Неугодная хозяйка драконьего поместья (СИ) - Гордеевская Наталья - Страница 3

— Быть может, меня неверно поняли, или плохо услышали, — он недобро усмехнулся, — тут у меня не ночлежка для бродяжек. Так что собирай манатки и проваливай, иначе я вышвырну тебя сам…

С этими словами он угрожающе шагнул вперед.

Я невольно отпрянула, но потом увидела довольный блеск в аквамариновых глазах и опомнилась.

Схватив первое, что попалось под руку, я замахнулась на нахала…

4

Мужчина ответил мне таким взглядом, что у меня мгновенно отбило желание лезть на рожон.

Я почувствовала себя маленькой и жалкой по сравнению с ним.

Где-то поблизости истошно орала курица. До меня не сразу дошло, чем именно я замахнулась на агрессивного гостя.

Трепыхаясь в моих пальцах, птица верещала:

— А ну поставила на место, дура! Иначе тебя постигнет страшная кара могущественного Матильдергона!

Я брезгливо встряхнула руками, пытаясь отбросить от себя противную курицу.

Нецензурно прокудахтав, рыжая бестия вспорхнула ввысь и одновременно с этим уронила на рукав нахала кляксу помета.

Я испуганно замерла, глядя как стекает по дорогой темно-синей ткани мерзкая куриная жижа.

Мужчина медленно опустил взгляд на испачканный рукав, а потом так же медленно поднял глаза.

По моей спине пробежался мороз, и я невольно отступила назад. Курица с воем скрылась в зарослях крапивы.

Гость смотрел на меня так, словно я собственноручно изгадила его одежду.

А затем он принялся снимать с себя камзол.

— Постираешь! — процедил он, бросая его мне в лицо.

Я едва успела схватить одежду обеими руками, а потом опомнилась и швырнула себе под ноги.

— С какой стати? — поинтересовалась с подчеркнутой вежливостью. — Это ваша чокнутая курица, вам и стирать!

Мужчина раздраженно выдохнул сквозь плотно стиснутые зубы, опасно сузив аквамариновые глаза.

Его темные брови сошлись на переносице.

Я с трудом сглотнула. Отчего-то вдруг очень захотелось метнуться вслед за курицей.

Сейчас это показалось идеальным вариантом.

— Ты, наверное, не совсем меня поняла, — обозначил гость, делая плавный шаг вперёд, — перед тобой сюзерен местных земель герцог Асгарт!

Я не впечатлилась.

Герцог? И что?

— Мне нужно на колени перед вами упасть?

Он закатил глаза.

— Невежа…

Мне начало это порядком надоедать. Мало проблем с новой реальностью, так еще и этот высокомерный мерзавец жизнь портит!

Я уперла руки в бока и заявила:

— По крайней мере у меня хватает воспитания не оскорблять людей, которых я совершенно не знаю! Так кто из нас тут невежа?

Плечи герцога напряглись. Он резко шагнул в мою сторону и вдруг схватил меня за шкирку, как нашкодившего котенка.

Я задохнулась от возмущения:

— Вы что творите?!

Сильная рука держала без возможности вырваться. Я дергалась, пытаясь оттолкнуть его от себя, но бесполезно.

Противный герцог впился, как клещ.

И вскоре я поняла, куда меня тащат. Неподалеку, как раз рядом с крапивой, где спряталась курица, возвышалось старое деревянное корыто, наполненное тухлой дождевой водой.

Я задергалась интенсивнее и возмущенно заорала:

— Отпустите меня сейчас же! Вы не имеете права! Вам это с рук не сойдет!

Вместо ответа он швырнул меня в воду. Я едва успела задержать дыхание прежде, чем погрузиться в отвратительную вонючую жижу.

— Уже сошло, — донесся до меня самодовольный голос, стоило вынырнуть из корыта.

Следом сюда же полетел испачканный пиджак, накрыв меня с головой.

Я сдернула его и откинула в сторону, чувствуя себя хуже некуда. Вода стекала по волосам и по груди. Кажется, дикая вонь за секунду пропитала меня насквозь.

Внутри клокотало яростное негодование.

Подняв взгляд, я отфыркнулась.

Явно очень довольный собой герцог Асгарт стоял неподалеку, любуясь творением своих рук.

