Кровавые клятвы (ЛП) - Джеймс М. - Страница 24

— Я серьёзно, — его голос становится хриплым, и он просовывает руку между моих бёдер, собственнически сжимая меня там. — Пока ты отказываешься кончать для меня, Симона, ты не кончишь вообще. А если я поймаю тебя на том, что ты трогаешь себя без разрешения, ты об этом пожалеешь.

Его средний палец скользит между моих складочек, пока он сжимает меня, проникая в моё влажное лоно, и я едва сдерживаюсь, чтобы не вдохнуть от этого вторжения. Он мучает меня и знает об этом. Его ладонь слегка касается моего набухшего клитора, а средний палец нежно поглаживает его, пока он смотрит на меня.

— Когда ты кончишь снова, жена, это будет для меня. Пальцы, язык, член - мне всё равно. Но ты не кончишь, пока я не скажу.

— Пошёл ты, — шепчу я, и он усмехается.

— В этом вся идея. — Он убирает руку и наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб.

— Я пойду в душ. Можешь присоединиться, но предупреждаю: если ты это сделаешь, то снова окажешься с моим членом внутри.

Думаю, это достаточная причина, чтобы не идти за ним. Я лежу, ощущая тепло его спермы на внутренней стороне бёдер, и смотрю, как он встаёт и во всей своей обнажённой красе идёт в ванную.

Нельзя позволять такому раздражающему человеку быть таким великолепным. Я заставляю себя отвести взгляд, когда он заходит в ванную. Я сжимаю челюсти, думая о его ультиматуме.

Камер по всему поместью нет. И уж точно нет в нашей спальне. Я могу трогать себя, если хочу, когда его нет дома… но что-то в его словах вызывает у меня тревогу.

Откуда ему знать? У меня такое чувство, что если я это проверю, то всё узнаю.

9

ТРИСТАН

Стоя в ванной своего нового дома и глядя на девственную кровь моей новой жены, покрывающую мой член, я испытываю одновременно ужасное возбуждение и чувство вины.

Только сегодня вечером, когда отец приказал мне вступить в полноценный брак, нравилось мне это или нет, мне захотелось врезать ему кулаком по лицу. И всё же я сделал это, даже после того, как Симона умоляла меня отложить это. И… мне было хорошо с ней. Я сделал её своей. Всё это, бесспорно, становится моим.

Всё, что когда-то принадлежало Руссо, теперь принадлежит мне… включая её.

И, чёрт возьми, ей тоже было хорошо.

Я собирался довести её до оргазма, прежде чем трахнуть. Мне нравилось с ней бороться, и мне нравился её огонь, но я не хотел причинять ей боль. Она была первой девственницей, которую я когда-либо трахал, чёрт возьми, первой женщиной, которую я когда-либо трахал без презерватива, но у меня была идея, как облегчить ей задачу. С оргазмом было бы гораздо проще.

Но, по большому счету, она самая упрямая женщина, которую я когда-либо встречал.

Я включаю душ и даю воде нагреться, мои собственные эмоции в смятении. Лишение её девственности возбудило меня больше, чем я ожидал. Я чувствовал себя могущественным. Первобытным. Оргазм, который я испытал с ней, был лучше всего, что я когда-либо чувствовал. От осознания того, что я был первым мужчиной, который прикоснулся к ней, первым членом внутри неё, единственным, который у неё когда-либо будет… я чувствую, как у меня дёргается член, который снова становится твёрдым от одной этой мысли. Думаю, пройдёт много времени, прежде чем она мне надоест, прежде чем я вытрахаю её из своей системы. И хотя я знаю, что должен остановиться на сегодняшнем вечере, которого было достаточно, чтобы всё стало законным, мне ведь нужен наследник, не так ли?

Я знаю, что это отговорка, но сейчас я готов воспользоваться любым предлогом, чтобы снова войти в неё. И ей это понравилось. Она может лгать сколько угодно, но я видел, как она старалась не кончить. Я чувствовал, насколько она была мокрой, скользкой, набухшей и жаждущей меня. Если бы она мне позволила, я бы устроил ей лучшую ночь в её грёбаной жизни. Но вместо этого она всё испортила. Я не виноват, говорю я себе, вставая под горячие струи воды и не желая смывать с себя её запах. И я намерен заставить её кончить до конца месяца, как и обещал. Может быть, даже до конца недели.

