Драконья няня (СИ) - Фирст Наталья - Страница 41

Мужчины молча смотрели на мои метания. Лотар — с жалостью, граф — с испугом. Я чуть успокоилась, вернулась на место и жестом велела любимому продолжать. Задавать вопросы сейчас было выше моих сил.

Дракон не споря спросил:

— Как Джулиана попала в вашу семью. Я хочу знать все до мельчайших подробностей.

Лорд Ардуэй недовольно поморщился, бросил просящий взгляд на бутыль, не дождавшись реакции, вскочил сам и наполнил себе бокал до краев. А после выпил одним глотком. Мы ему не мешали.

Граф на миг замер, восхищенно крякнул, подлил еще, но сразу пить не стал.

— Для того, чтобы вы меня поняли, лорд Лотар, придется чуть отступить в прошлое.

— Сколь угодно глубоко, любезный граф, отступайте хоть до момента сотворения мира.

Выпитое подействовало на отца удивительно умиротворяюще. Он откинулся на спинку и покровительственно улыбнулся.

— Что вы, дорогой зятек, так далеко не нужно. Я хочу вам рассказать о своем браке с леди Ардуэй.

Он вновь потянулся к бокалу, но раздумал на полпути и убрал руку.

— Дело в том, что мой род практически разорен. Договоренность о браке Джулианы с Гордоном Брейтом, отнюдь, не первая попытка исправить положение. Моя будущая супруга тоже не имела титула. У нее были другие достоинства.

— Деньги? — спросила я, хоть это и так было понятно.

Отец подтвердил с довольной улыбкой:

— Много денег. За ней давали огромное приданое. Я не мог упустить такой шанс.

Лотар нахмурился:

— Я рад за вас, но причем здесь Джулиана.

— Не спешите, молодой человек. Дослушайте до конца.

Сказано это было так, что я заранее решила — мне правда не понравится.

— Так вот, — продолжил граф. Если вы знаете наши законы, то должны помнить — приданое остается собственностью жены и ее рода. Если Небеса окажутся немилостивы, и супруга скончается, на оставив потомства, все деньги необходимо вернуть. Все!

Последнее слово «отец» выделил особо, потом замолк, выбил пальцами дробь по поверхности стола.

— И? — подтолкнул его Лотар.

— И, — повторил тот горько. — Случилось непредвиденное. Сусанна не повезло — роды случились крайне тяжелые. Сначала умерла она сама, а через сутки и новорожденная девочка. Благо, в тот момент мы были не дома. За месяц до родов я уговорил ее отправиться на воды. Дескать, горный климат полезен для здоровья! — он неожиданно зло усмехнулся. — Как в воду глядел.

— Очень предусмотрительно с вашей стороны.

Голос Лотара исполнился сарказмом, но граф принял его слова за похвалу.

— Что делать, мой мальчик. Жизнь учит просчитывать все на шаг вперед.

— И как вы вышли из этой ситуации?

— Легко! — в этом слове уже прозвучало неприкрытое бахвальство. Лорд Ардуэй буквально лучился довольством. — Пришлось обратиться в ближайший приют. Там, как по заказу, нашлась здоровенькая новорожденная девочка. Такая же беленькая, как и Сусанна.

— И вам ее отдали? — удивился Лотар.

— Деньги, мой дорогой, — отец для наглядности потер большой палец об указательный. — Деньги решают все! Я не стал скупиться.

Дракон обескураженно крякнул, чем вызвал новый поток словоизвержения.

— Я сообщил тестю о смерти супруги. А после вернулся назад с ребенком.

Граф победно замолк, выждал миг и вопросил патетически:

— Вот и скажите мне, разве я был не прав? Кому от моей лжи стало хуже? Джулиана получила семью. Я — капитал. Всем было хорошо.

Я с любопытством глянула на браслет. Слова «отца» показались мне настоящим кощунством. Но мерило правды не проснулось. Граф считал свои слова абсолютной истиной. Удивительно, но он не врал.

И тогда мне захотелось сказать ему гадость.

— Интересно, — я не смогла скрыть язвительности в голосе, — куда же подевались деньги леди Ардуэй? Я так понимаю, сумма была немаленькой?

Отец состроил кислое лицо, но солгать не рискнул. Вместо этого ответил витиевато:

— Милая моя доченька, дух человеческий, к сожалению, несовершенен.

