Проклятый наследник - Кнайдль Лаура - Страница 72

– Не должен, – ответила Онора пустым голосом и с равнодушным лицом, но ее ярко-голубые глаза не могли скрыть, насколько она неспособна принять Бессмертных Хранителей.

Киран не отводил от нее взгляда и приподнял одну бровь. Он все еще ждал ответа, и Онора знала это. Ее взгляд был немой борьбой за власть, так как в своем положении фейри не могла допустить настоящей дуэли. Тем не менее воздух был наполнен потрескиванием магии. Пока еще они с Онорой владели двумя Стихиями – Водой и Землей, – но вскоре он будет властвовать над Огнем и Воздухом, и тогда превзойдет всех фейри Неблагого Двора.

Глава 31 – Фрейя

Фрейя почувствовала, как ее сознание медленно возвращается из сна в реальность. Девушка зевнула и зажмурила глаза, потому что за своими веками она уже могла ощущать яркое сияние света наступившего дня. Принцесса видела самый странный, самый красивый и самый ужасный сон из тех, что ей когда-либо снились. Вместе с одним очень мило выглядевшим Бессмертным Хранителем она отправилась в Мелидриан на поиски Талона, который якобы поселился в Нихалосе и выжил среди фейри после стольких лет.

Как это было бы хорошо.

Фрейя свернулась калачиком в своей постели, чувствуя при этом каждую свою кость, как будто она была не юной девушкой, а дряхлой старухой. Что-то не так. Ее одеяло было слишком тонким, подушка слишком плоской, а матрас слишком жестким. Почему она не лежала в собственной постели? Неужели она снова провела ночь с Мелвином, выпив слишком много вина, и заснула не в той спальне?

Моргнув, Фрейя открыла глаза, и ей потребовалось некоторое время, чтобы ее разум осознал то, что она увидела. Принцесса лежала на простой койке в скудно обставленной комнате. В стене напротив кровати была устроена раковина; из крана капало. Светлый деревянный пол выглядел ухоженным, несмотря на то что годы оставили на нем много полос и царапин. У шкафа стояла сумка, которую Фрейя обычно прятала под кроватью, а возле него находился стол, и за ним спиной к девушке сидел широкоплечий мужчина с темными волосами.

Ларкин.

Она вспомнила.

Ее предполагаемый сон вовсе не был сном. Принцесса действительно отправилась в Мелидриан, чтобы спасти своего брата-близнеца. Застонав, Фрейя села. Она почувствовала головокружение и пульсацию в висках. Ларкин через плечо посмотрел на девушку. Первым, что она заметила, было то, что он побрился, вторым – огромные черные круги под глазами Хранителя, как будто он не спал несколько дней.

– Вы проснулись.

Облегчение, сквозившее в этих двух словах, обеспокоило Фрейю, и все же ей было любопытно узнать, что произошло.

– Как долго я спала? – спросила она.

Голос не был похож на ее собственный, он был хриплым и резким, как у Мойры. И ее горло было сухим, как будто бы она спала всю ночь с открытым ртом – о нет!

Ларкин встал со своего места и подошел к раковине. Он наполнил кружку водой и принес девушке. Принцесса с благодарностью взяла чашку и начала медленно пить, чтобы не перегружать пустой желудок.

– Что случилось? – спросила Фрейя, заметив, что Ларкин не ответил на предыдущий вопрос.

Теперь мужчина сидел на стуле рядом с кроватью.

– Вы не знаете?

Она покачала головой. Плохая идея. Голова снова закружилась. Пальцами свободной руки Фрейя хваталась за простыню, словно тонкая ткань могла ее удержать.

Лицо Ларкина потемнело.

– Что последнее вы помните?

Фрейя постаралась восстановить в памяти события последних нескольких дней. Они вместе с Ларкином были на корабле. Потом Элрой доставил их в Мелидриан, а у Ларкина была морская болезнь. Вместе они прошли через джунгли…

– Мы были в храме.

Он кивнул.

– Там нас атаковали эльвы.

Фрейя не могла этого вспомнить. Она тщательно оглядела Ларкина, но Хранитель выглядел невредимым в его черных брюках и темной рубашке, которые, девушка точно это знала, они купили в Сирадрее.

