язык и выцарапать глаза.

Но меня снова перехватили, вывернув до боли руки за спину.

- Не нужно, - поспешил к нам тир Аш-Хири. - Поосторожнее, девушка беременна! Она не будет больше буянить, ведь так, тирра?

Я зло посмотрела прямо ему в глаза, чувствуя, как по правой щеке скатывается слезинка, а потом перевела взгляд на Шенгара, который сейчас смотрел на меня так брезгливо, что меня взяла еще большая злость.

- Это неправда! И ты, ты поверил в это, вместо того, чтобы разобраться и защитить меня! Ну что же, дело твое, вот только потом будет поздно и ты пожалеешь, но исправить уже ничего будет нельзя!

Я задыхалась от эмоций, нахлынувших на меня, чувствуя, что мне действительно становится плохо и ноги начинают подгибаться.

Кто-то закричал рядом, и меня подхватили на руки, а потом я почувствовала легкий укол в вену.

- Успокоительное и общеукрепляющее, - прокомментировал врач, и это было последнее, что я запомнила.

Очнулась на одном из диванов в коридоре медцентра. Возле меня сидела молоденькая медсестра, уткнувшись в свой монитор и листая ленту новостей. Больше рядом никого не было.

Вот, значит, как, просто бросили меня тут, без сознания, как ненужную вещь… На глазах снова выступили слезы, но я постаралась сдержать их.

- Ой, вы очнулись! - подпрыгнула девушка, отключая личный монитор. - Как вы себя чувствуете?

Я приподнялась и села, спустив ноги, потом поднялась и немного постояла.

- Есть небольшая слабость, - призналась я. - А где тир Аш-Хири?

- О, тир Аш-Хири улетел по вызову, сегодня его уже не будет, - стушевалась медсестра.

- Понятно, - усмехнулась я.

Сбежал, значит, чтобы не пришлось передо мной оправдываться. Ну и хрен с ним, не он один проводит подобные проверки, обращусь в другой центр.

- Я могу вызвать вам таксокар? - с жалостью глядя на меня, спросила девушка.

Видимо, нервный срыв и обморок не пошли мне на пользу и выглядела я сейчас соответствующе.

- Конечно, будьте любезны.

Оставаться в этом здании и продолжать выяснение отношений с врачами больше не собиралась, вряд ли кто-то рискнет пойти против их главного специалиста. Солнце еще не было в зените, значит, занятия в академии еще идут, но я сейчас была не в том состоянии, чтобы возвращаться туда. Поэтому, набрав домашний адрес на панели таксокара, откинулась на спинку заднего сиденья и закрыла глаза. Надо решить, как быть дальше, но сейчас в голову ничего не шло, она была совершенно пуста.

А еще ощущалась усталость и апатия. И боль, боль от предательства, которая тисками сжимала сердце. Этот день, который должен был стать для нас с Шенгаром одним из самых счастливых, стал для меня настоящим кошмаром. Перед глазами стояло перекошенное от злости и брезгливости лицо моего теперь уже бывшего мужчины…

И что мне делать дальше? Ведь все равно либо другой анализ покажет правильный результат, либо, когда ребенок родится, сразу станет ясно, что он никакой не наагшер, а наагат. Что будет после этого? Как простить предательство? А если ко мне так отнеслись сейчас, не прислушиваясь абсолютно к моим словам, отказываясь перепроверить информацию, то где гарантия, что после рождения ребенка у меня его просто не отберут, тем более с возможностями семьи Эш-Тау!

Я поежилась, ощущая, что мне стало холодно, хотя температура в салоне таксокара была вполне комфортной. Наверно, это опять от нервов, надо взять себя в руки, а то так можно навредить малышу.

Неожиданно мой монитор тренькнул входящим сообщением от неизвестного абонента.

Вот честное слово, лучше бы я сразу удалила его! Но я открыла, и тут же на панели развернулось видео… очень пикантного содержания, на котором я в голом виде извивалась и скакала на неизвестном наагшере, который сидел спиной к камере, запрокинув голову на спинку красного кожаного дивана. А то, что это был именно наагшер, было понятно по его слегка заостренным вверху ушам - особенности данной расы, сразу же выделяющей их из толпы.

Не знаю, то ли лекарства, вколотые в медцентре, еще действовали, то ли я просто эмоционально выгорела сегодня, но я лишь свернула окно и отключила прибор. Не хочу думать, не хочу ничего анализировать, хочу просто забраться в кровать и свернуться калачиком, позабыв обо всем.

А завтра отправлю файл Ашу и попрошу его прогнать через специализированную аппаратуру, посмотрим, что он скажет насчет него. Кто-то же состряпал это художество, подделку в котором не распознали даже наагаты.

Глава 3

Просыпалась я тяжело, да и идти никуда не хотелось. Но надо! Как бы там ни было, нужно хотя бы этот год закончить, а потом можно будет и академ взять. Четыре года обучения в Межгалактической академии и одна из лучших студенток на курсе - это вам не просто так, даже с таким багажом можно будет устроиться на удаленную работу, пока ребенок маленький, благо специализация моя и увлечения позволяют. Я бы не назвала себя гением программирования, но мои учебные работы давно привлекли внимание потенциальных работодателей, за некоторые из них я даже получила приличные выплаты и рассчитывала, что после выпуска без работы точно не останусь.

Умывшись и быстро уничтожив скромный завтрак, оделась и выскочила из своей съемной квартирки. Имевшиеся средства позволяли снять небольшую жилплощадь в соседнем с академией квартале и не жить в общежитии, а добраться до учебного заведения можно было пешком через большой парк минут за двадцать-тридцать. Сегодня я тоже решила прогуляться, теперь мне нужно думать не только о себе, так что буду больше дышать свежим воздухом и меньше сидеть перед голомониторами.

Солнце еще не было жарким, и я с удовольствием шла бодрым шагом по дорожке, погрузившись в свои мысли. Главным образом, старалась придумать, как мне в ближайшие дни общаться - или избегать общения - с Шенгаром и его друзьями, пока не пройду еще одно обследование, которое подтвердит, что медик наагатов подтасовал результаты. Судя по вчерашнему, сегодня мне тоже не стоит ожидать ничего хорошего.

Как в воду глядела! Вот только я не ожидала, что наша с Шеном личная жизнь станет достоянием общественности. Еще в парке на подходе к академии я ощутила, что что-то не так. Встречные парни и девушки оборачивались мне вслед и шептались, кто-то усмехался, кто-то тыкал пальцем и громко смеялся. На территории учебного заведения стало еще хуже. Здесь уже никто не стеснялся, вслед мне летели язвительные замечания и насмешки, меня даже несколько раз намеренно толкнули, чуть не сбив с ног.

- Шалава! Что, не получилось обмануть наагата? - наперерез мне выскочила одна самых ярых поклонниц Шенгара со своими прихлебательницами.