Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 93

Так, пора было ехать в дом родителей прошлого Сани. Теперь мне они достались, можно сказать, по наследству. С одной стороны, я вообще мог прекратить с ними общаться. А почему нет, ведь ко мне эти люди не имели никакого отношения?

Но так поступить я не мог. Саня – их единственный сын. И в память о нём я буду продолжать с ними общаться. А также планирую всячески помогать, но это уже когда встану на ноги сам. Пока что особо помочь мне нечем.

Улица имени Толстого, дом восемь. «Яндекс.Карты» услужливо подсказали мне, что доехать можно на троллейбусе номер 11. Остановку я нашёл прямо на вокзале, и нужный транспорт скоро подошёл.

Интересно, что он тоже работает на электричестве. В Аткарске я таких машин не встречал. Да и в моём прошлом мире такого не было, так что проехаться было весьма любопытно.

Доехал до нужной остановки тоже по картам. Вышел в жилом квартале и отправился искать нужный дом.

Перед этим я нашёл по картам продуктовый магазин «Пятёрочка» и купил домой торт и конфеты. С пустыми руками приезжать не хотелось, тем более учитывая, что Саня обычно приезжал только за деньгами.

Этот район города отличался от шумного центра, где я только что был. Здесь был частный район, одноэтажные деревянные дома. Всё как в Аткарске.

Свой дом я нашёл быстро. Он был светло‑жёлтого цвета, с покатой крышей и небольшим двором. Снег был тщательно убран, и вообще было видно, что за домом следили. Уютно тут.

Поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Мне открыла невысокая полная женщина, с наметившийся сединой в тёмных волосах. Лет ей было примерно пятьдесят пять. Круглое улыбчивое лицо, домашнее платье, фартук.

Так, это наверняка мать моя.

– Санечка! – радостно воскликнула она. – Приехал наконец‑то!

– Здравствуй, мама, – улыбнулся я. – Держи, торт принёс.

– Ой, не стоило, – она взяла коробку с тортом. – Но как раз сейчас чай попьём, ты, наверное, с утра не завтракал даже! Проходи.

Я вошёл в прихожую, снял куртку, разулся. Из соседней комнаты вышел мужчина лет пятидесяти. Высокий, крепкого телосложения, одетый в клетчатую рубаху и джинсы.

– Здравствуй, сын, – протянул он мне руку.

Я уверенно пожал её.

– Ты похудел, – заметил отец. – И лицо будто бы посвежее, чем в прошлый твой приезд.

– Начал следить за собой, питание, спорт, – ответил я. – Не стоило мне так себя запускать.

– Молодец, – одобрительно кивнул отец. – Давно пора было.

Я ненароком осматривал дом. Не очень большой, но уютный. Гостиная и коридор с несколькими дверьми. Видимо, спальня родителей, комната Сани и ещё одна спальня.

Через гостиную был вход на кухню, куда мы и прошли.

– Пирожков вот с капустой испекла, вот яйца варёные, вот колбаса, сыр, – суетилась мать. – Кушай, сын.

Я уселся за стол, отец сел напротив. Мать наливала всем чай.

– Как дела? – спросил отец. – Как в Аткарске?

– Хорошо всё, – кивнул я. – Только работы сейчас много. Я начал и ночные дежурства в стационаре брать, чтобы опыта набраться. Да ещё и участок новый мне дали.

Родители слушали с интересом, и я рассказал им обо всех своих новостях. О которых можно было рассказать, разумеется. Про то, что их сын умер, а в него попал Александр Велесов из другого мира, владеющий праной, решил не рассказывать.

Родители тоже кратко рассказали свои новости. Их было немного, всё‑таки я был прав, и они оба были на пенсии. Так, про соседку, про дом, про здоровье. Кстати, здоровье у них было очень даже ничего, судя по всему. Это радовало.

Внутри у меня было немного странное чувство. Это были не мои родители, но я должен был играть роль сына. И играть было очень просто. Словно я был на своём месте.

– А дядя Андрей когда приедет? – вспомнив про конфликт с дядей, спросил я.

– На обед, – ответил отец. – Часа в три, думаю.

Я кивнул и отпил чай.

– Кстати, если прям собой занялся, я приложение хорошее знаю для подсчёта калорий, – внезапно сказала мама. – Мне его соседка подсказала. Язио называется. Там можно вводить всё, что съел, и видно, много это или мало.

