Любовь на поражение (СИ) - Ковалева Анна - Страница 9

— Иди сюда, беда ходячая, — не успела я опомниться, как Дима оказался рядом. Он подхватил меня на руки как пушинку и понес в гостиную.

А я настолько выпала в осадок, что даже о боли в ушибленной ноге забыла.

Чтобы Орлов меня на руках носил? Где это такое видано? А он не только отнес, но еще и на диване устроил.

— Ну и что ты рванула как на пожар? — хмыкнул, начав ощупывать пострадавшую щиколотку. А потом выдал вердикт. — Царапина легкая и ушиб, походу.

— Ты стал разбираться в медицине?

— Да так, — дернул плечом, — научился кое-чему. Например, приемам оказания первой помощи.

Ладонь парня между тем скользнула ниже, ощупала всю ступню целиком. В ответ на эти прикосновения пальчики на ноге невольно поджались, а вся кожа покрылась мурашками.

Да что ж такое-то?

— Тут у меня не болит, — проворчала я и подтянула ногу к себе, согнув в колене. — Только косточка.

— Ладно, — Дима почему-то вздохнул и встал. — Лёд есть в холодильнике? Хорошо бы приложить, чтобы не было отека и сильного синяка.

— Да, в верхнем ящике.

— Сейчас принесу.

Через минуту он принес пакет со льдом, и я приложила его к поврежденной ноге.

— И как только ты тут выживаешь одна? — пошутил Орлов, а меня вновь захлестнуло старыми обидами.

Не он ли выжил меня из своего дома? Старательно выживал, и эти его методы я никогда не забуду.

Чего стоила змея, которую он мне в постель подкинул.

Правда, змея по факту оказалась обычным безвредным ужом, но в темноте спальни этого я различить не смогла и перепугалась до смерти.

А потом еще неделю заикалась, боялась каждого шороха и спала только днем.

И сейчас он шуточки смеет отпускать на эту тему.

— Вообще-то, — цежу ядовито, — я с семнадцати лет живу одна. И что-то раньше тебя это не волновало. Наоборот, ты очень качественно посодействовал моему переезду.

Дима мгновенно мрачнеет. Сразу сводит брови к переносице, стискивает челюсти и натужно вздыхает.

Ну а что? Я ему, между прочим, чистую правду сказала. Всё как было на самом деле.

— Зайчон, слушай…

— У меня имя есть!

— Ладно, Вик, прости меня за те выходки. Я вел себя как мудак, признаю. Мне правда жаль, что тебе пришлось уехать из-за меня.

На пару минут в комнате становится тихо. Только часы мерно тикают на стене. Дима пристально смотрит на меня, а я на него.

Если бы я его так хорошо не знала, то подумала бы, что и правда раскаивается. Даже простила бы.

Только вот не верю я Диме. Хоть убейся — не верю.

Все его поведение кажется мне подозрительным.

— И что же заставило тебя поменять отношение, м? Неужели армия сотворила чудо? — решив, что уже достаточно, бросаю пакет со льдом на столик и спускаю ноги на пол. — И да, я так и не поняла, зачем ты вчера ко мне приехал?

— А ты не догадываешься? — следует гениальный ответ.

— Я не умею читать мысли, к сожалению.

— Ладно, давай тогда скажу прямо.

Дима внезапно придвигается ко мне вплотную. Обхватывает лицо руками и смотрит прямо в глаза:

— Ты мне нравишься, Вика. Очень сильно нравишься. Как девушка. Давно нравишься, просто я этого не осознавал.

На несколько минут я застываю, не в силах поверить в услышанное. А потом резко сбрасываю с себя его руки и начинаю хохотать.

До слез в глазах хохочу, а Димка почему-то становится все более хмурым. Кажется, не такой реакции он от меня ждал.

— Очень смешно, Дим.

— Смешно тебе, — рычит. — А вот мне совсем несмешно, мля.

И не успеваю даже пискнуть, как Дима притягивает меня к себе. Плотно фиксирует голову и буквально поедает безумным взглядом.

— Ты мне весь этот год ночами снилась, понимаешь? Чуть с ума не свела! Это был лютый пиздец, Вик. Я же представлял ночами, что с тобой сделаю, когда вернусь…

Горячие губы внезапно касаются чувствительной кожи шеи, и я вздрагиваю…

Перед глазами встает череда картинок на тему того, Орлов «хотел бы со мной сделать», и мне становится плохо…

Кажется, зря родители в армию его отправили. Надо было сразу в дурку…

Глава 10 Я знаю, какой он на самом деле

— Отпусти, придурок! — со всей силы отпихнув Диму, я вырвалась и отскочила в сторону. — Ты что творишь? Совсем чердак потек?

