Бездушный Хеллион (ЛП) - Кинг Джоди - Страница 71

— Кроме того, ты кончаешь в десять раз сильнее, когда балансируешь на грани смерти. Твоя киска сжимает меня крепче. Вот почему я испытываю тебя на пределе возможностей.

Она глубоко вдыхает, на ее губах появляется легкая ухмылка. 

— Я заметила, — выдыхает она. — Означает ли это, что ты собираешься убить меня, черт возьми?

Мои брови хмурятся, губы кривятся. 

— Нет. Я бы никогда на самом деле не стал этого делать, потому что одноразовая связь не стоит того, чтобы я больше никогда не видел тебя. Это просто больная гребаная фантазия, которая время от времени приходит мне в голову. — Я мягко убираю прядь ее волос с лица кончиками пальцев. — Тебе не нужно беспокоиться, моя Маленькая Куколка. Никто, даже я, не убью тебя. — Ее глаза с любопытством скользят по моим чертам лица, прежде чем она слегка кивает.

— Мадам вчера вечером кое-что сказала мне о наших родителях, — признаюсь я, и ее голова склоняется набок. 

— Наших родителях? Что?

Я слегка киваю. 

— Ты знала, что у твоей мамы был роман с моим отцом?

Ее глаза расширяются, рот приоткрывается, затем она качает головой. 

— Нет, этого не может быть...

— Так и есть, Нуар, — твердо заявляю я. — Мадам не стала бы лгать. Она предана мне, а теперь и тебе.

Ее глаза расширяются, пока она молчит, осознавая происходящее. 

— Вот почему он сделал это со мной. Теперь его слова обретают смысл, — шепчет она.

Я провожу ладонями по ее спине, когда она отводит взгляд в сторону, размышляя. 

— Похоже, он тоже хочет отомстить мне. Вот почему ты здесь. 

Ее глаза в замешательстве встречаются с моими, и я продолжаю:

— Он нанял Вялого Члена. Он всегда знал, где ты была. Должно быть, он пообещал ему что-то взамен. Возможно, его свободу.

В ее голубых глазах видна боль, когда она просто молча смотрит на меня. 

— Он играл в игры. Надеялся, что мы с тобой влюбимся друг в друга, как это сделали наши родители, а потом он ожидал, что я убью тебя.

Она шмыгает носом, прежде чем опустить голову. 

— Илай настоял на том, чтобы мы пришли сюда. Меня не удивляет, что Киро толкнул меня в объятия педофила. Вот как работает его ебанутый разум. — Она поднимает на меня глаза и продолжает: — Но я рада, что он это сделал.

Я поднимаю подбородок, замечая, что она меняет негатив на позитив. Она кладет руки на мою татуированную шею. 

— Худшее, что он мог когда-либо сделать, это позволить мне встретиться с тобой, Хелл. И что бы ни случилось, это не то, о чем я когда-нибудь пожалею, — шепчет она мне в губы, пристально глядя в глаза. — Ты, Цирк и все, что между этим, делало и будет продолжать делать меня сильнее.

Я без предупреждения хватаю ее за затылок, собираясь поцеловать за то, что она такая чертовски смелая, когда внезапно дверь распахивается. Мы оба смотрим в ту сторону, Куколка прижимается ко мне всем телом, чтобы прикрыться, в то время как Раф стоит там, безучастно переводя взгляд, между нами, обоими. Я нажимаю ладонью на ягодицу Нуар, притягивая ее ближе.

— Раф, клянусь трахом, если ты продолжишь быть таким грубияном, блядь...

 Я кричу с яростью.

Он молча машет головой, прежде чем развернуться и уйти. Я скриплю зубами, когда наши с Куколкой взгляды встречаются.

— Не беспокойся о нем. Он повидал больше пизды и сисек, чем ему хватит на всю гребаную жизнь, сатириазис. — Я усмехаюсь.

Она слегка улыбается мне, прежде чем слезть с меня, но я хватаю ее за волосы, наклоняя ее голову набок. 

— Хорошие манеры, моя Маленькая Куколка. Убери беспорядок, который ты устроила. Вылижи меня дочиста, блядь.

Она улыбается, прежде чем наклониться, и я собираю ее волосы в тугой хвост, пока она ласкает меня ртом и языком, облизывая мой член и яйца, пока не остается ничего, кроме ее слюны. Когда она засовывает мой полутвердый член себе в глотку, я дергаю ее за волосы назад, опуская на кровать рядом с собой. Когда я наклоняюсь над ней, опираясь на локоть, я агрессивно раздвигаю ее бедра рукой, прежде чем быстро шлепнуть ее по киске. Она пищит, извиваясь подо мной, пока я не растираю ее получше и не прикасаюсь губами к ее губам. 

