Развод. (Не) нужна - Вербина Лера - Страница 4

– Сегодня, говоришь? А завтра вернешься?

– Нет.

На самом деле, я уже не была в этом уверена. Куда мне идти? Анюта практически за дверь выставила, хоть и великодушно разрешила переночевать одну ночь: «Ладно уж, пока ты без ребенка, а мама в отъезде, можешь оставаться. На диване поспишь».

– Где ты сейчас?

– У мамы.

Вот зачем я ему это рассказываю? Дура! За семь лет брака привыкла, что у меня тайн от мужа нет…

– Значит, так, – снова послышался в трубке голос Дэна. – Сегодня ты, так уж и быть, можешь переночевать у мамы. Но завтра будь любезна вернуться домой. Маша, ты всё поняла? Не надо меня огорчать, последствия тебе не понравятся.

Он бросил трубку, а я вся сжалась от ужаса. Господи, что мне делать? Что делать? С ребенком на руках, без денег, без жилья…

***

Я позвонила свекрови. Как было бы хорошо, если б у Вики был свой телефон, и я могла звонить напрямую! Но нет же, Денис сказал, что телефон ей покупать слишком рано, она маленькая и обязательно испортит дорогую вещь. Вот и приходится действовать через мымру-свекровь.

– Да, Маша, слушаю тебя, – сказала Зоя Валентиновна. – Хотя ты нас отвлекаешь, вообще-то. Мы с Викой только сели книжку читать. Чего ты хочешь?

– Хочу поговорить с ней, – пробормотала я.

Я ведь не должна просить разрешения поговорить с собственной дочерью! Но я чувствую себя разбитой и до чертиков боюсь, что угрозы Дэна отобрать у меня ребенка – это не пустые угрозы… И мне страшно. Господи, мне так страшно!

– Кто там? Мама? Мама? – услышала я уверенный голосок моей золотой девочки, а потом, судя по всему, Вика просто вырвала у бабушки трубку. – Мама! Мамочка! – закричала она. – Когда ты плиедешь? Я соскучилась!

Зайка моя! Букву «Р» она не выговаривает, и хоть это так мило и по-детски звучит, надо нам, конечно, к логопеду. Но Денис до сих пор был против – незачем деньги зря тратить, она просто еще маленькая, само пройдет.

– Котенок, я завтра приеду, ты не волнуйся… Всё хорошо у тебя? Я тоже скучаю. Завтра обязательно тебя заберу. Бабушку слушайся и хорошо отдыхай. Договорились?

– Пока, мамочка. Плиезжай. Я тебя очень люблю.

Она сама завершила звонок. Знает, как это делать – современный продвинутый ребенок.

У меня на сердце стало так тепло. Вика, доченька! Моя самая большая радость в жизни. Я что-нибудь придумаю. Я справлюсь. Будем с Викусей жить-поживать вдвоем.

Осталось понять, где именно мы будем жить…

Глава 5

Маша

Утром я попрощалась с сестрой, понимая уже, что вряд ли скоро вернусь, и поехала за Викой на дачу к свекрови.

Да, мы договаривались с Зоей Валентиновной, что я заберу ребенка только вечером, и мне совершенно точно предстоит выдержать настоящий концерт – свекровь будет обвинять меня во всех смертных грехах за такую подлость.

Но ничего, как-нибудь выдержу. Забрать Вику – самое главное теперь.

Около часа я плюхала в автобусе по городу, а потом еще час – на пригородном, битком набитом дачниками, которые в выходной с утра пораньше торопились в свои поместья.

– А, Маша, – равнодушно поприветствовала меня свекровь, когда я наконец, взмокшая и встревоженная, переступила порог ее дачного дома.

Это было странно – как будто концерт отменяется.

– А где Вика? – спросила я, тут же похолодев.

– Ее Дениска забрал, – спокойным голосом ответила мне свекровь. – Пару часов назад позвонил мне, потом приехал и забрал. Жаль, конечно, так рано ее отпускать было. Но он объяснил, что вы поссорились и ты хочешь отобрать у него ребенка…

Она подошла вплотную и ткнула указательным пальцем мне в грудь.

– Ты ведь у меня собираешься отобрать ребенка, Маша! – прошипела она. – Только этот номер не пройдет! Если не хочешь лишиться дочери, ты будешь жить с мужем! А не хочешь жить с мужем – выметайся, откуда пришла! Вику я не отдам тебе! Если появится необходимость, я и сама ее воспитаю, можешь не беспокоиться!