Приступ паники схлынул довольно быстро, и мозги начали соображать нормально. Я припомнила события вчерашнего вечера и то, что произошло утром.

И, кажется, поняла, что происходит.

Орлов действительно сменил тактику. Вместо открытого противостояния решил издеваться надо мной вот таким способом.

Зажимать по углам, делать пошлые намеки, изображать мужской интерес? А потом что?

Чего Дима хочет добиться? Чтобы я поверила, размякла и дала ему повод наслаждаться моей доверчивостью?

Хочет превратить меня во влюбленную дурочку и глумиться над этим?

Или ему хочется посмотреть на то, как я буду пугаться и шарахаться от него? От этого он тащится?

Да, дура я набитая! Чувствовала же подсознательно подвох, но позволила себя заморочить.

Расслабилась, блин.

Решила, что и правда армия Диме на пользу пошла.

Ага, какой там. Горбатого только могила исправит. Как был сволочью, так и остался. Страшно даже подумать, что он в армии делал.

Надеюсь, не покалечил там никого.

— Вик, ты испугалась, что ли? — Орлов поднялся с места, а я отступила. Встала так, чтобы нас разделял письменный стол.

— Не подходи ко мне! Не приближайся!

— Вик, черт, — парень на минуту застыл, будто оценивал ситуацию, а затем выругался и примирительно вытянул вперед ладони. — Я не хотел тебя пугать. Ты меня не так поняла.

— Да, Дим, я тебя совсем не понимаю, — я нервно провела ладонью по лицу и откинула назад нахально лезущие в глаза пряди волос. — У тебя есть всё, о чем можно мечтать в этой жизни. Любящая семья, деньги, развлечения всех видов, почти неограниченные возможности. Так почему ты развлекаешься за мой счет, а? Я давно уехала из твоего дома, но ты всё равно до меня докапываешься. Я что, настолько тебе жить мешаю, что ты прямиком из казармы ко мне заявился? Решил, что хватит с меня спокойной жизни, пора снова по нервяку жить? Даже пару дней выждать не мог, так не терпелось начать измываться?

— Вик, да ёрш твою медь, — в голосе Орлова послышалось рычание. — Ты меня слушала вообще? Я прямым текстом сказал, что капец как сильно запал на тебя. Ты мне нравишься, понятно? Торкает меня от тебя…

— Ну да, — кивнула, — я поняла, что нравлюсь тебе как объект издевок. Нашел удобную игрушку? Девочку для битья?

—ААА, — Дима заорал во всю глотку и со всей дури долбанул ногой о журнальный столик.

Я нервно вздрогнула, а потом схватила телефон и открыла книгу контактов.

Всё, с меня хватит! Пора уже незваному визитеру делать ноги отсюда. И если не хочет сам, ему помогут уйти.

— Дим, уходи. Собирай свои вещи и проваливай. И не приходи сюда больше. Я не хочу тебя видеть в своей квартире.

— Вик, не заводись. Я понимаю, что накуролесил в прошлом, но сейчас всё по-другому. Я не собираюсь тебя обижать. А те слова ты и правда не так поняла. Это была не угроза. Я просто пытался сказать, что пиздец как тебя хочу…

— Угу, с ума ты меня свести хочешь!

— Зай, ты чего такая трудная, а? — глаза Димы буквально заполыхали. — Зачем всё передергиваешь?

— Дима, просто уйди, а? По-хорошему прошу. И давай забудем обо всем, что было. Иначе я позвоню твоей матери и скажу, что ты взялся за старое. И нет, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы с предками. Но ты не оставляешь мне выбора. Я сейчас и правда Лилии Александровне позвоню. Не доводи до этого.

Дима еще с минуту смотрит на меня абсолютно диким взглядом, а потом отворачивается.

Опускает голову вниз, шумно сглатывает, как будто борется сам с собой. Снова выпускает пар на ножке моего несчастного столика.

— Ладно, сейчас уйду. Дай пять минут.

О боги! Неужели! Я выдыхаю с облегчением, пока Димка собирает свои вещи и одевается.