Неугодная хозяйка драконьего поместья (СИ) - Гордеевская Наталья - Страница 29

За дверью послышались шаги, снова загрохотал замок, а потом створка медленно скрипуче распахнулась.

В лицо снова ударил яркий свет, а потом раздался тихий довольный смех, вызвавший волну ледяных мурашек вдоль спины.

Открыв глаза, я увидела Ирму.

Она стояла на пороге и улыбалась так, будто добилась желанного приза. За ее спиной маячил высокий широкоплечий бугай с угрюмой физиономией. Факел в его руке горел так ярко, что без труда удалось разглядеть все мельчайшие детали.

— И снова здравствуй! — Ирма прищурила глаза. — Ну как тебе здесь? Наверное, мало отличается от той помойки, в которой ты жила?

Я скрипнула зубами. Это она на поместье намекает? Вот же дрянь!

— Зачем я здесь? — выпалила я. — Ты хоть понимаешь, что натворила?

Ирма изумленно приподняла тонко выщипанную бровь.

— Я? Натворила? — с придыханием переспросила она. — Ты же сама не хочешь замуж за моего Винсента! Считай, что я делаю тебе одолжение.

Бугай позади нее скучающе зевнул и переложил факел в другую руку. Было заметно, что вся эта ситуация казалась ему несерьезной.

Ну поссорились две “подружки”, одна из них похитила другую — с кем не бывает?

— И откуда же ты узнала об этом? — поинтересовалась я. — Только не говори, что прочитала в утренней газете!

Ирма фыркнула, как сердитая кошка, и принялась разглаживать кружевные манжеты на рукавах.

— Герцог Бернард Торпф любезно сообщил, — в ее голосе послышалась легкая издевка. — Так и сказал, что рядом с моим Винсентом ошивается какая-то девица, которая путается у всех под ногами…

Я поджала губы. Этому дядюшке не мешало бы рот заклеить.

Нельзя похищать людей, даже если это сорвет их свадьбу!

— И думаешь, что Винсент не станет меня искать? — пришлось намекнуть ей о грядущих проблемах. — Он-то жениться очень хочет, уверена, что перевернет все с ног на голову, чтобы меня отыскать. Или ты думаешь, что сможешь утешить его так, что он обо мне забудет?

Лицо Ирмы вытянулось, и я поняла, что попала в точку. Именно на это она и рассчитывала.

— Кем ты себя возомнила? — вспылила она. — Свалилась всем на голову, от тебя одни проблемы! Ты просто исчезнешь, вот и все. А Винсент будет моим, как и должно быть.

Внутри неприятно резануло. Не то чтобы я ревновала, но эта ее манера — вести себя так, будто Винсента можно увести, как бычка на веревочке, действовала на нервы.

— Имей в виду, что с рук тебе я это не спущу, — мрачно пообещала я, складывая руки на груди. — Не отпустишь — сама виновата.

Она вспыхнула до корней волос. Все-таки ей очень не идет такой яркий румянец. Сразу становится страшненькой, будто на солнце пересидела.

— Отпущу, как только выйду замуж, — съязвила она, — а пока привыкай к своему новому дому. Тут все, как ты любишь: пыль, грязь и воняет тухлятиной!

Я не сдержалась. Ухватила мягкую гнилую картошину и запустила в эту гадину со всей силы.

Ирма не ожидала от меня подобной прыти, поэтому даже уклониться не успела. Картошка с влажным хлюпаньем угодила ей прямо в лоб, и желтоватая, дурно пахнущая жижа потекла по лицу.

— Ах ты дрянь! — завизжала Ирма, трясясь от злости. — Борг, а ты что встал? На твою госпожу нападают!

Бугай сделал шаг в камеру, но получил от меня два картофельных снаряда. Это ему не понравилось.

Как в замедленной съемке, я наблюдала, как он широко замахивается…

“Ну вот и все”, — успела подумать я, и сильный удар обрушился на голову.

Противный писк в ушах оглушил, и все вокруг потемнело.

Очнулась я от такой острой боли в голове, что едва не зарыдала.

Меня оставили лежать на холодном каменном полу, и только слабый свет из коридора проникал внутрь из зарешеченного окошка в запертой двери.

Я кое-как приподнялась на руках, и сразу же осознала, что не одна.

Кто-то остался со мной.

— Кто здесь? — прошептала я слабым голосом.

