"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чернов Сергей - Страница 545

Наличие на борту андроида приятно поразило только врача Диму. Остальные, хоть и в разной степени, с этой разработкой знакомы. Своего рода особая материальная версия мощного компьютера.

В конце первого дня, когда экипаж более или менее адаптировался, все дружно бросились уговаривать Куваева на кое-что. Тот не особо сопротивлялся, только загадочно улыбался и время от времени реготал. Ну, посмотрим…

Возгласами, потрясёнными и восхищёнными, наполняется весь командный блок, когда мы туда вваливаемся дружной толпой.

— Я верил, я знал! — электронщик Володя больше всех захлёбывается от восторга. — Парни, я жил не зря, я это вижу!

— И что же такого ты видишь? — поддеваю нарочито равнодушно.

На меня выплёскивается ушат негодования и восторга. Негодование по моему адресу и восторги в адрес Анжелы.

— Сергей Васильевич, ты посмотри, какие ножки!!!

Вчера экипаж дружно насел на Куваева, каким-то образом урвавшего себе роль главного куратора Анжелы, с требованием сменить прикид. Тёмный комбез хорошо на ней сидит, но… шортики будут намного лучше. Так жарко уверяли Сашу все остальные.

И вот мы имеем счастье лицезреть Анжелу в шортах и обтягивающей водолазке. Чувствую себя, как в космическом фэнтези с прекрасными эльфийками в бронелифчиках.

— Какие ножки!!! — стонут парни.

— О-о-о! Спасибо, — Анжела кокетливо хлопает ресницами.

— Видали и получше, гы-гы-гы, — довольный реакцией товарищей Куваев гогочет.

На это замечание Анжела вознаграждает своего патрона долгим взглядом. Потрясающе! Вот сейчас я проникаюсь. Очень точно имитируются девичьи паттерны поведения. И ножки действительно хороши, хоть и в ботинках.

— И где же ты видел лучше? — скептически и ревниво спрашивает Володя.

— Наш шеф велик и бесподобен! — поднимает Куваев палец вверх. — Он самый умный и успешный в мире, и его жена — красивейшая женщина планеты. Самые красивые в мире ноги у неё, и это бесспорно, как дважды два четыре.

— Пятиминутная готовность до включения двигателей, — нежным, но строгим голоском Анжела обрывает его панегирики по адресу любимого шефа.

Гомон сразу прекращается. Надо ориентировать корабль в пространстве. И пока мы веселились, дело продолжалось по заложенной программе. Момент инерции обнулён, корабль можно точно повернуть на очень небольшой угол. Затем включить двигатели на точно отмеренное время.

Толчок, прижавший нас к полу, длится несколько секунд. Потом мы снова всплываем, как пельмени в кастрюле. После этого все понемногу успокаиваются. Лично я смотрю на Луну и раздумываю.

Меня, как самого старшего в команде, пропустили через курс психологии. Кстати, он сказался и на моей тактике в отношениях с семьёй. Точно знаю, так хладнокровно и продуманно не смог бы действовать без этих знаний. Скорее всего, я бы не только всё отдал, но и на обычные алименты согласился бы. Дочка ведь.

Сейчас наблюдаю за поведением ребят. Был расчёт на то, что присутствие в команде девушки-робота заметно поднимет общий тонус. С одной стороны, реальный образ красотки совсем рядом, с другой, полная бесперспективность конкуренции. Бесполезно к ней клинья подбивать, это не живая женщина. Так что Анжела сыграет роль недоступной нам, простым смертным, королевы. И не даст одичать. Комплименты она воспринимает. Поэтому полезность её заключается не только в функции вечного дежурного, не нуждающегося в отдыхе.

Глава 8

Издержки славы

18 мая, среда, время 10:15.

Москва, Кремль, Сенатский дворец, канцелярия Президента.

Власть имущим абсолютно фиолетово на мой личный распорядок. Вот и назначают встречи поутру. Сталина на них нет. Великий вождь, как свидетельствует история, был отчаянной совой. Обожал работать до позднего вечера, а то и ночи. Зато по утрам никого не дёргал. Так что пока добирался до Кремля, неторопливо возвёл в уме в куб четырёхзначное число.