Мне не терпится снова её трахнуть. К тому времени, как я выхожу из душа, мой член уже стоит, я жажду её и быстро вытираюсь, лениво поглаживая свой член по пути в спальню. Если она не спит, я снова её трахну, а если спит…

Она не спит. Я выхожу в спальню и вижу, как она лежит, подложив под спину подушки, под одеялом, которое натянуто до самых подмышек, и смотрит куда-то вдаль через стеклянные французские двери, ведущие на балкон. Она явно о чём-то думает, но сегодня я хочу, чтобы она думала только об одном.

Она слышит мои шаги, резко оборачивается и широко раскрывает глаза, увидев мою эрекцию.

Я опускаю руку и провожу по ней, приближаясь к кровати.

— Раздвинь свои прелестные ножки, жена, — рычу я, забираясь на кровать к ней. — Я хочу снова наполнить тебя, прежде чем лягу спать.

— Мне больно. — Она прикусывает губу. — И нам нужно было сделать это всего один раз, чтобы всё было законно…

— Нам нужно сделать это не один раз, чтобы ты забеременела. — Я тянусь к одеялу, стягиваю его, и Симона бросает на меня убийственный взгляд, когда я отбрасываю одеяло в сторону, снова обнажая её идеальное тело. Она чертовски красива в любое время, а в таком виде - тем более. Её причёска наполовину распустилась, волосы спадают на лицо, кожа всё ещё раскраснелась, а между бёдер...

Она выглядит так, будто её хорошенько оттрахали. Её киска покраснела и набухла, моя сперма жемчужинами выступает между её складками и стекает по внутренней стороне её бёдер, и я чувствую, как мой член пульсирует при виде этого. Я хочу наполнить её снова, чтобы она истекала моей спермой. Чтобы она вытекала из неё, пока я её трахаю, потому что она больше не может сдерживаться.

— Тристан...

Я просовываю два пальца между её складками и возвращаю сперму внутрь неё.

— Давай я снова сделаю тебя такой же мокрой, как раньше, малышка. Ты можешь кончить для меня в любой момент. Кончи мне на пальцы, если хочешь…— Я провожу большим пальцем вверх, по её чувствительному клитору, зная, как близко к оргазму я её довёл. Она, должно быть, измучена, жаждет разрядки, и мне интересно, как долго она продержится.

— Я буду делать это каждый день, пока ты не кончишь для меня, — шепчу я. — Буду ласкать эту сладкую киску, пока я не доведу тебя до оргазма. И независимо от того, кончишь ты для меня или нет, малыш, я буду наполнять тебя столько раз в день, сколько мне будет нужно. Ты возьмёшь мой член, когда я захочу. И очень скоро, принцесса, я научу тебя, как мне нравится, когда меня сосут.

Я вижу, как она сжимает челюсти.

— Я его откушу, — шипит она, и я усмехаюсь, ускоряя движения пальцев. Я чувствую, как она сжимается вокруг них, чувствую, как сильно её тело нуждается в разрядке, но она всё ещё сопротивляется мне.

— Попробуй, — мрачно бормочу я. — Ты заплатишь за это, если сделаешь это, Симона. Я могу наказать тебя множеством способов, и мы перепробуем их все, если понадобится.

Её щёки раскраснелись, клитор пульсирует под моим большим пальцем. Она так близко. Я погружаю в неё пальцы и делаю несколько неглубоких толчков, пока она сверлит меня взглядом, сопротивляясь мне на каждом шагу.

— Я не собираюсь кончать, — шипит она, и я ухмыляюсь, убирая от неё руку.

— Нет? Тогда ладно. — Я хватаю её за бёдра, поднимаю и легко переворачиваю на кровати, наслаждаясь удивлённым возгласом, который срывается с её губ. — На этот раз я буду действовать быстро, Симона. Будешь засыпать с хорошо наполненной киской.

Я подхватываю её бёдра одной рукой, приподнимаю их, а другой направляю свой член, прижимая головку к её влажным складочкам, и одним быстрым движением погружаюсь в неё до упора.

На этот раз я не буду осторожничать или медлить. Она не хочет кончать и не хочет, чтобы я заботился о ней… ладно. Я буду трахать её так, как мне хочется, жёстко и быстро, пока не получу то, что мне нужно.