Развод. Снимая маски (СИ) - Шабанн Дора - Страница 27

Вот это занесло Витю. Раньше ничего подобного за ним не водилось.

Что-то там у него происходит тревожное. Вот только лезть мне в это ужасно не хочется.

— Ну, с уроками-то помог? — понадеялась, что хоть какая-то от него была польза.

Анна скривилась:

— О да. Папа решил мне задачу. По геометрии. Мы эту теорему через два урока будем проходить, ага. Но он сказал: «Правильно же? Значит, нормально».

Да, миленько.

Остаток дня все были недовольные и сердитые, но как-то основные дела свои сделать умудрились.

А я, пока шуршала по хозяйству, нет-нет да ловила себя на глупых мыслях:

— А где он? А с кем? Что у него там такое, раз молчит весь день?

Ну, дура, говорю же.

Так замоталась и задолбалась, что, распихав девчонок по кроватям, решила:

— День был настолько ужасен, поэтому можно проводить его в добрый путь бокалом хорошего красного.

И ведь только налила себе приличного пинотажа, как нате вам: в дверь звонят.

Вздрогнула, потому что примерно могла предположить — кто там.

Не ошиблась.

Егор ввалился в квартиру, обнял, прижал, зацеловал и затискал, будто месяц не видел.

Ну а я малость не в духе была, да, поэтому с порога буркнула:

— Чего тебе не живется спокойно?

Прижал крепче, выдохнул в волосы и фыркнул на ушко:

— Без тебя не могу.

И поцеловал так, что глаза закатились, а ноги подогнулись.

Очнулась у него в объятьях на кухонном диване. В слезах. Уткнувшись носом в горячую шею, всхлипывала и шептала:

— Так устала. Сил нет, все просто ужасно…

Тут Власов опять был хорош, зараза: гладил по спине, целовал в висок, скулу и щеку, при этом успокаивающе бормоча вполголоса:

— Все решим, моя богиня. Не плачь, Линочка. Тише-тише, моя хорошая.

А я плакала. И плакала.

Ну, к часу ночи слезоразлив прекратился, мы выпили чая, вина, посидели в тишине, а потом я начала выгонять гостя.

Он не сопротивлялся:

— Отдохни хорошо. Завтра разберемся, что там у вас такое ужасное. Машину у вас тут оставлю. Ждите к завтраку.

Обнял крепко, поцеловал и… ушел.

А я осталась стоять в прихожей с ключами и документами от его авто в руках.

Вот это поворот.

Глава 26: Возмутитель спокойствия

«Всем тем, кто захотел любовь

С тобой не так уж просто

Ради тех самых слов «ты мой»

Сердце дам молниеносно…»

И. Минаев «Компас»

Выставив в ночи Егора из дома, упала спать. От избытка эмоций и переживаний словно провалилась в какую-то бессодержательную темноту.

Разбудили меня младшие дети, жаждавшие тихонечко позавтракать, чтобы мать не влезла со своей «полезной овсянкой» против круассанов с маслом и вареньем, которые они уже себе организовали.

Умницы и хозяюшки. Ну, с голоду, если что, не помрут.

Вспомнила, как, прощаясь вчера, Егор говорил:

— Не плачь, Лина, мы всё решим. И гитару Анне купим, и Ольге гипс сменим на тот, что полегче, это как минимум. Света едет на соревнования в Новгород? В следующие выходные? Решим, Лин, не тревожься.

Звучало слишком фантастически и прекрасно.

Поэтому было грустно, хотя для меня даже услышать подобное — здорово.

После того как мы с девочками закончили наш совместный завтрак и, убрав со стола, запустили посудомойку, загрузили стиралку и озадачили Кондратия, оказалось, что уже полдень, а в дверь звонит Егор.

С воплем: «Дядя Егор, что ты нам принес?», из своей комнаты в прихожую выкатилась Оля, а старшие высунули носы следом.

Власову пришлось отвлечься от облизывания моего уха и нашептывания в него всяких нежностей.

— Вот пакет из пекарни у дома. Давайте сейчас кофе-чай, да у нас же планы были? — разулыбался Егор Андреевич, а девочки бодро и дружно порысили на кухню.

Я, услышав про планы, как-то сразу насторожилась и нахмурилась, а он решил, что я всего лишь не в настроении.

