Поцелуй Льда (ЛП) - Пеннза Эми - Страница 3

По залу пронёсся вздох удивления.

‒ Я имею в виду, мой безопасный проход, ‒ сказала я, отступая от сценария. ‒ Я единственная, кто проходит, так что проход за мной. Помощь в искоренении последователей Мулло ‒ это коллективная работа.

Тёмные брови Найла сошлись на переносице.

‒ Зачем тебе нужно идти к Оракулу? Ты ищешь у него совета?

‒ Не совсем.

Он нахмурил брови.

‒ Тогда зачем вообще идти?

Слова застряли у меня в горле. На меня устремились десятки пар глаз.

Надо было прочитать книгу о публичных выступлениях перед отъездом.

‒ Я, эм, должна поймать Северный ветер.

Более одного дракона в Большом зале затаили дыхание.

Выражение лица Найла сменилось с враждебного на недоверчивое.

‒ Ты собираешься запечатлеть Северный ветер?

Мои щёки вспыхнули.

‒ Мне это нужно совсем ненадолго, ‒ пожалуйста, не спрашивай, зачем мне это нужно.

‒ Зачем тебе это нужно? ‒ спросил Найл.

Жар распространился по моему затылку, когда знакомое смущение затопило меня.

‒ Я не могу взять на себя руководство своим домом, пока не докажу, что могу контролировать свою стихию.

‒ И ты предлагаешь сделать это с Северным ветром? Разумным элементом и одним из самых изменчивых и темпераментных течений в мире?

‒ Вот задание, которое поставили передо мной старейшины.

Вот мудаки.

Возможно, это было моё воображение, но взгляд Найла, казалось, смягчился.

‒ Северный ветер ‒ важная часть глобальной климатической системы, девочка. Люди могут заметить, если ты возьмёшь его.

‒ Я верну его обратно, когда закончу с ним.

Кормак усмехнулся.

Найл посмотрел на него.

‒ Ты знал об этом?

Король ласково посмотрел на свою пару.

‒ Ты вряд ли стесняешься своей ненависти к ведьмам, Найл. Старейшины Дома Блэквудов в своей мудрости направили мне просьбу об аудиенции. Я счёл разумным удовлетворить её.

‒ Ты это серьёзно? ‒ потребовал Найл. Казалось, он понял, что только что бросил вызов Кормаку перед аудиторией, потому что быстро оглядел зал, прежде чем смягчить свой тон. ‒ Исторически сложилось так, что вы тоже не очень-то ладили с ведьмами, милорд.

Кормак повернулся к Изольде и взял её за руку. Он поднёс её к губам, прежде чем повернуться к Найлу и одарить его ленивой улыбкой.

‒ Да, мой дорогой, это правда. Но я стараюсь учиться на своих ошибках. И я не испытываю ненависти ко всем ведьмам, ‒ его голос стал тише. ‒ Если ты помнишь, ты мне всегда особенно нравился.

Что-то горячее и неосязаемое возникло между двумя мужчинами. Изольда смотрела на это, приоткрыв рот, а Кормак продолжал скользить губами по костяшкам её пальцев, не сводя глаз с Найла.

Моё сердце забилось быстрее. Воздух между ними троими сгустился, чего не заметила бы обычный человек. Но я знала воздух. Он был более разнообразным и сложным, чем представлялось большинству людей. В нём передавалось множество эмоций. В нём могли остаться сильные воспоминания. Страсть могла сделать его электрическим.

Как сейчас. Похоть потрескивала в неуловимых потоках, проходящих через просторную старинную комнату.

Драконы полиаморные. Это было первое, что узнали юные ведьмы, когда мы изучали других бессмертных из числа Перворожденных рас. Меня учили, что драконы были одержимы своими парами ‒ обоими своими парами. Но я никогда по-настоящему не понимала этого до сих пор.

Каково это ‒ принадлежать двум людям? Ведьмы редко выходят замуж по любви. Моя мать всегда утверждала, что мы слишком много возимся с зельями и заклинаниями, чтобы судьба подарила нам идеальную пару.

Не было никаких сомнений в том, что Найл, Кормак и Изольда идеально подходят друг другу. Королева смотрела на мужчин с любовью, сияющей в её глазах. Её губы изогнулись в улыбке, когда Кормак поднял руку Найла и поцеловал костяшки пальцев своей пары. В тёмных глазах Найла вспыхнул огонь, выражение его лица потеплело.

После долгой паузы Кормак перевёл взгляд на меня.