Я отшатнулась от свекрови. Отступила на шаг.

– Где Вика? – прохрипела я, предполагая уже нечто ужасное.

– Где, где, – фыркнула Зоя Валентиновна. – Домой ее Дениска, конечно, повез. Куда же еще должен отец отвезти своего ребенка? И ты, блудная жена, тоже можешь вернуться домой. Пока еще можешь. Пока еще у тебя есть такой шанс, потому что мой сын – дурачок и слишком нежно к тебе относится. Ох, я бы на твоем месте его не злила…

Она вдруг расхохоталась, словно сумасшедшая злая ведьма.

А я развернулась и побежала к выходу, и через мгновение уже вылетела из калитки и понеслась по дачному проулку. Мне надо было теперь поскорее попасть домой.

***

Дома ко мне со всех ног бросилась моя драгоценная девочка. Я только успела скинуть обувь, как Вика уже выскочила из комнаты мне навстречу. Я присела на корточки, развела в стороны руки, а она обняла меня за шею и заплакала.

– Мамочка, ты велнулась… – всхлипывала она. – Я так боялась, папа был такой злой! Я не хотела ехать без тебя…

– Всё будет хорошо, мое солнышко! – успокаивала я ее, прижимая к себе и целуя мокрые щеки. – Всё будет хорошо, я вернулась, всё хорошо!

– Рад это слышать, – раздался голос мужа.

Я подняла голову. Оказывается, он как раз подошел. Оперся плечом о стену, скрестил руки на груди.

– Мы сейчас не будем выяснять отношения при ребенке, – сказал он. – Поговорим позже. Только об одном хочу предупредить тебя прямо сейчас: не делай больше таких глупостей. Ты ведь всё равно меня не переиграешь, неужели непонятно?

Я встала на ноги. Взяла дочкину ладошку в свою. И молча, не желая ему отвечать, повела Вику в детскую.

– Посмотришь со мной мультики, мамочка? – спросила Вика.

– Конечно посмотрю, солнышко.

***

Я весь день не отходила от ребенка. Читала ей, вместе с ней смотрела мультики. Мы играли в настольные игры. Потом вместе рисовали. Вместе готовили обед. Да, для Дениса тоже – я решила пока не обострять ситуацию.

И весь день, пока я читала, играла, смотрела мультики, готовила… я чувствовала себя натянутой струной. Сжатой пружиной, которая вот-вот распрямится. Я чувствовала себя загнанной в угол и не понимала, что делать. Я думала, думала, думала, лихорадочно просчитывала варианты. Целовала Вику, обнимала ее каждую минуту, а сама думала.

У меня нет денег. Ну, совсем мало. Около двадцати тысяч рублей – это всё, что я сумела накопить. Дэн никогда не давал крупных сумм. Три тысячи, в лучшем случае, пять – хватало на несколько дней на еду, а потом он подбрасывал еще столько же.

Я много раз просила, чтобы он давал сразу побольше и мне не приходилось бы всё время бегать к нему с протянутой рукой. Но он отвечал, что я патологическая транжира и не умею экономить, поэтому следить за бюджетом будет именно он, а не я. Иначе, если мне выделить сразу большую сумму на месяц, они точно так же кончатся через пару дней, это же очевидно. И что такой растратчице, как я, никакой зарплаты не хватит, даже такой высокой, как у него.

Все эти разговоры он сопровождал улыбками, всегда обнимал, целовал меня в щечку и говорил, что любит такой, какая я есть. И что для девочки это совершенно нормально – быть транжирой. Девочки, дай им в руки хоть миллион, мгновенно истратят его на ноготочки, реснички, туфельки на каблучках, прокладки и все эти женские глупости. Но когда он женился на мне, он взял на себя ответственность, и теперь он всегда будет, как глава семьи, нести эту ответственность и заботиться о моем благополучии и благополучии нашего ребенка, даже если я сама, в силу природы, позаботиться о себе не в состоянии.

Понимала ли я, что всё это – манипуляции? Ну, понимала, не совсем же дура. Хотя сейчас думаю – раз влюбилась в такого человека, да еще и замуж за него вышла, то, наверное, дура.

Совсем.

В любом случае, противопоставить манипуляциям мне было нечего. Я не могла вернуться домой к маме, потому что почти сразу после моего замужества к маме вернулась моя сестра. И вчерашний наш с ней разговор доказывает – мне в родном доме места больше нет.