Кто бы знал, как мне хотелось вцепиться ногтями в это высокомерное лицо и порвать его на лоскуты.

Я медленно поднялась из корыта. Тяжелый, напитавшийся жижей подол, тянул вниз.

Тело мгновенно озябло. Мокрая ткань тонкого домашнего платья облепила меня всю, не оставляя простора для фантазий. Взгляд герцога стал заинтересованным, и я поторопилась прикрыться хотя бы руками.

Такого унижения я не испытывала никогда в своей жизни. Еще ни один мужчина не вел себя со мной так отвратительно.

И мне захотелось ответить чем-то равноценным. Жаль, ударить его я не могла. Разве только словами.

А потом убежать и спрятаться, надеясь на то, что он посчитает ниже своего достоинства меня преследовать.

— Вы мерзавец, а не мужчина, — прошептала дрожащим от гнева голосом.

На красивых мужских губах зазмеилась презрительная усмешка.

— Неужели? — сощурился он, опустив руки на ремень с тяжелой бронзовой пряжкой. — Если так в этом сомневаешься, могу продемонстрировать обратное.

Я с ужасом поглядела, как тот вытягивает кожаную полоску из штанов.

Колени вдруг подогнулись, заставив пошатнуться на ослабевших ногах.

Что он собирается делать? Избить меня ремнем, или, не дай боги…

Теперь я уже ничему не удивлюсь.

Мои губы задрожали, а глаза наполнились слезами. Впервые в жизни я чувствовала себя такой униженной и несчастной, и слезы заструились по щекам.

Герцог медленно опустил руку с ремнем и презрительно протянул:

— То-то же. Впредь думай, с кем говоришь, — развернувшись, он направился к своему экипажу, бросив напоследок: — завтра мой камзол должен блестеть, в ином случае твоя прелестная задница отведает моего... ремня.

5

Экипаж герцога скрылся за воротами. Едва дыша от злости, я смотрела ему вслед и сжимала пальцы в кулаки.

Да хоть бы он сгорел! Жаль, я не обладаю талантом стрелять лазерами из глаз. Иначе на месте этого нахального гада осталась бы лишь жалкая кучка пепла.

На крыльце показалась испуганная нянюшка. Оглядев масштаб трагедии в моем лице, она всплеснула руками и кинулась навстречу, запричитав:

— Ой, что же это такое делается, госпожа!

— Что видите, — прошипела я, дрожа от холода.

— Идемте скорее в дом, — старушка подхватила меня под руку и повела в сторону крыльца, — неровен час простудитесь.

К ее чести, она даже нос не сморщила от моего отвратно смердящего платья.

Мы вошли в дом. Я огляделась и вздохнула. При свете дня прихожая выглядела еще более плачевно.

Сколько же тут прибираться… но нянюшка об этом и не думала.

— Ну что опять? — спросила она с беспокойством, заглядывая мне в лицо.

— Этот… паршивец, — процедила я, — решил, что он может мой командовать! Курица обгадила его чертов камзол! И тот швырнул его мне, чтобы я почистила, представляете?

Нянюшка ахнула.

— Да кто он вообще такой?! — продолжала я гневно. — За кого он меня принимает, за бесплатную прачку??

— Ой… и как же это… — распереживалась нянюшка, — и что же теперь делать? Давайте я постираю?

— Не смейте!

И тут мне в голову пришла интересная мысль. Развернувшись, я кинулась во двор. Нянюшка не отставала.

Еще вчера я приметила в зарослях лебеды у крыльца старый ржавый топор.

Кое-как вырвав его из дерна, я решительно направилась к колоде с тухлой водой.

Топор, разумеется, оказался тупым. Как бы ни хотелось разбить несчастную колоду в щепы, у меня вышло лишь вырубить из нее пару длинных досок.

Их я связала крест-накрест оторванным лоскутом от пришедшего в негодность платья.

Нянюшка наблюдала за моими манипуляциями с крыльца, испуганно прижав руки к груди. Она мудро решила не прерывать такую агрессивную меня.

Тем более теперь, когда у меня был топор.

Я воткнула импровизированный деревянный крест в мягкую землю у забора, затем нацепила на него герцогский камзол.

Замерев неподалеку, полюбовалась на результат своего труда.

— Отличное вышло чучело, — улыбнулась я удовлетворенно, — вылитый герцог!