Любовь на поражение (СИ) - Ковалева Анна - Страница 35

Лилия Александровна действительно выдавала списки, уговаривая меня подать заявки, но я так ничего и не подала.

Не знаю, как объяснить. Морально не была я готовой, наверное, вот и все.

— Вик, ну надо вылезать из условной зоны комфорта. Да, это, безусловно, вызов, но вызов приятный. Это нервы и стресс, но в какой работе без этого? Тебя же не казнят в случае неудачи. А в случае победы перед тобой откроются большие возможности. Ты теряешь от неучастия больше, чем от проигрыша.

— Пожалуй, ты права, – вздыхаю я. — Может, во мне просто мало амбиций для этого?

А, может, всё дело в том, что после смерти родителей я разучилась мечтать? Перестала грезить, стремиться к высоким целям.

Жизнь слишком рано сломала мои крылья, жестоко опустив на землю. Вот и стала я цепляться за малое — за обычную спокойную жизнь, рутину, учебу.

Грандиозных планов не строила, поскольку не видела смысла. Зачем бежать сломя голову, рисковать, лезть из кожи вон, строить планы, если завтра жизнь может оборваться?

Не лучше ли жить спокойно, радуясь каждому дню по возможности, а не носиться, как угорелой в поисках заветного журавля?

Вот и решила, что спокойно закончу учебу, перееду, устроюсь в издательство, рекламное агентство или галерею. Буду обычным рядовым сотрудником.

А Аня меня сейчас тормошила, пытаясь убедить, что зря я замыкаюсь в привычном мире.

— Я знаю одно, — Аня уверенно тряхнула головой. — У тебя большой потенциал. И грех такой талант зарывать в землю. Попробуй хоть раз. Что тебе стоит? А там, глядишь, и азарт придет, и желание борьбы. Хочешь, я тебе кое-что покажу? Вчера увидела конкурсы, в которых открыт набор на следующий год. Для тебя выбрала самое вкусное.

— А давай, — ей удалось-таки разбудить мое любопытство. — Показывай.

— Смотри, — уже спустя пару минут Аня передала мне две брошюры. — Первый конкурс от ассоциации иллюстраторов — World Illustration Awards. Там десяток категорий. Лучшая книжная иллюстрация, лучшая обложка, рекламные иллюстрации и прочее. В общем, есть где развернуться. Если станешь лауреатом, это пойдет огромным плюсом в резюме. Тебя после такого лидеры книжного рынка с радостью в штат возьмут. Без всякой протекции.

Я кивнула, признавая Анину правоту. Кажется, я действительно зря так сильно закрылась в своей скорлупе. Столько возможностей же упустила

— О, а вот еще одно. Смотри, конкурс Sunny Art Prize. Это один из самых престижных конкурсов в Великобритании, спонсируемый Художественным советом Англии.

Я читала информацию и чувствовала, как загораются глаза.

Sunny Art Prize — конкурс, занимающийся поиском как начинающих, так и признанных художников со всего мира.

В шорт-листы конкурса ежегодно отбираются тридцать художников и из них выбираются три победителя. Работы выставляются в Sunny Art Center в Лондоне.

Победители, занявшие первое место, получают приз в размере трех тысяч фунтов стерлингов и персональную выставку в Лондоне.

— Это шикарно… — выдохнула я. — Просто мечта.

— Так давай, Вик. Иди к своей мечте. В этом году срок подачи заявок уже истек, но в следующем ты вполне можешь участвовать. Лучше попробовать и проиграть, чем вообще не попробовать.

Ане каким-то непостижимым образом удается пробить мои заслоны. Во мне начинает разгораться почти забытое желание.

Желание попробовать свои силы, показать себя и свои работы миру, получить признание.

Родители хотели бы этого, мелькает в сознании мысль, и я решаюсь. Решаю вновь попробовать пойти за своей мечтой.

— Убедила, Ань. Я попробую силы в следующем году. Обязательно попробую.

Глава 35 Мой личный триггер

Во вторую пятницу моего пребывания в Каменогорске Аня пригласила меня на дружеские посиделки.

— А много народа будет? — поинтересовалась я. Мне не очень-то улыбалось оказаться в большой и малознакомой компании.

Хотелось вернуться в квартиру и порисовать. Подумать над тем, что хотела бы нарисовать для конкурса.

