"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чернов Сергей - Страница 1075

Он открыл папку, достал лист бумаги, протянул Шраму.

— Оплата за первый месяц. Семь с половиной тысяч евро. Вторая половина после завершения контракта. Подпиши за получение.

Шрам взял лист. Счёт на имя Пьера Дюбуа, сумма семь тысяч пятьсот евро. Подписал, вернул. Левченко убрал бумагу в папку.

— Экипировка выдаётся на складе. Костя покажет. Размещение в казарме номер три, комната восемь. Ужин в шесть. Построение завтра в семь утра. Вопросы?

— Научная группа. Что исследуют?

Левченко посмотрел на него долго, оценивающе.

— Артефакты, аномалии, радиация. Детали не твоё дело. Твоё дело — охранять и стрелять. Всё.

Шрам кивнул. Левченко махнул рукой.

— Свободен. Костя, отведи на склад.

Костя кивнул, вышел первым. Шрам последовал за ним. Крид остался в кабинете. Коридор снова, запах табака и сырости. Костя шёл быстро, молча. Дошли до двери с надписью «Склад». Костя открыл, щёлкнул выключателем. Свет залил помещение.

Склад большой, забитый ящиками, стеллажами с оружием, рядами бронежилетов и касок. Пахло маслом, металлом и резиной. В углу за столом сидел кладовщик — старик лет шестидесяти, в грязном камуфляже, с седой бородой. Курил, читал газету.

— Серёга, — позвал Костя. — Новенький. Экипировка полная.

Старик поднял глаза, оглядел Шрама.

— Размер?

— Пятьдесят два куртка, сорок четыре ботинки.

Серёга поднялся со скрипом, пошёл к стеллажам. Вернулся с коробкой, высыпал содержимое на стол. Бронежилет тяжёлый, керамические пластины спереди и сзади, стальные вставки по бокам. Камуфляж цифровой серо-зелёный. Разгрузка с подсумками. Берцы высокие, кожаные, потёртые. Перчатки тактические без пальцев.

— Примерь, — велел Серёга.

Шрам снял куртку, надел бронежилет. Тяжёлый, килограммов пятнадцать. Сел хорошо, не жал. Разгрузку пристегнул поверх. Берцы по размеру, удобные.

Серёга кивнул удовлетворённо, пошёл дальше. Вернулся с чёрным ящиком. Открыл, достал шлем.

Шрам взял шлем обеими руками. Тяжёлый, цельный, матово-чёрный. Противогаз встроенный, фильтры по бокам в форме клыков. Визор широкий, затемнённый, непроницаемый. Сверху прибор ночного видения — труба толстая, синяя линза. Тепловизор слева, красная линза меньшего размера. А спереди, над визором, череп. Металлический, стилизованный, с пустыми глазницами и оскаленными зубами. Зловещий, хищный, мёртвый.

— Спецзаказ, — пояснил Серёга. — Для работы в Зоне. Противогаз защищает от радиации и химии. ПНВ третьего поколения, дальность триста метров. Тепловизор для обнаружения живых целей. Череп — психологическое давление. Сталкеры боятся как огня. Называют нас «мертвецами».

Шрам надел шлем. Сел идеально, как литой. Визор затемнил мир, оставив только узкую полосу обзора. Включил ПНВ — мир стал синим, контрастным, резким. Тепловизор показал Серёгу красным силуэтом на холодном фоне. Дышать легко, фильтры работали бесшумно.

Снял шлем. Костя смотрел с усмешкой.

— Привыкай. Носить придётся постоянно. В Зоне без него смерть.

Серёга достал винтовку из стеллажа. Положил на стол.

Шрам взял оружие, осмотрел внимательно. Винтовка снайперская, тяжёлая, под семь килограммов. Калибр 7,62 на 51. НАТО стандарт. Ствол длинный, с дульным тормозом. Затвор продольно-скользящий, магазин на десять патронов. Оптика мощная — многократный прицел с переменным увеличением, дальность до тысячи метров. Сошки складные под стволом. Приклад регулируемый. Всё прочное, надёжное, военное.

— СВ-98, — сказал Серёга. — Российская разработка. Точность высокая, отдача мягкая. Боеприпасы бронебойные и обычные. Глушитель в комплекте, если нужен.

Шрам вскинул винтовку к плечу. Легла удобно, прицел на уровне глаза. Прицелился в дальний угол склада через оптику. Чёткая картинка, перекрестие тонкое. Опустил оружие, проверил затвор. Работал плавно, без заеданий.

— Возьму.

Серёга кивнул, достал два ящика с патронами. По пятьдесят штук в каждом. Бронебойные в чёрных коробках, обычные в зелёных.

— Ещё нужен пистолет?

— Есть свой.

Костя усмехнулся.

— Наган из Банги?

Шрам посмотрел на него молча. Костя пожал плечами. Шрам не ответил. Костя не настаивал.

