Чума Эпсилона (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 34

— С поезда, — сказал я.

— Подумай еще, — посоветовал он. — Поезда не ходят.

— Этот пришел, — сказал я. — Стоит у третьей платформы и в нем полно пассажиров.

— Откуда он шел?

Я сказал.

Коп нахмурился и посмотрел на транспортника.

— Это возможно?

Тот только руками развел.

— Сеть не работает, так что у меня нет никаких данных.

— Вы можете посмотреть глазами, — сказал я.

— Нейромашинисты не функционируют без сети.

— Мы были недалеко и докатились по инерции, — сказал я.

Я не самый хороший физиономист, но по выражению лица работника транспортной компании даже я мог заметить, что он мне ни черта не поверил. Впрочем, не он один. Он еще даже не успел сформулировать очередной вопрос, как в беседу снова вмешался коп.

— Значит, ты утверждаешь, что пришел снаружи?

— Ну да, — сказал я. — И вы все еще можете посмотреть глазами и убедиться, что поезд действительно там, где я сказал.

Несколько человек подошли к окну и убедились, что хотя бы в этом я им не вру. Поезд действительно был на месте, потому что деваться ему было совершенно некуда.

— Допустим, ты действительно приехал на нем, — сказал коп. — Тогда как ты попал в здание?

— У вас было не заперто, — сказал я, неопределенно махнув рукой куда-то себе за спину.

— Аварийный режим блокирует все двери.

— Значит, что-то пошло не так, — сказал я. — Я подошел к двери, дернул, она и открылась.

— Дернул, значит? — повторил коп и посмотрел на мою правую руку. Без перчатки и с отсутствующей на мизинце псевдоплотью.

— Дернул.

— Что у тебя с рукой?

Я перехватил шлем левой рукой, а правой помахал у него перед лицом, чтобы он хорошенько все рассмотрел.

— Киборг?

— Нет. Человек-плюс.

— И откуда ты такой продвинутый?

— С Эпсилон-Центра, — сказал я. — Возвращался в Новые Надежды, чтобы улететь домой первым же рейсом. Мне в понедельник на работу, знаете ли, и начальство может не посчитать сбой местной транспортной сети достаточно уважительной причиной для прогула.

— У нас тут проблемы посерьезнее, чем сбой транспортной сети, — сказал коп. — Так что не думаю, что в ближайшее время ты попадешь домой.

Услышав про мои грядущие неприятности, он слегка смягчился, и я, решив ему подыграть, нацепил самое озабоченное выражение лица, которое только смог изобразить.

— А что тут на самом деле произошло?

— Судя по всему, мы попали под рейд Кочевников, — сказал коп.

— Вероятность этого…

— Мала, но никогда не равно нулю, — вздохнул кто-то из их команды. Судя по одежде, он был штатским и угодил сюда случайно. — Можно сказать, что все мы выиграли в лотерею. Я имею в виду, это никак не получится назвать большой удачей, но…

— Да-да, мы поняли, — сказал коп. — Защитный костюм ты взял в поезде?

— И кислорода в нем осталось меньше, чем на полчаса.

— Ничего, мы дадим тебе сменный баллон, — сказал коп. — Нам понадобится твоя помощь, чтобы вывести людей из поезда.

Трудно сказать, почему им понадобилась именно моя помощь. Скорее, пострадавший от профессиональной деформации коп заподозрил в моем рассказе что-то неладное (это было совсем несложно), и решил держать меня поближе к себе. Участие в спонтанной спасательной операции никак не входило в мои планы, но наиболее вероятной альтернативой ему была драка со всеми этими людьми, а вешать на себя полтора десятка лишних трупов я не хотел, поэтому решил подыграть местным и незаметно смыться где-нибудь посередине процесса.

Мы прошли в техническое помещение, где мне выдали запасной баллон, а коп и двое транспортников переоделись в защитные костюмы, чей класс был чуть повыше, чем у моего, но все равно не мог бы обеспечить выживание на сколь-нибудь приличный срок.

Оставалось только надеяться, что операция не затянется, и мне удастся слинять до того, как запасной кислородный баллон исчерпает свой запас.

Воспользовавшись аварийным шлюзом, мы выбрались наружу и двинули к техническому ангару, внутри которого стояло несколько небольших колесных шаттлов.

Совсем небольших. Думаю, что даже если набить один из них пассажирами с плотностью десантников в эвакуационном боте после неудачной боевой операции, то больше пары десятков в него все равно не влезет, а значит, одним или двумя рейсами нам точно не обойтись.

Транспортник открыл шаттл и предложил нам проследовать внутрь.

— А остальные? — поинтересовался я по внутренней связи, махнув рукой вглубь ангара.

— Не на ходу.

Один из местных уселся за пульт управления, мы разместились на жестких сиденьях внутри салона. Легкая вибрация корпуса дала понять, что шаттл активировался и пришел в движение.

— Зачем ты во все это ввязался, кэп? — спросил Генри.

— Просто стараюсь избегать неприятностей.

— Мы теряем время, — констатировал он.

— Несколько часов погоды не сделают, — ответил я с уверенностью, которой не испытывал.

Город подвергся удару, масштабы и последствия которого мне неизвестны. Может, местные системы жизнеобеспечения способны проработать в таком режиме до момента прибытия помощи с других планет системы, а, может быть, все навернется уже через несколько минут, и никаких нескольких часов у меня в запасе нет.

— Удалось связаться с городской администрацией? — поинтересовался я у копа, который сидел напротив и сверлил меня подозрительным взглядом прямо через шлем защитного костюма.

— Линии связи нарушены, — сказал он. — Работают только коротковолновые передатчики. Почему ты спрашиваешь?

— Просто хочу понять, насколько все плохо, — сказал я.

— Кем ты работаешь? — спросил он.

— Джон Литгоу, — сказал я. — Страховой агент «Эпсилон Страхование Плюс». Оценивать риски — это моя профессия.

— Как ты вышел из поезда?

— Использовал тамбур последнего вагона в качестве шлюза, — сказал я.

— Разумно, — сказал второй железнодорожник. — Сколько пассажиров на борту?

— Точно не скажу, но загрузка далеко не полная.

— Мне все же не дает покоя один вопрос, — сказал коп. — Твой поезд — единственный, который смог добраться сюда после нападения, и, судя по расписанию, он сделал это с опозданием. Как же так получилось?

— А это имеет какое-то принципиальное значение? — спросил я. — Хоть кто-то из людей добрался до места назначения, а не застрял посреди ледяной пустыни, и этим людям можно помочь. Так ли уж важно, по какой причине это произошло?

— Проблема в том, что я не могу собрать целостную картинку, — заявил коп. — Как-то она у меня в голове не складывается.

Профессиональная деформация, как я и говорил.

— И в чем вы меня подозреваете? — поинтересовался я напрямую. — В том, что я пособник Кочевников, который зачем-то пытается втереться в ваше доверие? Или в том, что я и есть Кочевник?

«Кстати, вот в той части, где про пособника, есть интересный нюанс, о котором…» — дослушивать Генри я не стал, потому что и сам прекрасно понимал, на какие обстоятельства он пытается намекнуть.

— Да, ты прав, — неожиданно для меня самого сказал главный коп. — У нас еще будет время разобраться с твоей историей. Сейчас самое важное — это помочь людям.

Шаттл выкатился на перрон, остановился и открыл внутреннюю дверь шлюза, второй железнодорожник засобирался на выход. Обычно технический мост для пересечения путей откидывался автоматически, но в условиях упавшей сети это нужно было делать вручную.

— Можно ли попасть на Мэйн-стрит, минуя здание вокзала? — поинтересовался я у Генри.

— Конечно, кэп. Тремя разными способами.

— Мне нужен самый быстрый.

— На твою скорость я повлиять не способен, — резонно заметил он. — Но могу порекомендовать самый короткий, если ты не против перемахнуть через забор и немного прогуляться по крышам.

— Меня устраивает.

Местный вернулся, и шаттл снова двинулся в путь.

Мы остановились около поезда, выбрались наружу, и я повел их к двери в последний вагон.

— Пассажиры в первых, — сообщил я, чтобы они не особенно удивились, когда никого не увидят внутри.