– Отлично, спасибо за наводку, – улыбнулся я.

Я нашёл его в телефоне и скачал себе. Благо такие манипуляции делать уже научился. Так, отлично. Теперь можно тщательнее следить за уровнем потребляемых белков, жиров и углеводов.

Мы ещё немного поговорили о мелочах.

– Ладно, – встал я из‑за стола. – Пойду вещи пока в комнату положу.

– Иди, иди, – кивнула мать. – Комнату я недавно убрала, постель чистая.

Я пошёл по коридору и с первой попытки угадал свою комнату. Небольшое помещение, с окном, выходящим во двор. Односпальная кровать, шкаф, стол и книжные полки. На них стояли учебники по медицине, лежали тетрадки.

В комнате было даже слишком чисто. То ли Саня в тот период ещё не жил как свинья, то ли мама здесь проводила тщательную уборку. А скорее всего, и то, и то.

На столе также стояло несколько фотографий. На первой Саня, то есть теперь я, был изображён с родителями. На вид ему тут лет двадцать, без лишнего веса, счастливый, улыбчивый. Да, мне достался уже далеко не такой вариант.

На второй был Саня с одногруппниками. Курс третий, если учесть, что там же был и Артём Ребров. Все в белых халатах, улыбаются.

В шкафу нашлось много одежды, состояние которой было лучше, чем в доме Сани. Надо будет обязательно забрать хотя бы часть, это мне точно пригодится.

В общем‑то, обычная комната. Ничего нового про Саню узнать не удалось. Только теперь хоть примерно представлял, как буду выглядеть худым. А я вполне себе ничего на самом деле.

Вернулся на кухню к родителям.

– Вещи разложены, – шутливо отрапортовал я. – Может, чем‑то по дому пока что помочь?

– Помочь? – удивилась мать. – Санечка, ты же обычно в комнате у себя постоянно сидел.

– Ну так времена меняются, – улыбнулся я. – И я правда хочу помочь.

Отец одобрительно кивнул.

– Спереди дома я снег почистил, но хочу и за домом во дворе расчистить, – объявил он. – Пойдём, а мать пусть на обед свои шедевры готовит!

– Отлично, только оденусь, – кивнул я.

Чистить снег было для меня весьма тяжёлым занятием. Особенно учитывая, что всё ещё сохранялись последствия перерасхода праны. Но я уже обещал помочь и слово своё привык держать.

Так что оделся, мы с отцом вышли на улицу и взяли лопаты.

– Вот всю жизнь проработал физруком, – начиная расчищать площадку за домом, заявил отец. – Сначала в школе, потом в педучилище. А теперь на пенсии, и не хватает мне спорта в жизни. Подобные дела только и спасают.

– Может, снова на работу вернёшься? – улыбнулся я.

– Да кому я уже нужен, – отмахнулся отец. – Охранником сидеть?

– Ну не скажи, такой опыт много где может пригодиться, – возразил я.

Мы продолжили раскидывать снег в разные стороны. За сорок минут справились с довольно большим участком, вернулись в дом.

– А ты изменился, – заметил отец. – В лучшую сторону, я бы сказал. А то в Аткарске тебя совсем сломали, мы с матерью переживали за тебя. Ты ничего нам особо не рассказываешь, но я уверен: долги у тебя. Столько денег у нас брал…

– Больше такого не повторится, – серьёзно сказал я. – Более того, я всё верну, обещаю тебе. Мне жаль, что вы из‑за меня переживали, я этого больше не допущу.

Мы сели перед телевизором в гостиной. Мать продолжала суетиться на кухне.

– Слушай, как всё‑таки так получилось, что ты был физруком, а твой брат владеет частной клиникой? – задал я интересующий меня вопрос.

Может, отец это и рассказывал прошлому Сане. Но я рассудил, что тот мог это и забыть. А значит, в моём вопросе нет ничего удивительного.

– Ну, я спортсменом в молодости был, ты же знаешь, – ответил он. – Лёгкая атлетика. А потом травма колена, прощай карьера, здравствуй преподавание. А мой брат смог в медицинский поступить, и родители как‑то всегда им больше гордились. Мол, младше, умнее, способнее. Ну и финансово ему помогали. Я‑то не в обиде, но он смог себе и клинику открыть, и вообще как‑то лучше его жизнь сложилась.