Проклятый наследник - Кнайдль Лаура - Страница 43

– Что там произошло? – она ничего не понимала. – Ваша магия…

Слова застряли у нее в горле, когда Ларкин вытянул руку, чтобы девушка могла ее рассмотреть. Рана зажила. Кожа была покрыта засохшей кровью, но порез полностью закрылся.

– Как?.. – запнулась Фрейя, нерешительно протягивая руку. Дрожащими пальцами она коснулась бледного шрама на руке Хранителя, который был пока еще заметен. Волоски на руках Ларкина приподнялись.

– Я сдержал свою магию Хранителя, – объяснил он с насмешкой в голосе.

Фрейя подняла глаза:

– И это… возможно?

Ларкин кивнул:

– Это непросто, но этому можно научиться. Представьте, как если бы вы останавливали воздух в своих легких. Я могу противиться магическому инстинкту моего тела, но только некоторое время.

Инстинктивно Фрейя перестала дышать. Несколько секунд ей это удавалось достаточно легко, а потом гнетущее чувство в груди все же пересилило девушку. Она снова взяла Ларкина за руку и вздохнула.

– Я рада, что все обошлось без кровопролития – по крайней мере, в больших масштабах.

– Жаль было бы новой одежды, – сказал Ларкин. – Кроме того, вряд ли оставить после себя троих убитых было бы в духе нашей миссии.

– Вряд ли, – согласилась Фрейя с ним.

Девушка прижалась ближе к широкой спине Хранителя, и они снова нырнули в тенистый полумрак тернового леса.

Глава 19 – Зейлан

Ветер задувал Зейлан в уши, низко висящие ветки хлестали ее по лицу, но девушка не позволяла своему коню замедлить бег. Послушница не ездила верхом целую вечность, но нападение на деревню не оставило ей другого выбора. Зейлан украла из конюшен стражников лошадь, раздобыла лук и стрелы и могла только порадоваться тому, что ей никто не помешал. В суматохе никто из мужчин не заметил, что она на самом деле еще не была Хранителем. Несмотря на грохот копыт и шум ветра, Зейлан спустя некоторое время наконец услышала звуки борьбы. Девушка различила плач детей, крики женщин и призывы о помощи мужчин, пытавшихся спасти свои семьи. Отчаяние и страх пронизывали каждый звук, и страх людей становился все более ощутимым, чем ближе Зейлан подъезжала к деревне, граничащей со Свободной землей. Девушка слышала и других Хранителей, их стоны, их ругань, но прежде всего звон их мечей и свист выпущенных стрел. Смертный не расслышал бы этих звуков, но Зейлан услышала все это с пугающей ясностью, от которой дрожь пробежала по ее спине.

Между тем она могла видеть и дым, от которого у нее в носу уже какое-то время зудело, а в глазах горело. Он становился все плотнее, накрывая деревню и лес вокруг подобно одеялу, так, что лун больше не было видно на небосклоне. Но темноты не было. Огонь ярко освещал все вокруг. Многие дома горели. Пламя вырывалось из окон, лизало небо и нахлынуло на Зейлан волной жара, когда она въехала в деревню. Хотя то, что осталось от селения после пожаров и нападения, уже нельзя было так назвать.

Двери были сняты с петель, эльвы снесли целые стены. Деревянные хижины стали просто кучками пепла. Люди кружили рядом с ними, подобно муравьям, которых выкурили из муравейника, пытаясь найти безопасное место. Но те, кто не попал в огонь пожаров, оказались в руках эльвы. Тварей было как минимум три десятка. Ловкие существа, которые сливались с темнотой и пляшущими тенями, появляясь будто бы из ниоткуда. Зейлан увидела женщину, которая собиралась скрыться в лесу. На руках у нее был ребенок. Путь впереди казался свободным, но вдруг перед матерью внезапно появилась эльва, в которой Зейлан нашла сходство с летучей мышью. Только эльва была в пять раз крупнее, с тремя парами крыльев на спине и острыми как бритва клыками, которые уже в следующий миг впились в шею женщины. Та закричала от боли и уронила своего ребенка. Девочка, которая была уже достаточно взрослой, чтобы понимать, что происходит, попыталась убежать. Но эльва была быстрее, и уже в следующую секунду прокусила горло и ей. Чудовище удовлетворенно облизывало кровавые губы, пока мать и дочь, хрипя, умирали бок о бок на земле.

Гнев и воспоминания одновременно охватили Зейлан, и живот ее свело от боли. Отогнав от себя мысли о пережитых страданиях, девушка спрыгнула со своей лошади и ворвалась в беспорядочную толпу эльв, людей и Хранителей. Она сосредоточилась на своих недавно приобретенных силах и смогла почувствовать, как все вокруг стало ярче. Ярче, чем когда-либо, как будто ее магия подпитывалась азартом боя. Запах страха, пота и крови смешался с вонью дыма и был прямо-таки одуряющим.