— Лин, не сердись. Да, сейчас непросто, но вот неделя пролетит, и на выходные обещаю приятный сюрприз для всех, — естественно, в процессе бормотания мне в макушку всего этого меня обнимали, тискали и целовали.

А потом проводили на кухню.

Выпив кофе и послушав грандиозные совместные планы Власова и дочерей, сильно удивилась:

— Когда только успели договориться?

— Мы исключительно по делу, — хмыкнул Егор, взял меня за руку и притянул к себе.

А потом внимательно всех оглядел и повторил для нас, видимо, не рассчитывая, что мы запомнили с первого раза:

— Сейчас поедем смотреть гитару, я договорился с мастером. После этого заглянем в ресторанчик пообедать, а дальше уже можно и в гипер за продуктами. Девочки составили список, но я думаю, что у тебя тоже есть? — вопросительно взглянул, поглаживая мои пальцы.

Список у меня был, дети тут же предъявили свой, поэтому Егор Андреевич продолжил:

— После обширного и изнурительного шоппинга нам непременно нужно будет подкрепиться, так что, я думаю, мы поужинаем где-то по дороге обратно. Потом я вместе с покупками доставлю вас домой.

Пока я хлопала глазами, дочери согласно заверещали и те, кто мог, побежали собираться. Олечка же гордо поехала.

— Мне кажется, это как-то слишком… — начала я неуверенно, но была тут же перебита.

Оглядевшись и убедившись, что на кухне мы одни, Егор прижал меня к стене, стиснул в жарких объятиях и долго целовал, а потом, когда у меня начали закатываться глаза, погладил по щеке большим пальцем и сказал:

— Выдохни, моя богиня. Мы всё решим.

И мы таки поехали решать, то есть воплощать его очень подробный план в жизнь.

Через час, выходя из небольшой частной мастерской на Лиговском проспекте и глядя на абсолютно счастливую старшую дочь, которая нежно и бережно прижимала к себе новый чехол с первым личным, профессиональным инструментом, подумала, что вовремя заткнуться и отдать бразды правления мужчине — полезное умение. И кое-кому надо бы его развивать.

Дальше нас ждал весьма развесёлый обед, где в процессе изучения меню со своими байками про школьную и студенческую жизнь, Егор Андреевич каким-то волшебным образом умудрился сосватать всем моим дочерям суп, салат и второе. Причём бургеров, пиццы, картошки фри, шашлыка и шоколада наш заказ не включал.

Фантастика.

Посмотрела на него, как на волшебника, а он только хмыкнул, прихватил меня за руку, поцеловал пальчики и скомандовал официанту поставить передо мной индейку с овощами в белом соусе и бокал совиньон-блана:

— Давай, драгоценная, подкрепимся. И нас ждёт огромный ТЦ, потому как список, да-да, я внимательно читал, уже вырос до таких размеров, что займёт нас до позднего вечера.

Вот так, смеясь, переговариваясь и обмениваюсь впечатлениями, мы вышли из ресторана после обеда и поехали в магазин.

Егор отказался брать Олину коляску, а подхватил дочь на руки заявив:

— Сейчас мы тебя в тележку посадим, а потом, если что, там по второму этажу детский паровозик ездит, ещё покатаешься.

Дальше я наблюдала картину, которой в нашей жизни не было никогда.

Егор катил тележку, в которой гордо восседала Оля, а Светик и Аннушка, сверяясь со списком в Олиных руках, бегали по гиперу и таскали всё необходимое. Сначала предъявляли Егору и если он одобрял, то складывали в тележку. Если же нет, то бежали искать альтернативу.

— Отдыхай и наслаждайся, моя богиня, — прошептал мне на ухо Власов, протягивая маленькую термокружку.

Открыв её и осторожно потянув носом, почувствовала, кроме кофе, достаточно устойчивый аромат трав:

— И что это?

Егор поцеловал в висок и хмыкнул:

— Это огромный плюс наличия персонального водителя и большой бонус осени — никто не знает, что у тебя в кружечке, а ты можешь не беспокоиться за доставку до дома.

Осторожно сделав глоток, округлила глаза:

— Как будто бальзам?

— И никак будто, а самый что ни на есть натуральный «белорусский» бальзам на травах. Друг привёз из Минска как-то по случаю, — фыркнул Власов и укатил тележку в мясной отдел.