Лотар откровенно хохотнул:

— Я могу тебе ответить на этот вопрос. Дело в том, Джулиана, что граф у нас — игрок. Он сначала промотал капиталы своего рода, а потом и приданое жены. Он и тебя вместе с титулом проиграл…

— Проиграл? — я поняла, что сил не осталось даже на удивление.

— В покер, — договорил Лотар. — Поэтому так и стремился довести твое замужество до конца.

— Да как вы смеете! — возмущенно вскинулся «отец».

Дракон прищурил глаза и многозначительно кивнул на браслет.

— Милый граф, попробуйте сказать, что это ложь. Ну же! Давайте!

Лорд Ардуэй замолк на полуслове и уселся на место.

— То-то же, — припечатал Лотар, — если уж говорить правду, то до конца.

Мне стало тошно. Чем дольше длилась странная исповедь, тем отчетливее я осознавала, что для этого человека, который всю жизнь представлялся моим отцом, я так и не стала дочерью. Он не испытывал ко мне никаких чувств. Для него я была всего лишь красивым товаром. И мне от этого стало горько. Вся жизнь, все надежды, все слова оказались обманом. В моем детстве было так мало хорошего! Разве что только учеба в академии…

Я горячо проговорила:

— Папа, объясни мне, а для чего ты отправил меня учиться? Если уж тебе было на меня наплевать, мог бы запереть дома до лучших времен! Зачем тебе это было нужно?

Граф Ардуэй возмущенно вскинулся:

— Как ты не понимаешь, Джулиана, я заботился о твоем будущем!

Не успели затихнуть последние слова этой пламенной тирады, как драконьи глаза не браслете полыхнули алым, а челюсти начали смыкаться, вонзаясь кожу.

Граф замер на миг и сразу заверещал:

— Снимите с меня это! Вы не имеете право!

— Смотри, Джулиана, — голос Лотара исполнился арктической стужей, — он все-таки солгал.

— Вижу.

Я вдруг почувствовала дикую усталость и поняла, что не испытываю к старику никаких чувств. Любовь к отцу исчезла без следа, а ее место в моей душе не заняла ни обида, ни ненависть. Внутри осталось лишь стылое, пустое равнодушие.

— Граф Ардуэй, — сказала я совершенно спокойно, — вы уже столько рассказали, нет смысла лгать по мелочам. Возможно, вы еще не поняли, что умеет этот артефакт. Тогда я вам объясню. Если вы еще хоть раз соврете, челюсти сожмутся сильнее. Сначала клыки проткнут вашу кожу, потом разорвут мышцы и сломают кости. А если вы и тогда не прекратите лгать — вовсе останетесь без руки.

— Вы не посмеете! — выкрикнул было этот жалкий человечишко, но сразу замолк, наткнувшись на ледяной взгляд дракона.

— Итак, — я неожиданно для себя усмехнулась, — зачем ты отдал меня в академию?

Граф Ардуэй уселся прямо, отставил руку с браслетом подальше.

— Я не обязан отвечать! — сказал он и зло сжал губы.

— Жаль, — соврала я, — значит, ты на всю жизнь останешься с этой штукой на запястье. Мерило правды невозможно снять, пока не окончен допрос.

«Отец» передернулся и глянул на меня почти с ненавистью. Я едва не шарахнулась назад, так страшен был его взгляд. А после посыпались проклятия:

— Твари крылатые, исчадия бездны! Да чтоб вы все сдохли, сволочи!

Я выслушала его до конца и повторила вопрос:

— Зачем?

— Чего заладила, дура? Неужели самой не понятно? Маги неплохо зарабатывают. Я же не знал, что мне подвернется этот надутый индюк Гордон Брейт. Этот помешанный на титулах болван. Если бы не удалось сбыть тебя с рук, я бы отправил тебя работать. Меня заверили, что у тебя редкий дар. Я надеялся, что ты заработаешь денег и погасишь мои долги! Не зря же ты все эти годы ела мой хлеб?

Он на миг замолк, а потом почти выплюнул:

— Поняла, доченька?

Глаза дракона погасли, и капкан ослабил хватку, подтверждая, что все сказанное — правда.

Граф Ардуэй облегченно выдохнул и потер запястье.

— Это все? — спросил он. — Или вы хотите узнать что-то еще?

Лотар сделал мне знак молчать и вступил сам:

— При ребенке были какие-то вещи?

«Отец» бросил на браслет испепеляющий взгляд и лгать не рискнул. Поэтому мы услышали правдивое: