Чума Эпсилона (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 16

Вряд ли это были местные.

Кэмпбелл.

Чертов Трехглазый Джо проложил свой собственный канал связи. Либо они действительно решили проблему Распада и Джо снова может пользоваться своим основным профилем, либо ему помогает кто-то из М-шестых. Даже не знаю, какой вариант для меня предпочтительнее.

Генри вовсю воспользовался своим преимуществом в скорости и атаковал перехватчики с условного верха, заходя на них чуть ли не под прямым углом. Я увидел оплаченный мной рельсотрон в действии — один из перехватчиков развалился на куски. Второй предпринял маневр уклонения, но это ему не помогло.

Однако, за миг до того, как превратится в груду бесполезного металла, пластика и оптоволокна, он успел выпустить обе свои ракеты.

По мне.

Я сбросил скорость, швырнул корабль влево, буквально чувствуя, как напрягается его корпус, как вываливаются заклепки из обшивки. Это ведь дешевый грузовик, его единственное предназначение — таскать тяжести по системе, летая исключительно по прямой. Для маневров на скорости он конструктивно не годится.

Все это были тщетные усилия. Тридцать секунд до столкновения.

— Все под контролем, кэп. Я уже иду.

Щелк.

Я выдрал кабель из разъема, нахлобучил шлем и направился к шлюзу. Поскольку искусственной гравитации на корабле не было, мне пришлось вспомнить старые уроки по плаванию в невесомости. Получалось, вроде бы, неплохо, но скорость передвижения все равно оставляла желать лучшего.

В тот момент, когда я разорвал связь с кораблем, картинка пропала, но я и так представлял, что происходит.

Корабль тормозил.

Ракеты летели.

Генри…

— Одна готова, кэп.

… охотился на них.

Я наконец-то добрался до шлюза и закрыл за собой внутреннюю дверь.

Генри сбил и вторую ракету, но сделал это слишком поздно. Слишком близко к грузовику.

Она не попала в меня, но взорвалась рядом, как будто в режиме преследования. Грузовик ощутимо тряхнуло, поражающие элементы прошили корпус. Два угодили в шлюзовой отсек: один пролетел в полуметре от меня на уровне колена, второй — в опасной близости от левой руки.

Похоже, я только что увернулся от пули.

— Прости, кэп, — сказал Генри. — Ты там как?

— Жив, — выравнивать давление никакого смысла уже не было, так что я просто ударил по панели, открывающей внешнюю дверь, и она, разумеется, не открылась. Обломки ракеты повредили цепи управления или…

Рычаг, открывающий шлюз в ручном режиме, находился справа, и я бросился к нему. Этими штуками редко пользуются, и обычно для того, чтобы дернуть за этот рычаг, нужно два человека.

Я обхватил его правой ладонью и налег всем своим весом.

— Что-то ты долго, кэп.

— Дверь не открывается.

— Попробуй вручную.

— И что бы я делал без твоих советов? — прошипел я, налегая на упрямую железяку.

Рычаг поддавался, но медленно. В какой-то момент я испугался, что он тупо сломается пополам, и мне придется просить Генри задействовать гравидеструктор, чтобы разрезать корпус корабля, и выбираться через пробоину. Не то, чтобы это был какой-то особо сложный трюк для любого из нас, но мы потеряли бы еще больше времени, а мы его и так уже, черт побери, достаточно потеряли.

Рычаг выдержал, дверь шлюза открылась, явив за собой сдобренную искорками звезд черноту, и я выбросился в открытый космос, воспользовавшись штатной катапультой.

Первоначального импульса хватило, чтобы я отлетел от грузовика. Он был на финальной стадии торможения, шел с отключенными двигателями, так что я хотя бы не рисковал попасть под реактивную струю.

Он был на финальной стадии торможения, но его скорость относительно моей была велика, и он быстро скрылся из вида, сначала превратившись в точку, а потом и вовсе исчезнув, а я остался висеть посреди космоса.

На мне был дешевый аварийный скафандр, не предназначенный для выхода в космос. Предполагалось, что надевший его сотрудник останется на разгерметизированном корабле и будет ждать, пока его вытащит аварийная команда.

Маневровых двигателей на скафандре не было, и я никак не мог скорректировать свое положение. Мной владела инерция. Я летел… куда-то… Я мог бы даже выяснить, куда именно, но, учитывая скорость моего передвижения, в этом не было никакого смысла. Кислород кончится куда раньше, чем я достигну пункта назначения.

— Генри?

— Я на подходе, кэп. Буду на счет три. Раз… Два… Ошибся.

Генри зашел с условного низа. Не знаю, с какими перегрузками он тормозил, но ему удалось почти филигранно уравнять скорости и теперь казалось, что мы застыли в невесомости друг напротив друга. Нас разделяли каких-то жалких пятьдесят метров, преодолеть которые у меня все равно не было никакой возможности.

— Ты не зайдешь, кэп?

— У меня нет возможности маневрировать.

— На тебе дешевый аварийный скафандр?

— А как ты думаешь?

— Лучше бы ты угнал яхту у какого-нибудь богатея, — сокрушенно сказал Генри. — Тогда бы ты был упакован по полной программе…

— Генри… — помимо прочего, яхту какого-нибудь богатея так запросто не угонишь. Там такие системы защиты стоят, что даже Волшебнику минут пять пришлось бы с ними возиться.

С другой стороны, там и прыжковый двигатель должен был быть, так что не было бы необходимости все эти танцы в локальном пространстве устраивать. Генри бы ушел от перехватчиков, я бы прыгнул за ним, и мы бы встретились где-нибудь очень далеко от системы Эпсилона…

Только вот яхты какого-нибудь богатея поблизости не оказалось, и мне пришлось работать с тем, что есть.

— Минутку терпения, кэп, — сказал Генри. — Я уже готовлю гравизахват.

Штука в том, что на «Старом Генри» нет никакого гравизахвата. Есть только гравидеструктор, который можно использовать в этом качестве, но его использование на живом человеке… ну ладно, пусть не на совсем человеке, требует хирургической точности. Одна неправильно выставленная переменная и меня размажет по внутренностям скафандра тонким слоем.

Фигурально выражаясь, конечно. От самого скафандра в таком случае мало что останется.

Но Генри — нейромозг. Он такой ошибки не допустит. Он же способен просчитать все до мелочей…

— Это и был твой гениальный план, кэп?

— Я импровизирую.

— Нет, — сказал он. — Это я импровизирую, а ты просто висишь в пустоте.

Когда ты не внутри корабля, когда от бесконечной черноты тебя отделяет только бронестекло шлема надетого на тебя скафандра, космос подавляет. Только оказавшись посреди открытого пространства, ты понимаешь, насколько он огромен, и чувствуешь себя жалкой пылинкой на его фоне.

Мгновение спустя я почувствовал себя не просто пылинкой, а пылинкой, рядом с которой включили пылесос. Луч выставленного на минимальную мощность гравидеструктора подхватил меня и потащил к кораблю. На мой взгляд, даже слишком быстро.

«Старый Генри» стремительно увеличивался в размерах, и я уже мог разглядеть многочисленные разводы и царапины на его внешней обшивке, остающиеся после каждого преодоления атмосферы. Генри заботливо открыл для меня люк, но похоже, что геометрия все-таки оказалась слишком сложной для него наукой, потому что он промахнулся… э… ну да, он промахнулся мной на добрых пять метров.

Он уже выключил гравизахват, и меня снова тащило по инерции, и снова я ничего не мог с этим сделать. Я выставил вперед руки и врезался в обшивку с такой силой, что приложился лицом о внутренний щиток шлема. Во рту появился соленый привкус крови.

— Прости, кэп.

— Бильярд — это явно не твоя игра, — сказал я.

По счастью, на ботинках скафандра все-таки были магнитные захваты, так что я без особого труда принял относительно вертикальное положение и доплелся до открытого шлюза.

— Ты еще внукам своим будешь об этом рассказывать, — подбодрил меня Генри, когда я завалился в шлюз. Он сразу же закрыл внешнюю дверь и принялся нагнетать атмосферу. — Добро пожаловать на борт, кэп.