– С вами все хорошо?

Ларкин рассмеялся, как будто она сказала что-то забавное.

– Я себя чувствую лучше всех теперь, когда вы снова очнулись. Это вы были ранены. Эльва отравила вас. Вы потеряли сознание.

Отравила? Фрейя уставилась на Ларкина и попыталась вызвать воспоминания о храме, но в голове было пусто. Она осмотрела себя. Одеяло соскользнуло с тела девушки, но принцессе показалось, что ничего не изменилось. У нее не было травм, просто… Фрейя подняла руку, в которой все еще держала кружку, и увидела тонкие линии, которые выглядели как месячные шрамы, бледные, несмотря на ее и без того светлую кожу. Фрейя запаниковала, и ее глаза отчаянно заметались по комнате.

– Как долго я лежала здесь?

– Семь дней.

Не так долго, как Фрейя боялась, но все же немало. При этом возникал вопрос, как могло так случиться, что раны девушки так быстро зажили. Ответ был очевиден: магия. Фрейя поставила кружку на тумбочку, на которой стояла толстая свеча.

– Где мы?

– В Нихалосе.

– Правда?!

Фрейя откинула одеяло и встала. Ее сердце колотилось, и трепет, охвативший ее, стал сильнее, чем головокружение. Неуверенно поднявшись на ноги, девушка направилась к окну. Голубое небо и яркое солнце приветствовали и ослепляли в равной степени. Она моргала, пока ее глаза не привыкли к этому сиянию, и у нее перехватило дыхание. Она вообще не знала, куда ей следует посмотреть сначала. Перед ней лежал сад, богато украшенный самыми необычными цветами и самыми экзотическими деревьями, которые принцесса когда-либо видела вдали от Туманного леса. Светящиеся цветы были размером с ее голову, на кустах висели самые роскошные плоды, а деревья сплетали свои ветви в косы.

Однако, присмотревшись повнимательнее, Фрейя поняла, что за ее окном простирался не сад, а сады, которые росли на крышах городских домов и вдали мягко переходили в зелень долины. А посреди этих садов стоял стеклянный замок, который сверкал на солнце, подобно кристаллу. Неужели это действительно то самое жестокое место, о котором рассказывали такие ужасные истории в Тобрии? На некотором расстоянии Фрейя заметила в воздухе несколько низко висящих дождевых облаков, расположившихся над городом довольно неестественным образом. Через улицы протекали реки, а с крыш домов, теряясь в их глубине, струились водопады.

Фрейя сразу же вспомнила о храме в Туманном лесу, когда увидела, как в воздухе над речками и водопадами пляшут бабочки и стрекозы, совсем как над лесным озером. Но, каким бы великолепным ни был открывшийся из окна вид города, принцесса еще больше была очарована людьми, его населявшими, нет, не людьми – фейри. Это были высокие и стройные фигуры, с изящными чертами лица и светлыми волосами, которые под взором Фрейи совершенно обыденно бродили по улицам. Они разговаривали, смеялись и занимались уличной торговлей. Дети-фейри носились вокруг фонтана и играли с водой. Они останавливали струи воды с помощью своей магии, пускали их по воздуху и брызгались друг на друга, хихикая и весело визжа. Слушая жуткие истории о волшебных существах в Смертной земле, Фрейя не могла даже представить, что фейри могли издавать такие звуки.

Вообще, в городе Неблагого Двора все выглядело совершенно иначе, чем рассказывали в сказках и историях. В легендах говорилось о темном замке из черного камня, а не о стеклянном дворце. Кровь текла по улицам, и смерть, как тяжелое одеяло, накрывала город, серый, мрачный и лишенный надежды.

Слезы навернулись Фрейе на глаза. Она была ошеломлена и преисполнена благодарности. Благодарности судьбе за то, что Талон оказался именно в этом городе, а не в том страшном и жестоком месте, которое она себе представляла. Он был здесь, в Нихалосе. Впервые за много лет брат с сестрой оказались так близко друг к другу, и вскоре принцесса сможет заключить его в объятия. Потому что теперь, когда Фрейя достигла так многого, она уже не допустит ничего другого. Принцесса найдет Талона и отвезет его домой.

– Что-то не так? – озабоченно спросил Ларкин.