Ответа не прозвучало.

В углу камеры заклубилась темнота, и в ней зажглись два ярких красных огонька. Чудовищная зубастая улыбка расплылась под ними, плавно приближаясь ко мне.

Мося! Он пришел за мной!

37

Я протянула руку и коснулась теплой шерстяной темноты. Мося глухо заурчал, прикрыв жуткие глаза.

Судорожно выдохнув, я попыталась подняться на ноги. Хоть и не с первого раза, но мне все-таки удалось.

Виски ломило, голова пульсировала адской болью. М-да, методы у некоторых просто драконовские.

То травят, то похищают, то бьют. Думаю, за тем меня сюда и посадили, чтобы сгинула и не мешалась под ногами, как заявил дядюшка Берни.

Для него у меня, пожалуй, найдется пара ласковых. Будь моя воля, я б его в такой же подвал засадила на недельку. Чтоб подумал о своем поведении.

Так невольно и задумаешься, а нужен ли народу такой король.

Тот, который не гнушается насилия, чтобы достичь желаемого. Ведь знал, что Ирма не устроит мне тут райских условий.

Ай да дядюшка… Выходит, Винсент был не так уж и неправ на его счет.

Да и вообще герцог на фоне дядюшки выглядит куда приличнее. Хотя бы не позволяет никому меня бить. Максимум, что может — глазами сверкать, да в корыто макать.

До иного не опускается. Разве что угрожает разрушить мою жизнь навязанным браком…

— Мося… — прошептала я, вглядываясь в темноту, — а как ты сюда попал?

Мурлыкнув, тот стал отдаляться. Я шагнула следом, морщась от боли в висках и пытаясь ухватиться за ускользающую темноту.

Кончики пальцев коснулись теплой шерсти, и я вцепилась в нее, как в спасательный круг.

Тьма сгустилась. Сколько я ни пыталась разглядеть что-то вокруг — бесполезно, постепенно подвал исчез, как исчез и отвратительный аромат тухлой картошки.

Хотя, кажется, я пропиталась им насквозь.

А еще очень замерзла и проголодалась.

Какое счастье, что Мося меня нашел… еще бы отвел в безопасность.

Позади послышался гневный визг:

— Где она?? Где-е-е? Куда она подевалась?!

Я усмехнулась.

Кажется, кто-то обнаружил пропажу.

Явно не обделенный магическими талантами Мося вел меня какими-то своими тайными подземными порталами куда-то прочь, подальше от отвратительного картофельного подвала.

Он меня спасал, что лишний раз подтверждало теорию о том, что добро возвращается.

Если только Мося действительно задумал добро, а не ведет меня в очередную ловушку. Ну, или в такую же пещеру, с красноречиво разбросанными по углам человеческими костями.

Темнота становилась плотнее и горше, и вскоре стало нечем дышать. Я начала задыхаться.

Темнота забилась в горло, и я запаниковала. Сердце запульсировало в висках, а пальцы крепче вцепились в теплую темноту.

А в следующую секунду все исчезло. Мрак рассеялся, мои руки ухватили пустоту. Не удержавшись, я упала коленями на знакомый каменный пол.

Мося исчез.

Проморгавшись, я подняла голову и изумленно огляделась.

Подозрительно знакомые полки, заставленные банками с вареньем…

Рядом послышался грохот и звон бьющегося стекла. Резко обернувшись, я увидела Матильдергона. Рот его был вымазан ягодным сиропом, а потрясенный вид давал понять, что мое появление и для него неожиданность.

— Матильда!!! — выдохнула я, морщась от головной боли, и бросилась ему на шею. — Как же я рада тебя видеть!

Однако демон не торопился разделить мой восторг.

— Погоди-ка, — он отодвинул меня и, держа за плечи на вытянутых руках, окинул беглым взглядом. — Ты как здесь оказалась? И где Винсент? Только не говори, что вы по дороге разодрались, и его тело в поле мыши доедают.

Я возмущенно фыркнула, и боль вспыхнула с такой силой, что из горла невольно вырвался страдальческий стон.

— Не тряси, а то стошнит, — тихо прошептала я, хватаясь за виски. — Я все расскажу, но попозже. Жутко болит голова.

Кое-как, цепляясь за перила, я поднялась по лестнице. Если немного полежать с холодным компрессом на лбу, то есть шанс, что все пройдет.