"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чернов Сергей - Страница 327

Всё-таки раскрутил эту тему. Мой искин был страшно доволен, получив настолько вкусную задачу. Предел тяги для ракетных химических движков давно нащупан, но до сих пор никто не удосужился выстроить теорию, объясняющую этот эффект.

В процессе доклада «комиссары» — учёные, входящие в комиссию, — задавали вопросы, во многом предсказуемые и легко парируемые. На лицах проглядывает уважение, даже если я где-то ошибся, то объём проделанной работы впечатляет. Сам дипломный проект в текстовом виде кое-как уместился на четырёхстах страницах.

— Скажите, Колчин, — начинает дозволенные речи, пожалуй, единственный из «комиссаров», который ясно показывает недовольство по неизвестной причине. Хмурит густые брови, изредка скептически кривится. — Нет ли в ваших выкладках ошибки? Всё ли точно проверено?

Мой научный руководитель Владимир Анатольевич Макаров снисходительно улыбается и заверяет, что проверено всё и не один раз.

— Вы имеете в виду, что, возможно, всё-таки существует какой-то выход? — догадываюсь, куда и откуда ветер дует. — Какой-нибудь катализатор, нестандартное устройство камеры сгорания, ещё что-нибудь?

— Именно.

— Такая вероятность существует. Но на поиски решения может понадобиться целая жизнь. С непредсказуемым результатом. Моя работа всего лишь отвечает на частный вопрос: каков механизм возникновения сильных детонаций при традиционном устройстве камеры сгорания?

Пожевав немного губами, Шарковский умолкает. Диплом мне засчитывают на «отлично». Можно считать, что обучение в МГУ закончил. Но уходить мне рано, несовершеннолетний ещё. Так что впереди аспирантура.

Мой дипломный проект задуман ещё и как информационная мина. Шарковский заподозрил именно это. Если создание однокамерного движка тягой более двухсот тонно-сил невозможно, то как американцы более полувека назад создали двигатель с тягой в семьсот девяносто? Пресловутый Ф-1? Яростные сторонники американского подвига стыдливо обходят этот вопрос в дискуссиях. Сумели как-то — вот и весь ответ.

— Вы не один обращали внимания на эту тему, Колчин.

Мы с моим научным руководителем идём по коридору.

— Никаких работ о детонационных эффектах в камере сгорания я не нашёл.

— У вас допуска нет. Они засекречены.

Хм-м, вот и выясняется мимоходом ещё один момент. На самом деле действует негласная договорённость: учёный мир в нашей стране знает или догадывается, что высадка на Луну — это афера, пропагандистская утка гигантских масштабов. Но все держат рот на замке, вопрос узурпирован политиками. Плевать против ураганной силы ветра никто не хочет.

Макаров не договаривает, но, наверное, мою работу тоже втихомолку засекретят. Ну и ладненько. Я-то всё равно в курсе, и вряд ли с меня подписку будут брать.

Сергей Чернов

Стартовая площадка — Земля

Глава 1

22 июля 2027 г. четверг, 10:55.

Синегорск, здание городского суда.

— Рассмотрев заявление несовершеннолетнего Колчина Виктора Александровича и учитывая согласие родителей, Колчина Александра Васильевича и Колчиной Вероники Павловны…

Стою с папахеном перед судьёй чуть ли не по стойке «смирно». Слушаем с ним монотонный голос судьи. Подавляю смешок при взгляде на отца, глаза его становятся сонными. Канцелярские обороты судейских речей пропускаю мимо ушей, жду кульминации.

— … суд в составе судьи… при участии секретаря… постановил: просьбу несовершеннолетнего Колчина Виктора Александровича об эмансипации удовлетворить, считать его полностью дееспособным и обладающим всеми правами и обязанностями гражданина Российской Федерации, определёнными законодательством Российской Федерации. С 22 июля 2027 года решение суда вступает в законную силу…

У-ф-ф-ф! Не прошло и года… Почти месяц ждали, когда судебная бюрократическая машина провернёт все свои шестерни и хоть что-то родит. Немного ускорить её помог визит к губернатору и соответствующий звонок оттуда. Нет, это не проявление телефонного права — Владимир Александрович деликатно попросил председателя судейской коллегии ускорить рассмотрение моего заявления. Хотя кто его знает, как-то хитренько губер улыбался при прощании.