‒ Оракул Северного Ветра охраняется ледяным драконом. Его зовут Грэм Абернати, а его крепость называется Белые Врата, что звучит довольно приятно, пока ты не осознаешь, что она покрыта слоем зачарованного инея, который съедает непрошеных гостей. Ты знаешь, как опасно приближаться к ледяному дракону? ‒ лёгкое, расслабленное выражение, которое было на его лице в прихожей, исчезло, сменившись острой, как бритва, напряжённостью и силой, которые заискрились на моей коже. ‒ И прежде чем ты ответишь, девочка, тебе следует знать, что Братство Ледяных драконов ни перед кем не отчитывается, даже передо мной. Они бесчувственные существа, неспособные на сострадание. Абернати не станет сочувствовать тебе. Не потому, что он жесток, а потому, что он вообще ничего не способен чувствовать.

У меня внутри всё перевернулось.

‒ Да, ‒ промолвила я, и мой голос прозвучал хрипло во внезапно затихшем зале. ‒ Я знаю об этом.

Старейшины поставили передо мной самую сложную задачу, какую только могли придумать. Они сделали это нарочно, потому что не хотели, чтобы я преуспела. Они считали, что я слишком слаба, чтобы руководить своим домом. Последние слова отца невольно всплыли у меня в голове.

Надвигается тёмный ветер, Джорджи. Только ты можешь обуздать его.

Он умер прежде, чем я успела спросить, что он имел в виду. Но предсмертные слова обладали особой магией. Только глупцы не обращали на них внимания. Если мне суждено сразиться с тьмой, мне нужна была поддержка всего моего дома.

Я вздёрнула подбородок.

‒ Мой отец возглавлял дом Блэквудов пятьсот лет. Его трон принадлежит мне по праву рождения и является моей судьбой. Мне не нужно сочувствие ледяного дракона. Мне просто нужно, чтобы он не путался у меня под ногами.

В глазах Кормака промелькнуло что-то, что могло быть уважением.

‒ Говоришь, как дочь Рамсина Блэквуда.

‒ Я только надеюсь, что смогу оправдать его имя, сэр.

Дверь рядом с камином открылась, и в зал вошёл высокий, широкоплечий мужчина с тёмными волосами. Он смотрел в смартфон и говорил рассеянным тоном.

‒ Хлоя только что прислала новые фотографии, Изольда, ‒ он поднял голову и замер, когда его взгляд упал на меня. Его зелёные глаза расширились. ‒ О... ‒ он бросил взгляд на Кормака и прочистил горло. ‒ Прошу прощения, ваше величество, я не знал, что у нас гости.

‒ Новые фотографии? ‒ спросила Изольда, и её голос сорвался на визг. Она вскочила на ноги и практически перелетела с помоста на сторону темноволосого дракона. ‒ Дай-ка я посмотрю, дай-ка я посмотрю! ‒ она выхватила телефон из его рук и уставилась на экран, её блестящие чёрные локоны рассыпались по плечам. ‒ О, боги, он такой милый.

Дракон прижал руку к груди и посмотрел на неё с притворным ужасом.

‒ Чуть не оторвала мне руку.

‒ Тихо, ‒ пробормотала она, проводя пальцем по экрану. ‒ Я смотрю на очаровательного дракончика.

‒ Да, он храбрый парень, ‒ произнёс темноволосый мужчина, и его красивое лицо расплылось в улыбке, так похожей на улыбку королевы, что я понял, что это не кто иной, как Брэм МакГрегор, её брат-близнец. Их разлучили при рождении демон-лекарь, который похитил Изольду, чтобы продлить свою жизнь, выпив её кровь. Найл почуял её присутствие в мире демонов и спас её, что привело к раскрытию двуличия Мулло и его окончательной смерти.

На помосте Найл и Кормак с нежностью наблюдали за Изольдой и Брэмом. Остальные драконы в Зале расслабились, на их лицах было одинаковое выражение. Подул лёгкий ветерок, и волны любви и привязанности закружились в потоке. И это было неудивительно, если драконы обрадовались появлению нового ребёнка. Теперь, когда проклятие было снято, возможно, у одной из триад родится дочь. Любая женщина, рождённая от драконов, скорее всего, будет избалована сверх всякой меры.

Конечно, когда она достигнет совершеннолетия, её также будут окружать поклонники. Её будет ждать не одна, а две пары.

У меня по спине побежали мурашки, когда я оглядела Зал, останавливая взгляд на каждом воине. Многие женщины были бы в восторге от того, что двое крепких, властных мужчин будут соперничать за её внимание. Но драконы, как известно, безжалостны к своим парам. Как только они находят свою истинную, ничто, кроме смерти, не сможет помешать им заявить на неё права.