Серёга собрал остальное снаряжение: фонарь тактический, нож траншейный, верёвку, карабины, фляжку, сухпайки, аптечку. Всё сложил в рюкзак большой, армейский. Протянул Шраму.

— Расписывайся.

Шрам расписался в журнале. Серёга вернулся за стол, закурил снова.

Костя вышел первым. Шрам последовал, нагруженный рюкзаком и винтовкой. Шлем нёс в руке, тяжёлый, с мёртвым черепом на лбу.

Казарма номер три стояла в дальнем конце плаца. Внутри коридор узкий, двери с номерами. Комната восемь в конце. Костя толкнул дверь.

Внутри два яруса нар, стол, стулья, шкаф металлический. Окно узкое, зарешёченное. Пахло пылью и табаком. На нижних нарах сидел мужчина лет тридцати. Худой, смуглый, с чёрными волосами и бородой клином. Чистил пистолет, разложив детали на тряпке.

— Это Рашид, — представил Костя. — Таджик. Бывший военный афганской армии. Снайпер-корректировщик. Твой напарник.

Рашид поднял глаза. Карие, спокойные. Кивнул молча. Костя хлопнул Шрама по плечу.

— Устраивайся. Ужин в шесть в столовой. Построение завтра в семь. Не опаздывай.

Вышел, закрыл дверь. Шрам поставил рюкзак у верхних нар, винтовку положил рядом. Шлем на стол, рядом с деталями пистолета Рашида. Сел на край нар, устало.

Рашид собрал пистолет быстро, проверил затвор, убрал в кобуру. Посмотрел на череп на шлеме, усмехнулся.

— Мертвец теперь. Как все мы.

Голос с акцентом, но русский хороший.

Шрам достал флягу с водой, сделал глоток. Рашид достал сигареты, протянул. Шрам отказался. Рашид закурил, выпустил дым в окно.

— Откуда?

— Легион. Франция.

— Воевал где?

— Африка. ЦАР, Мали.

Рашид кивнул.

— Я из Афганистана. Гильменд, Кандагар. Талибы. Пять лет. Потом всё рухнуло, сбежал. Контракты, Сирия, Ливия. Теперь здесь.

Шрам молчал. Рашид затянулся, посмотрел в окно на серое небо.

— Зона странная. Не как война. Тихо, пусто, мёртво. Но опасно. Радиация, аномалии, мутанты. Сталкеры хуже талибов. Знают местность, бьют из засад, исчезают как призраки. Научная группа ищет что-то. Что именно — не говорят. Мы охраняем, патрулируем, убиваем. Как всегда.

Шрам посмотрел на череп на шлеме. Мёртвый, зловещий, оскаленный. Седьмой патрон в нагане лежал тяжестью в кармане куртки. Левченко сказал: твоё дело — охранять и стрелять. Всё.

Ничего нового. Та же война, другая страна. Та же работа, другой противник. Та же пустота внутри, другие лица вокруг.

Он лёг на нары, закрыл глаза. Через два часа ужин. Завтра построение, знакомство с группой, первый патруль. Зона ждала. Седьмой патрон ждал. Смерть ждала, отложенная, но неизбежная.

Волк нашёл новую стаю. Последнюю. А впрочем, неважно…

Ужин был в шесть. Столовая в подвале центрального здания, длинная, низкая, с бетонными стенами и тусклыми лампами. Пахло гречкой, тушёнкой и хлором. Столы металлические, скамейки прикручены к полу. Человек тридцать ели молча, торопливо, по-армейски. Шрам взял поднос, встал в очередь. Повар — толстая украинка в грязном фартуке — плеснула гречку, швырнула кусок мяса, положила хлеб чёрный. Компот из кружки с отбитым краем.

Сел за стол в углу. Рашид напротив. Рядом двое мужчин, оба молодые, лет двадцати пяти. Один блондин, второй брюнет. Оба худые, жилистые, с армейскими стрижками.

— Это Саша и Женя, — представил Рашид. — Украинцы. Бывшие АТО. Пулемётчик и гранатомётчик.

Саша кивнул, продолжил жевать. Женя посмотрел на Шрама долго, оценивающе.

— Легионер?

— Да.

— Франция небось тёплая. Здесь похолоднее будет.

Шрам не ответил. Женя усмехнулся, вернулся к еде. Гречка безвкусная, мясо жёсткое, хлеб чёрствый. Шрам ел медленно, методично. Как в легионе, как в Мали. Главное — заправиться, не важно чем.

Костя сидел за соседним столом с Гришей и ещё тремя мужчинами. Все старше тридцати, все с лицами обветренными, усталыми. Один с повязкой на глазу, второй с шрамом через всю скулу, третий без мизинца на левой руке. Профессионалы, прошедшие войны. Костя что-то говорил, остальные слушали, кивали.