— Жадная маленькая Куколка, — выдавливаю я.

Как только мои пальцы покрываются нашей спермой, я с силой запихиваю их ей в рот, надавливая на ее язык. Как только ее губы достаточно приоткрываются, я резко плюю в ее распутное горло, затем убираю пальцы. 

— Не волнуйся, Нуар. Если ты голодна, я буду кормить тебя членом всю ночь напролет.

Я хватаю ее за лицо, крепко прижимаюсь губами к ее губам, и когда мы расстаемся, я вижу веселье в ее глазах. Я скатываюсь с кровати, натягивая штаны на ноги. Как только я готов, я бросаю на нее последний взгляд, убеждаясь, что она все еще там, где я ее оставил, затем выхожу за дверь.

Когда я спускаюсь вниз, я вижу, что Раф сидит, и он кладет свой телефон на край стола. Я смотрю на него и вижу Киро на другом конце провода. С раздражением я хватаю телефон со стола, прижимая его к уху.

— Что?

— Ты все еще не привел ее ко мне, Хелл, — говорит он почти взволнованным голосом.

— И что? — Я отвечаю спокойно.

— И ты, блядь, должен был это сделать.

Я усмехаюсь. 

— Пошел ты, Киро. Ты правда не можешь быть настолько тупым мудаком? — Он молчит, но я чувствую, как в телефоне нарастает его разочарование. — Ты был достаточно глуп, чтобы толкнуть ее в мои объятия ради мести, и теперь ты сталкиваешься с гребаными последствиями. Харли моя, и единственный раз, когда она снова будет рядом с тобой, это когда она помочится на твою гребаную могилу.

— У тебя нет выбора, кроме как привести ее ко мне. Ты...

— Я, блядь, кто, ублюдок? Член "Теней"? Я на тебя не работаю и никогда не работал.

— И все же она убила моего гребаного сына, Хелл. Ты знаешь, что она мертва в любом случае, и если ты не подчинишься, ты тоже мертв.

Я откидываю голову назад. 

— Кто это говорит? Ты мой гребаный босс? — Он молчит, когда я продолжаю. — Думаешь, годы издевательств над той бедной невинной девочкой и её, блять, заточение от всего мира - это то, что они в расчёт не примут?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. Она гребаная лгунья, как и ее мать-шлюха, — огрызается он в ответ.

Я поднимаю подбородок, моя челюсть напрягается, теперь я знаю больше, чем когда-либо, что это сделал он. 

— Я знаю все, Киро. Я знаю, что мой отец трахал твою жену, и если он был хоть немного похож на меня, то, без сомнения, он хорошо ее трахнул.

Я слышу шорох в трубке, как будто он сжимает ее слишком сильно, и ухмыляюсь, прежде чем мое лицо вытягивается. 

— Ты мерзкий, старый, мстительный гребаный ублюдок, и я собираюсь жестоко убить тебя. Я собираюсь оторвать эту уродливую гребаную голову с твоих плеч голыми руками, — зловеще обещаю я.

— Да, и что тебя останавливает?

Я ухмыляюсь, злая усмешка расползается по моим губам. 

— Абсолютно ничего. Увидимся очень скоро.

— Не беспокойся, я приду за ней. Она моя, — сердито кричит он, и от этого у меня закипает кровь.

— Твоя? — Я хихикаю.

— Ты выбираешь лгунью вместо своей семьи? Вместо Кая?

Я закатываю глаза. 

— Выплачь мне чертову реку слез. Но если тебе нужно утешение, то да, я готов. Тебя нужно усыпить, Киро, как и твоего сына. Твой план только что провалился, ты маленький глупец, что отдал ее мне, потому что теперь на этой чертовой земле нет абсолютно ничего и никого, кто мог бы отнять ее у меня.

Я вешаю трубку, прежде чем передать трубку Рафу. 

— Попроси Соула позвонить им и организовать для меня поездку туда.

ГЛАВА 32

Прошло несколько дней с тех пор, как все открылось, и, несмотря на беспорядок, я чувствую, как тяжесть свалилась с моих плеч. Черт возьми, знание правды значительно успокоило мой шумный разум. Мои лекарства, кажется, действуют, и я чувствую себя спокойнее. И все же, несмотря на все заверения, которые дает мне Хелл, и апатию от таблеток, сохраняется ноющее чувство, что впереди еще так много всего. Чувство вины гложет меня, заставляя чувствовать себя ответственной за весь этот хаос.