Мне нужно срочно. Университетские юристы считают допустимым членство несовершеннолетних в научном студенческом обществе. Есть ведь первокурсники, которые почти поголовно вчерашние школьники. Существуют, по крайней мере теоретически, научные общества учащихся, участники которых заведомо несовершеннолетние. Но вот с занятием должности главы общества возникают разночтения. Большинство тех, с кем разговаривал, склонялись к тому, что фигвам мне, а не главный пост общества. Пока не стукнет положенных восемнадцати лет.

Или пока я не эмансипируюсь. Двумя способами: можно жениться или через решение суда. Семейный совет в лице моих полутора родителей постановил не торопиться со свадьбой. Согласился. Хлопотное это дело и затратное, готовиться надо. Да ещё Светланка умахнула с родителями на юга. Не подыскивать же ей замену, поди найди такую. Короче, все обстоятельства против.

Пришлось метнуться в университет, взять справку, что меня принимают на работу преподавателем. Суду нужны основания, диплом тоже подойдёт, но взрослое место работы ещё лучше.

— Теперь ты большой дядя! Можешь пить, курить, е… — папахен, хохоча, обрывает последнее слово на первом звуке и хлопает меня по плечу.

— Но я лучше буду спортом заниматься, — заканчиваю фразу за него.

— Ну что? Теперь в Березняки?

А куда ещё? Летом в Синегорске делать нечего, друзья разъехались, дачи у нас нет, а в Березняках меня ждут Алиса с Мишанькой.

Глава 1. Вас тут не стояло

9 сентября, четверг, время 14:35.

МГУ, ВШУИ, кабинет Колчина.

— Достаточно для оформления моей группы? — передо мной садится парень, симпатичный настолько, что подозреваю — девочки считают красавчиком.

Дмитрий Лазаревич, по-старому — пятикурсник, по-новому — студент магистратуры первого года обучения и готовый бакалавр. Ростом на пару сантиметров выше меня, русоволосый и светлоглазый, стройный и по-спортивному подтянутый, но без раздутой мускулатуры. Приходит ко мне не первый раз. При первом знакомстве на прошлой неделе я его завернул обратно. Он тогда заявил, что является координатором юридической группы Ассоциации. Сильно меня удивил, я и не знал, что такая есть. Справившись с первым шоком, затребовал от него протокол. И вот бумага лежит передо мной.

— В одном экземпляре?

На сей вопрос мне подают вторую бумагу, отличие от первой в одном: внизу страницы надпись — «протокол получен», дата и место для моей подписи.

Не вижу препятствий, расписываюсь и с нарастающей насмешкой наблюдаю за бережным укладыванием документа сначала в файл, а затем в кожаную папку-сумку.

— Формальности соблюдены? — меня изучают спокойные серые глаза.

— Нет. Протокол должен быть утверждён, только после этого решение войдёт в силу.

— Кем он должен утверждаться?

— Мной, — видя, что короткий ответ гостя не устраивает, поясняю: — Структура управления пока не сложилась. Штатная административная единица всего одна. Главный координатор. Это я, если не знали. И то — неофициально. У меня пока даже секретаря нет.

— Что-то совсем у вас всё в тумане, — гость позволяет себе критическое замечание.

— Неправильно выражаетесь. Не в тумане, а на этапе проектирования. Всё строим с нуля. Не только управленческие структуры, а сами принципы управления обдумываем.

— Там ничего нового не придумаешь. Всё придумано до нас.

Пожимающий плечами гость во многом прав, но кто знает, что может изобрести кипящая энтузиазмом молодёжь. Лично я не поручусь, что ничего.

— Рассказывайте, — требую конкретики.

— Что?

— Чем будете заниматься?

— Я думал, вы задачу поставите… — искренне недоумевает.

Отвлекаюсь на компьютер, предварительно извинившись.