Запретная невеста змеев (СИ) - Бэк Татьяна - Страница 28

— Стой на месте и не шевелись! — коротко приказал наг и медленно двинулся вперёд, продолжая осматривать каждый сантиметр, заглядывать за каждый камень.

Тревожный гул раздался вновь, и я зажала рот ладонью, чтобы не закричать опять. Адриан буквально взмыл в воздух, оттолкнувшись хвостом и совершая головокружительный кульбит. Это и спасло его в тот момент, когда пол под ним вдруг разъехался в разные стороны, открывая зияющий провал. Так вот куда делся Кассис.

Я бросилась вперёд, теряя контроль, но Адриан успел подхватить меня, прижимая к себе крепко. Мне хотелось вырваться, мчаться туда, где пропал чернохвостый, поэтому принялась кричать, царапаться, умолять отпустить, но лазурный был непреклонен. Наверное, проще сдвинуть гору, чем заставить его разжать объятия.

— Шаи, мне нужно, чтобы ты успокоилась, только так сможем помочь Кассису. Но я должен быть уверен, что ты не сделаешь глупостей! — размеренно произнёс он, словно общаясь с раскапризничавшимся ребёнком.

Истерика отступила, — теперь мне стало стыдно за своё поведение, ведь всегда считала себя уравновешенной и даже стрессоустойчивой. Но та улыбка чернохвостого, с которой он обернулся… она не давала покоя.

— Это я виновата. Из-за меня мы отправились коротким путём, хотя Кассис говорил, что это опасно… — всхлипнула горько.

— Не вздумай себя винить! А теперь ты останешься на этом месте и не будешь шевелиться до тех пор, пока не разрешу!

Голос мужчины звучал так уверенно и безапелляционно, что даже не стала спорить. Адриан отпустил меня, окинув внимательным взглядом, словно ожидал от меня очередного фортеля.

— Обещаю, что не двинусь с места! Только спаси его, умоляю!

В янтарных глазах нага мелькнула такая глубокая острая боль, что сердце тревожно сжалось. Неужели он уверен, что Кассис погиб?

Глава 46

Кассис

Даже не знаю, каким чудом мне удалось извернуться в последний момент и не упасть на острые колья, воткнутые на дне ловушки. А ведь я был уверен, что почувствую любую опасность и западню в родных землях. Возможно, я был излишне самонадеян, и именно это привело к такому итогу.

Мне пришлось напрячь тело, чтобы избежать падения на колья, и, кажется, повредил руку, когда старался упереться в стены и остановиться. Но даже без травм мне не удалось бы подняться, ведь стены ловушки были абсолютно гладкими, без малейших уступов.

Хорошо, что я провалился один, и не увлёк за собой спутников. Оставалось надеяться, что Адриан и Шаи продолжат путь и не станут принимать попытки к моему спасению, ведь это может быть смертельно опасно.

Я попробовал вспомнить, что именно произошло, перед тем, как оказался в ловушке. Кажется, надавил на один из камней, которыми был усеян пол. Это и активизировало какой-то хитрый механизм, оправив меня в эту проклятую яму.

Приподнявшись на хвосте, попробовал вцепиться в небольшую трещину, но тут же сорвался, сдирая ногти до крови. Но это меня не остановило. Необходимо пытаться до последнего, ведь я нужен маленькой человечке. Я поклялся ей всегда быть рядом и никогда не отступлю. Ещё один отчаянный прыжок — и вновь неудача. И снова, срываясь раз за разом.

Внезапно уже знакомый гул раздался опять, стены ловушки задрожали, и я увидел, как камни наверху раздвигаются с трудом, будто нехотя. Что происходит? Я же сказал Адриану не пытаться спасать меня, ведь важнее всего безопасность Шаи. Кто-то должен остаться с ней и продолжать поддерживать и помогать в её нелёгком начинании.

— Не лезьте сюда! — заорал изо всех сил, вздрагивая от раскатистого эха.

Лаз вновь закрылся, отрезая меня от окружающего мира. Может, и зря я сказал Адриану, чтобы не приходил ко мне на помощь. Перспектива умереть медленно и мучительно в этой яме в полном одиночестве казалась ужасающей. Мне всегда был неведом страх, но мысль, что больше никогда не увижу свою любимую жену, не вдохну сладкий аромат её кожи, не прикоснусь к её пленительным изгибам, убивала.