Собственно, я так и думал, что меня срочно выдернут в высшие сферы. Впервые за много десятилетий на Луну отправился пилотируемый корабль с заявленным намерением прилуниться и осуществить высадку космонавтов на поверхность. Впервые в истории, если не брать в расчёт американцев, и вторые, если их всё-таки считать.

Я колебался. Очень сильный испытывал соблазн скрыть настолько громкий факт. Вот только надо учитывать особенности информационного века. Если не заявил о событии, не анонсировал его, то его как бы и не было. Не, так не пойдёт. Но сейчас придётся принимать издержки. Зато подскочат вверх репутация, популярность, известность. Нематериальные активы приобретут колоссальный вес.

Прохожу через всем известные по телевизору и интернету роскошные залы. Президент уже ждёт. Берёт быка за рога сразу после приветствия.

— Виктор, вы что вытворяете? Разве так можно?

Пошли издержки. Бурным потоком. Слегка вздёргиваю брови, научился общаться с помощью мимики. В Кремле и рядом с ним много мастеров на эту тему.

— Вы в самом деле не понимаете? — президент ещё удивляется моей тупости, однако успокаивается. — Такие масштабные акции всегда нужно согласовывать на самом высоком уровне. Международный резонанс грандиозный. Мне уже десятки глав правительств отзвонились, среди них много тех, кого я и слышу-то впервые…

— Что же в этом плохого, Владислав Леонидович? — любопытствую искренне, но понимание наклёвывается. Неожиданность, непредсказуемость, вот что ему активно не нравится.

Получается, как в одном забавном рассказике Аверченко, где живописуется ужаснейшая беда, случившаяся в России. На редкость богатый урожай. Транспорт не справляется, хранилищ не хватает, закупочная цена ушла в пол, народ стонет и ропщет.

Вот и я принёс родине своей горе небывалое, правительство на меня ропщет и стонет.

— Мы не были готовы к настолько эпохальному событию, — обвиняющие нотки на исходе, но пока не закончились. — Это равносильно тому, что какой-нибудь генерал вдруг, не спрашивая разрешения, начал военные действия против соседней страны.

— Как-то не вижу аналогии, Владислав Леонидович, — возражаю максимально осторожно. — Этот гипотетический генерал нарушает устав и выходит за рамки своих полномочий. Объявлять войну может только главнокомандующий, а не рядовой генерал.

Президент хмыкает, но слов пока не находит. Так что можно продолжать.

— Цели моего Агентства изначально прописаны в его Уставе. «Освоение космического пространства», как-то так. Космические старты, строительство «Оби», запуск космических аппаратов в сторону Луны — всё согласовано, обо всём правительству известно…

— О пилотируемых полётах вы ничего не сообщали, — президент меня «ловит».

— Как же не сообщали? — натурально удивляюсь. — С примерными сроками, конечно, но перспективный план освоения Солнечной системы давно на нашем сайте висит. Никаких просьб со стороны правительства о согласовании с ними конкретных действий не поступало.

— Это упущение с их стороны тоже, — практически выдавливает из себя признание президент.

Ну и хорошо! Вот мы и нашли крайнего, и это не я.

— А заранее анонсировать нечто серьёзное — очень плохая примета. Если вы не в курсе, то космонавты чрезвычайно суеверный народ. Я тоже. Давно заметил, что объявление амбициозных планов, как правило, ведёт их к срыву. Уверен, что отправка экипажа на Луну успешна именно потому, что никто не знал конкретики.

— Кстати об этом, — переключается президент. — Состав экипажа и основные характеристики от меня тоже скроете?

— Численность три человека, посадочная масса сто пятьдесят тонн. Запасов продовольствия и прочих ресурсов хватит для автономного существования на полгода.

Ожидал, что попросит уточнения, ФИО и прочих анкетных данных, но президент всё-таки не перешагивает определённой черты. И да, конечно, я соврал. После прилунения общая масса лунного модуля, как минимум, в три раза больше. Экипаж вдвое против озвученной цифры.