Зейлан метнула взгляд с пылающей деревни на людей и стражников, которых атаковали эльвы. Она хотела бы спасти их всех одновременно, но это было невозможно. Она должна была поставить жизни одних выше всех остальных. Могли ли тогда Хранители сознательно решить не спасать ее семью?

Зейлан не позволила себе думать об этом. Она обнаружила стражника, который уже лежал на земле, потеряв оружие. Над ним возвышалась эльва, более человечная, чем та, что убила женщину и ребенка. У нее не было крыльев, и ходила она на двух ногах. Но эти ноги напоминали козлиные копыта, а рога на голове выглядели как оленьи. Когти и клыки существа были как у хищника, так же как и черный мех, покрывавший все ее тело и похожий на блестящее темное масло. Кровь капала с когтей эльвы, издавая странные клацающие звуки. Все это Зейлан увидела и услышала благодаря своим обостренным чувствам буквально за секунды. Тут же она бросилась к эльве, которая теперь, склонившись над Хранителем, собиралась приблизить его конец.

Но этого Зейлан не собиралась допустить! Дикая решительность и сила Хранительницы воспылали в ней. Она была готова заколоть эльву в спину, но в последний момент существо обернулось и поймало меч Зейлан, когда лезвие было на полпути от его туловища. Клинок глубоко вонзился в лапу эльвы, испустившей оглушительный крик, заставивший девушку вздрогнуть.

Зейлан поспешно отступила и вытащила меч. Темная кровь хлынула из раны эльвы, и существо снова заорало, широко раскрыв пасть. Девушка смогла разглядеть раздвоенный язык и отошла еще на пару шагов, чтобы отвести эльву подальше от Хранителя, прежде чем обрушить на эльву новый удар.

Та яростно зашипела, и в тот же миг тварь прыгнула вперед, замахнувшись на девушку когтистыми полуруками-полулапами, будто хотела прогнать ее, как назойливое насекомое. Несмотря на тренировки последних нескольких дней, Зейлан все же казалось странным драться с мечом. Она попыталась представить себе, что меч – это продолжение ее руки, и направила его на эльву. И вовремя, потому что существо, несмотря на свои изогнутые ноги, было удивительно подвижным. Эльва оскалилась и отпрянула, но Зейлан не позволила ей сбежать. Она снова размахнулась мечом, и на этот раз лезвие полоснуло по боку существа. Темная кровь сочилась из зверского тела. Воняло несвежим пивом и рвотой. Зейлан ждала, что существо будет использовать магию, чтобы создать иллюзии у нее в голове, лишить ее зрения или прочитать ее мысли, чтобы получить преимущество в бою. Потому что эти чудовища якобы могли делать все это и даже больше, но ничего такого не произошло. Эльва просто нападала на нее снова и снова. Однако ее атаки становились слабее и слабее с каждой секундой. Тварь до странности быстро потеряла интерес к битве. Наверное, на сегодня с нее было достаточно тех убийств, которые она уже совершила. Зейлан не испытывала жалости. Девушка ловко уворачивалась от когтей и зубов. Все ее внимание сконцентрировалось на эльве. Девушка больше ничего не принимала за правду. Даже сгоревшая деревня в ее глазах стала прошлым, в настоящем существовала лишь схватка с этой тварью. Зейлан не могла позволить эльве победить. Считалось, что не было более достойной смерти, чем гибель на поле битвы, но до тех пор, пока Зейлан не будет готова умереть, она превратит в пыль и пепел множество эльв и фейри. Девушка проворно кружила вокруг чудовища, избегая его атак и нанося удары снова и снова. Наконец ей повезло: эльва попробовала атаковать ее, уклонившись от удара мечом, но на этот раз действовала слишком медленно, и Хранительница Зейлан с силой пробила ее защиту. Лезвие меча беспрепятственно вошло в горло существа, и, когда девушка отвела клинок в сторону, она увидела перед собой только черноту. Эльва, хрипя, валялась у ног Хранительницы. На самом деле чудище заслуживало мучительной медленной смерти, но Зейлан не собиралась рисковать. Она снова вскинула меч, в последний раз в этой схватке, и отделила голову твари от тела. Слегка истеричный смех вырвался из ее горла. Первая убитая ею эльва. Но времени стоять возле дохлой твари у девушки не было. Она вытерла пот со лба и подбежала к Хранителю, которого только что спасла. Зейлан не знала его имени и даже не знала, служил ли он на ее базе или на другом опорном пункте. Живот мужчины был располосован когтями эльвы. Из глубоких ран сочилась кровь, пропитывая сухую землю. Зейлан не могла точно сказать, почему раны не закрывались, возможно, магия или яд чудовища заблокировали дар Хранителя. Но, как бы то ни было, этот человек без ее помощи обязательно умрет. Зейлан опустилась на колени рядом с Хранителем и осмотрелась. На девушке не было ничего, чем она могла бы исцелять раны. В глазах мужчины читался животный страх. Стражник тяжело сглотнул, и слюна, смешанная с кровью, вытекла из его рта. Вероятно, эльва выбила у него несколько зубов.