Изо всех сил бросил своё тело вверх, цепляясь за еле заметную трещину и рыча сквозь стиснутые зубы. Боль в руке стала невыносимой, но я продолжал подтягивать себя. Камни, закрывавшие вход в мою темницу, с тихим гулом разъехались вновь, и в образовавшемся отверстии появилась синеволосая голова.

— И долго ты здесь планируешь прохлаждаться? — раздался насмешливый голос Лазурного, а затем его рука обхватила мою и потянула вверх.

Наконец, я оказался на поверхности, и первое, что меня там встретило, — радостный крик Шаи, наполненный таким чувством, что сердце забилось быстрее.

— Милый! — всхлипнула она, сжимая меня в удивительно крепких объятиях, от которых невольно поморщился и зашипел, ощущая резкую боль в руке.

— В чём дело? Что с тобой? — испуганно спросила она.

— Всё нормально! — улыбнулся, чувствуя, как прохладные пальчики девушки быстро исследуют моё тело, проверяя на наличие травм.

Только вот эти прикосновения будили во мне жгучее желание. Наверное, я никогда не смогу насытиться моей невероятной человечкой, которую хотел постоянно.

— Так, мы, вообще-то, спешили! — с усмешкой произнёс невыносимый Адриан.

Мне хотелось придушить его в этот момент, но синехвостый был прав, — нам действительно стоило скорее продолжить путь, но быть более бдительными и осторожными.

— Кстати, я же наказывал, что меня не следует спасать и подвергать себя опасности! — проговорил недовольно.

— А ты попробуй отказать нашей супруге. Порой она бывает очень настойчивой! Так что постарайся больше не попадать в ловушки! — парировал лазурный.

Да, Шаи может быть очень убедительной! Лучше не спорить с маленькой хрупкой человечкой, когда она чего-то хочет. Я вдруг рассмеялся, ощущая себя по-настоящему счастливым. Рядом с этой женщиной моя жизнь обрела истинный смысл.

Глава 47

Адриан

Ещё недавно я был уверен, что, с радостью бы избавился от Кассиса, ведь этот чернохвостый был моим врагом, да и нам с Шаи было бы лучше вдвоём. Во мне всякий раз вспыхивал инстинкт собственника, когда татуированный ласкал нашу жену. Но когда обсидиановый оказался в ловушке, неожиданно для себя осознал, что искренне волнуюсь за него и хочу помочь.

Удивительно, но рядом с маленькой человечкой я начал меняться, становясь лучше. Куда делся тот пресыщенный, самоуверенный любовник королевы, баловень судьбы и надменный практик водной магии, недоступной больше никому из мужчин клана? Теперь я ощущал себя совсем другим нагом.

Шаи завозилась на моих руках, горько вздыхая во сне. Девчонка очень устала — даже мы, привычные к переходам и физическим нагрузкам начали выдыхаться. Кассис продолжал осторожно следовать впереди, прокладывая нам путь.

Я предлагал ему поменяться, так как не в моих правилах плестись в хвосте, переложив ответственность на другого, но чернохвостый надменно заявил, что лучше чувствует земли своих предков. Наверное, стоило напомнить, как он провалился в ловушку, но неожиданно для себя самого я промолчал, не желая обижать обсидианового, который и так переживал из-за произошедшего.

Наконец, мы оказались в широкой просторной пещере, — ведь даже меня утомили узкие извилистые тёмные коридоры, похожие друг на друга, словно близнецы. Где-то невдалеке журчала вода, напоминая о том, что во рту давно пересохло и язык словно покрылся песком.

— Надо остановиться на привал! — произнёс Кассис, оглядываясь по сторонам. — Самая сложная и опасная часть пути позади, теперь до Глубинного шпиля один переход, но надо восстановить силы, — не знаю, как нас там встретят.

— Думаешь, сородичи не слишком обрадуются? — поинтересовался я ехидно.

— Ну твои тоже в ладоши не хлопали и цветами не закидывали, когда появились перед дворцом. Если бы не Шаи… — парировал чернохвостый и принялся обустраивать лагерь со свойственной ему обстоятельностью и усердием.

Я же баюкал Шаи, не желая спускать её с рук — она так доверчиво прижималась к моей груди, иногда печально и устало вздыхая во сне. Такая нежная, хрупкая, почти невесомая, но при этом удивительно сильная и смелая. Длинные ресницы жены чуть дёрнулись, и она открыла глаза, словно почувствовав мой взгляд. Её тёплая улыбка разом смыла усталость и тревогу, озаряя всё вокруг.