Это ведь должно быть что-то особенное. Если я действительно хочу выиграть. А для этого нужно было поймать инсайт.

Что не такое уж и легкое дело.

— Да не, Вик. Ты, мы с Костей, мои и Костины друзья. Человек десять максимум.

— Тогда ладно, — кивнула.

Десять человек не так уж и много. А в случае чего можно и пораньше уйти, сославшись на дела.

Аня точно поймет.

По этому случаю мы уже после двенадцати уехали из галереи. Аня планировала готовить сама, а я вызвалась ей помочь.

— Мне нравится готовить самой, — пояснила она, отправив мясной рулет в духовку. — У нас, конечно, была прислуга, но мама частенько готовила. И меня приучала, ее книги с рецептами я храню. Что-то оставляю, что-то совершенствую. Даже папа не возражал против моего увлечения кулинарией. Считал, что женщина должна уметь готовить, даже если у нее есть возможность переложить это на повара.

Я лишь вздохнула. Аня тоже рано потеряла родителей, мама умерла, когда ей было шестнадцать от глиобластомы.

А отец и мачеха разбились в авиакатастрофе спустя девять лет.

Наверное, еще поэтому мы так быстро нашли общий язык. Рыбак рыбака, как говорится, поймет лучше всего.

Пока готовилось мясо, мы занялись десертами. Аня успела, оказывается, и курсы кондитера пройти. Умела печь всё.

— Я тебе поражаюсь, Ань. Ты просто на все руки мастер. — призналась я, взбивая крем.

— Так получилось, работа кондитером очень мне помогла в свое время. Я рада, что прошла курсы. Ладно, не будем о прошлом. Давай крем сюда…

К семи вечера у нас все было готово. Осталось только нарезать салаты.

— Так, — Аня хлопнула в ладоши, — давай закругляться. Гости приедут через полчаса, а Костя и Димка уже подъезжают.

— Дима? — от неожиданности я выронила нож. — Он здесь?

— Ну да, — Аня озадаченно на меня посмотрела. — Вчера еще приехал. Артем Алексеевич отправил его к Косу под крыло, чтобы поработал летом в Эмпайре, а не слонялся опять по столичным клубешникам.

— Я не знала.

— А разве вы не общаетесь? Думала, ты в курсе.

Я пожала плечами, отвернулась к окну и от отчаяния прикусила губу.

Ну вот что за засада, а? Я только обрадовалась, что мы с Димой оказались в разных городах. Настроилась на спокойное лето.

И тут такой облом.

Хоть бы предупредил кто… Ни Лилия Александровна, ни Олег не намекнули даже, что Дима приедет сюда. Да еще так надолго.

Так бы я ни за что не согласилась на эти посиделки.

А теперь поздно метаться, что называется.

— Вик, всё в порядке? — Аня вдруг насторожилась.

— В полном, просто не думала, что Дима приедет. Мне казалось, что отец его оставит при себе.

Ну а что мне еще оставалось делать, кроме как изображать беззаботность. Не жаловаться же Ане на Диму.

— А, — она хитро улыбнулась, — так Каменогорск, хмм, не знаю даже как назвать-то? Семейное место ссылки для провинившихся наследников, что ли…

— В смысле?

— В прямом. Мой свекор когда-то здесь отбывал повинность. Начудил по молодости сильно, вот отец его и отправил сюда на трудовое перевоспитание. Работать простым официантом устроил. Тогда отель принадлежал, кстати, другому хозяину.

— Ого, — присвистнула.

Мне трудно было представить, чем Андрей Александрович мог навлечь на себя гнев отца.

— О подробностях не спрашивай, сама не знаю. Но то, что Андрей работал в Эмпайре — факт. Потом женился и осел в городе вместе с женой. А когда Ковалевские перекупили отель, принял должность управляющего. Потом его место занял Кос, и вот теперь Димка приехал на трудовую стажировку. Вот такой круговорот наследников.

— Весело, — хмыкнула я, и тут же замерла, услышав дверной звонок.

— О, а вот и они, — Аня засияла и побежала встречать мужа, а я вздохнула поглубже, морально настраиваясь на тяжелый вечер.

Настроиться не успеваю. Дима появляется на кухне слишком быстро и буквально пригвождает к месту взглядом своих наглых серо-голубых глаз.