Любовь на поражение (СИ) - Ковалева Анна - Страница 40

— Да что ты ей такого наговорил, что Анюта решилась пойти на обман?

Да, я откровенно психовала. Меня всю буквально распирало. Только если на Диму я просто ужасно разозлилась, то на Аню всерьез обиделась.

Зачем она всё это провернула? Мы же с ней так хорошо общались.

Да, Аня не знает всех Диминых выходок, не знает, как он надо мной измывался, но незнание, как говорится, от ответственности не освобождает.

Мало того что она затащила меня обманом на яхту, так еще и оставила с Орловым наедине.

Разве нормально так поступать? Мы же с Димкой не влюбленные, которые поссорились из-за нелепости и которых нужно обязательно свести вместе, чтобы они всё выяснили и помирились.

— Сказал правду, Вик. Ту, что ты так упорно отказываешься признавать. Сказал, что ты мне очень нравишься, безумно нравишься. Что очень хочу устроить свидание, но ты отказываешься идти со мной. Вот и попросил подыграть.

А вот тут я не могла не заинтересоваться. Брови сами собой поползли вверх.

— И как ты ей объяснил, почему я не хочу никуда с тобой идти? Вряд ли всю правду рассказал?

— Ну, нет, конечно, — Дима вздохнул и нервно поерошил волосы. — Сказал просто, что ты на меня обижена, поэтому и отшиваешь так упорно. А я хочу получить шанс на исправление косяков. Обещал, что больше обижать тебя не буду. Наоборот, хочу загладить свою вину.

Вот оно как! И Анюту, значит, одурачил! Как у Орлова это получается, а?

Это что, сила ментального внушения такая? К которой только у меня выработалась перманентная устойчивость?

Не сумев справиться с раздражением, отворачиваюсь от Димы и начинаю рассматривать речную гладь и берега, проплывающие мимо.

Увы, прекрасного настроения как не бывало. Даже живописные окрестности в один миг перестали казаться такими уж красивыми.

Орлов сумел испортить всё одним лишь своим появлением. Гений, блин.

— Вик, ну, прости. Я и правда не видел другого выхода.

— Другой выход был — оставить меня в покое и отдохнуть перед полноценным рабочим днем.

С реки налетел порыв прохладного ветра, и я поежилась. А Орлов внезапно нахмурился.

— Вик, ты что до сих пор меня боишься?

— Не боюсь, а опасаюсь. — прошипела я, вздернув подбородок повыше. — И не доверяю. Потому что не знаю, чего от тебя ждать.

— Мля, — Дима судорожно вздыхает и похрустывает пальцами. — Я же сказал, то, что было в спальне, больше не повторится. Меня знатно тогда накрыло, не понимал, что творю. Мне и правда казалось, что тебе нравится.

— Мне не понравилось. — отрезала я. — Мне было страшно. И неприятно.

— А тогда, — Орлов напрягся и как-то нервно сглотнул. — После клуба? Тебе тоже было неприятно?

— Да. Тот поцелуй мне тоже не понравился. — щадить самолюбие этого говнюка не собираюсь. Поэтому говорю всё как есть. Может, отвалит побыстрее. Пойдет к той, которая будет принимать его с распростертыми объятиями. — Мне сравнить не с чем, правда, но всё равно не понравился.

Последнее, конечно, я зря ляпнула, потому что Дима аж подобрался весь. А в серо-голубых глазах заполыхало почти что адское пламя.

— В каком смысле не с чем сравнить?

Снова захотелось прикусить себе язык, да поздно было. Пришлось сделать каменное лицо и вывалить всю правду Орлову на голову.

Плевать. Пусть смеется оттого, что получил нецелованную дурочку.

— В прямом. Ты украл мой первый поцелуй! Ясно тебе? И я зла на тебя за это.

Уставилась в лицо этому нахалу с вызовом, готовясь отбивать ехидные подначки. Но ничего такого не было.

Дима не то что не начал смеяться. Он вообще замер и сидел на месте, как мешком пришибленный. Открыл было рот, но тут же снова закрыл. Словно дар речи потерял.

И хотела бы я сказать, что мне стало легче, но нет. Димин взгляд никак не давал расслабиться.

После моих слов он стал еще более темным, почти что хищным и очень уж собственническим.

Словно первый поцелуй автоматом давал ему права на всю меня.

— Совсем ни с кем? Ни взасос, ни просто так? — прохрипел задушено. Кажется, даже покачнулся на стуле.

