Меланхолия Харухи Судзумии - Танигава Нагару - Страница 39

— Возможно, но это не единственная причина.

Сказав это, он замолчал. Прежде чем я успел продолжить, водитель объявил:

— Приехали.

Машина остановилась, и двери открылись. Мы с Коидзуми ступили на оживленную улицу. Водитель, даже не взяв с нас денег, тут же уехал, что меня ничуть не удивило.

Наверняка здесь было излюбленное место для прогулок всех людей, живущих вблизи этого района. Железнодорожные терминалы шли один за другим, всевозможные универмаги вперемешку с диковинными строениями делали город выдающимся произведением японской провинциальной городской архитектуры. Закат купал суматошную, полную прохожих улицу в своем свете. Появившаяся будто из ниоткуда толпа людей при зеленом сигнале светофора пришла в движение. На секунду на пешеходном переходе мы потеряли друг друга из вида.

— И зачем тебе понадобилось меня сюда сопровождать?

— У тебя еще есть возможность передумать, — произнес Коидзуми, неторопливо переходя улицу и глядя перед собой.

— Я уже здесь, поздно.

Шедший сбоку Коидзуми взял меня за руку. Это еще что? Не нравится мне это.

— Извини, ты не мог бы закрыть глаза, пожалуйста? Совсем ненадолго.

Я с трудом увернулся, чтобы не задеть плечом идущую навстречу фигуру в деловом костюме. Зеленый свет начал мигать.

Ну ладно! Я послушно закрыл глаза. Звук тысяч шагов, автомобильных двигателей, непрекращающийся людской гвалт, шум…

Коидзуми тянул меня за руку. Шаг, второй, третий. Стоп.

— Все.

Я открыл глаза.

Мир был окрашен серым.

Темно. Я непроизвольно взглянул на небо. Ослепительного оранжевого солнца нигде не было, а небеса были затянуты сумрачными серыми тучами. Тучами ли? Ровная темная гладь безбрежно расстилалась во всех направлениях. Лишь только неясный фосфоресцирующий свет, вместо исчезнувшего солнца слегка подсвечивающий темное серое небо, мешал провалиться этому миру в кромешную тьму.

Вокруг никого не было.

Вся суетливая толпа, заполонившая улицу, за исключением меня и Коидзуми, стоящих посреди перекрестка, исчезла без следа. Во тьме почем зря мигал только огонь светофора. Зажегся красный, соседний переключился на зеленый, но ни одна машина не тронулась с места. Было так тихо, что можно было подумать, будто Земля прекратила свое вращение.

— Это разлом между измерениями, изолированный от нашего мира. Закрытая реальность.

В окружающей тишине голос Коидзуми прозвучал особенно громко.

— «Стена» этой закрытой реальности проходит как раз по центру этого перекрестка. Смотри, вот она.

Вытянутая рука Коидзуми замерла на полпути, как будто встретив какое-то сопротивление. Я попытался повторить его жест, ощущение было как от касания холодного желе. Моя рука будто столкнулась с невидимой эластичной стеной, и ее нельзя было продавить больше чем на десяток сантиметров.

— Ее радиус — примерно пять километров. Обычно сюда невозможно попасть никаким нормальным образом. Одна из моих способностей — проникать в такие пространства.

В зданиях, которые подобно побегам бамбука поднимались из земли, не было ни единого огонька, как и в магазинчиках, выстроившихся в торговом квартале. Фонари на улице слабо помаргивали неестественным светом.

— Где это?

Или, скорее, надо было спросить: «Что это?»

— Объясню по дороге, — сказал Коидзуми, будто подыскивая ответ.

— Детали мне не известны, но это пространство чуть-чуть сдвинуто от мира где мы живем… Скажем так, некоторое время назад в этом месте прошел разлом между измерениями и мы проникли в него. Снаружи сейчас все продолжается как обычно. Забрести сюда обычному человеку… ну… это бывает крайне редко.

Перейдя улицу, Коидзуми будто выбрал нужное направление и уверенно двинулся вперед.

— Представь себе нависший над землей купол, будто перевернутая чашка. Это место — ее внутренняя часть.

Мы зашли внутрь бизнес-центра. Там не было не только ни единого признака людей, даже ни одной кружащейся в воздухе пылинки.

— Закрытые реальности появляются в случайном порядке. Иногда образуются день за днем, я слышал, бывало, они отсутствовали несколько месяцев. Одно, впрочем, ясно…

Поднимаемся по лестнице. Темнотища. Если бы не едва различимая фигура впередиидущего Коидзуми, я наверняка бы споткнулся.

— Эти пространства появляются, когда на душе у Судзумии-сан неспокойно.

Мы вышли на крышу здания.

— Я умею чувствовать появление закрытых реальностей, так же, как и мои товарищи. Откуда мы о них узнаем для нас самих загадка. Мы просто узнаем место, время их появления и как попасть внутрь. Я не могу описать это чувство словами.

Я положил руки на ограждение и посмотрел на небо. Не ощущалось даже дуновения ветерка.

— Ты меня притащил, чтобы это показать? Здесь же нет никого!

— Не совсем, главное еще впереди. Скоро начнется.

Важности-то на себя напустил! Однако Коидзуми сделал вид, что не заметил моего кислого лица.

— Мои способности — это не только обнаружение закрытых реальностей и проникновение в них. Можно сказать, я могу чувствовать состояние Судзумии-сан. Этот мир — как прыщик, созданный в душе Судзумии-сан, а я — лекарство от этих прыщиков.

— Не понимаю я твоих метафор.

— Мне часто так говорят. Кстати, ты здорово держишься! Попал в такую ситуацию и почти не удивлен.

Я вспомнил исчезающую без следа Асакуру и прелестницу-Асахину. Слишком много всего уже случилось.

Внезапно Коидзуми поднял голову и устремил взгляд на какую-то точку напротив меня.

— Начинается. Обернись, посмотри назад.

Я посмотрел.

Вдали среди небоскребов стоял сияющий синим светом гигант.

Он был на голову выше тридцатиэтажного здания. Высокая темно-синяя фигура излучала фосфоресцирующий свет, будто шедший изнутри. Очертания его были сложно различимы, как и внешность. Кроме кажущихся чуть более темными глаз и рта ничего разглядеть было нельзя.

Да что это?!

Гигант, будто в приветствии, медленно вознес вверх руку и обрушил ее вниз как топор.

Крыша здания рядом с ним раскололась надвое. Бетон, арматура и обломки падали как при замедленной съемке и с оглушительным грохотом обрушивались на асфальт.