Впрочем, это мне померещилось, наверное. Или яхта чуть накренилась вбок. Вот и получился такой эффект.

— Совсем. Ну, Толик не в счет. Так, мазнул губами, и всё.

Упоминание Толи Диме явно не понравилось. Очень сильно не понравилось. Зубы сразу заскрипели, и кадык судорожно задергался. Вместе с лицевым нервом на правой щеке.

Прелестно, блин. Припадков ревности от Орлова мне еще не хватало.

— Кто такой этот Толя?

— Тебя это не касается. Да и давно дело было, еще когда родители живы были.

Мы снова замолчали. Дима, видимо, пытался совладать с собой, а я смотрела на реку и прикидывала, как же мне быть.

Прогулка долгая, Аня с Костей заняты друг другом, а с яхты бежать уже поздно. Причаливать нигде мы не будем, как я поняла.

Орлов, засранец, всё просчитал. Отрезал мне все пути к отступлению.

— Дим, тебе это не надоело еще? Эти игры в «ты мне нравишься»? Неужели нечем себя развлечь?

— А я не играю, Вик. Всё это правда. Поверь, — тихий смешок, — я не привык за девушками бегать. Это внове для меня. Так что если бы ты мне не нравилась, сейчас бы я был в другом месте.

— Ничуть не сомневаюсь, что девушки на тебя сами запрыгнуть горазды. Обрати внимание, кстати, на вон тот столик. Та рыжуля на тебя уже слюнями изошла. Скоро всю палубу затопит.

— Да не нужны мне эти курицы, — Дима поморщился. — Я хочу здесь быть с тобой. А ты упорно не желаешь этого замечать. Я понимаю, тебе трудно забыть, что раньше я вел себя как козел, но я и правда хочу, чтобы теперь всё было по-другому. Хочу начать наши отношения заново.

— Знаешь, — я устало вздохнула, — а я бы лучше вернулась к прежнему формату отношений. Давай ты снова будешь называть меня приблудной кошкой, а я тебя игнорировать? Меня такое положение дел устроит.

— Да блять, Вика!!!! Что ты упрямая такая? Что мне сделать, чтобы ты шипы свои убрала? — взорвался парень.

— Просто отвали от меня! Насовсем! Больше мне от тебя ничего не надо!

На нас уже начали коситься другие пассажиры, и я окончательно психанула. Вскочила и пошла прочь от этого невыносимого гаденыша.

Как же он меня достал!

Жаль, что пространство было ограниченным, и Дима меня вскоре догнал. Я как раз подошла к лееру на противоположном борту.

— Вик!

— Уйди, а?

Попыталась снова сбежать, но, как назло, яхту качнуло, и я чуть не полетела носом вперед.

— Осторожнее, — Дима перехватил меня за талию и прижал спиной к своей груди. — Так и за борт свалиться недолго.

— Отпусти!

— Отпущу, как только успокоишься.

Так мы и стояли минут пять. Орлов держал крепко, и я буквально чувствовала себя куклой в его руках. Вырываться было бесполезно, фиг оттолкнешь эту груду мышц.

Ну вот и как тут можно успокоиться? Когда чувствуешь себя зверушкой, пойманной в капкан?

Когда каждый нерв звенит от напряжения?

Да еще и в памяти, как назло, всплыли кадры того вечера. Эти безумные поцелуи и наглые руки, трогающие то, что трогать не положено.

От этих воспоминаний по телу прокатилась дрожь, а щеки отчаянно заполыхали. Слишком остро стали восприниматься ладони Димы, лежащие на талии.

Очень близко от талии до груди, очень опасная позиция.

Скосив глаза, едва подавила стон отчаяния: соски настолько сильно напряглись, что стали отчетливо виднеться сквозь тонкую ткань.

Капец. Надеюсь, Дима вниз смотреть не будет. Иначе стыда не оберусь.

— Холодно? — бархатный голос над ухом заставил вздрогнуть.

— Нервно, — огрызнулась в ответ. — Отпусти. Обещаю, что в реку солдатиком сигать не буду.

— И убегать от меня тоже. Вик, ну правда. Хорош уже топорщить перышки. В ближайшие часов пять мы точно будем находиться бок о бок.

— Сколько-сколько часов?

— Пять. Это плюс-минус. Так зачем быть все это время быть на нервяке? Расслабься, Викуш… Я тебя не съем. Без твоего разрешения уж точно.