Как приручить альфача (СИ) - Истомина Аня - Страница 16

– И грелочку на поясницу организую, – возбужденно усмехается Влад, ускоряясь. – И массаж йони сделаю. Расслабься, баб Наташ.

– Убью, – усмехаюсь, но из груди вырывается стон.

Так меня еще никто и никогда не выкручивал. Мое тело натянуто как тетива и каждое движение мощных бедер чувствуется особенно остро.

– Ай, – морщусь, прогибаясь сильнее и сжимаясь от очередного толчка, потому что внутри все пульсирует. – Ай!

– Что, уже заклинило? – Влад с усмешкой рычит, ускоряясь и отпуская мои волосы. Прижимает за лопатки к дивану.

Уткнувшись лицом в подушку, стону от нарастающего удовольствия. Оно разбегается нетерпеливой дрожью по всему телу, а потом взрывается спазмами между ног и фейерверком перед глазами.

Замираю, растекаясь по скомканной простыне, но одно молодое и выносливое чудовище, кажется, даже не собирается останавливаться, лишь замедляется немного.

– Ты решил меня затрахать до смерти? – усмехаюсь, немного поворачиваясь к нему.

– Мне кажется, такой смерти можно только позавидовать, не? – шепчет на ухо, навалившись сверху на меня и покрывая шею и плечи поцелуями.

Передергиваюсь от мурашек и непроизвольно завожусь снова, но он внезапно ускоряется и за несколько коротких толчков заканчивает с хриплым рычанием. Выходит так же резко, как вошел, падает на спину и тяжело дышит.

– Блядь… – вытирает лоб и смотрит на мокрую руку. – С девочками было проще.

– В смысле? – разворачиваюсь к нему, прекрываясь одеялом.

– Да, – отмахивается, – сноровку потерял. Чикс трахать проще было. А тебя еще попробуй отрахай.

– Сам виноват, – дергаю бровью удивленно.

Тоже мне заявочки. Будто я его заставляла.

– Так точно, вину признаю. Готов отрабатывать пару раз в день. Ща в душ схожу и продолжим. – устало улыбается и подмигивает.

– Не-не-не, дорогой, – с нервным смешком отползаю от него подальше. – Я старенькая. У меня спина и давление.

Влад ловит мою ногу и дергает на себя.

– Влад! – рычу, отбрыкиваясь.

Вырываю ногу и, вскочив на четвереньки, собираюсь сбежать, но охаю от неожиданного прострела в спине и замираю, схватившись за поясницу.

– С раритетом надо аккуратнее, я понял. – тут же садится Влад и, убрав мою руку, разминает место, за которое я схватилась. – Блин, но поза заманчивая.

– Только попробуй, – скулю, зажмурившись.

25. Волчица

Лежу, укутанная в одеяло после массажа спины. С кухни доносятся звуки готовки. В голове – пустота. Я дремлю и не очень-то и верю во все происходящее.

Обо мне впервые с того момента, как я стала жить отдельно от родителей, заботятся. Не считая дружеской заботы коллег, конечно. Именно вот так: по-семейному будто.

– Где ты там, хворушка? – раздается вздох над головой. Выныриваю из дремы и оборачиваюсь на Влада. – Я блины приготовил. Сейчас принесу, просыпайся.

Блины.

Вот этот огроменный опасный мужик мне приготовил блины.

Сажусь аккуратно, но напряжения в пояснице нет. Размял меня Влад так, что укол не потребовался.

Придерживая одеяло на груди, усаживаюсь поудобнее. Вообще-то, если проанализировать, то нормальные женщины так себя не ведут. Нужно быть поскромнее как-то что ли.

Но я сейчас не в состоянии анализировать, мне слишком хорошо после всего, что произошло. И мужик, который грозился меня убить, сейчас будет меня кормить. Кажется, еще немного – и сама себе завидовать начну.

А, с другой стороны, – что, я не имею права денек побыть слабой женщиной?

Влад заходит в комнату с тарелкой и кружкой чая в руках. Ставит на журнальный столик и придвигает его к дивану. Садится рядом со мной и молча смотрит.

– Вау, – разглядываю тарелку, где аккуратными треугольничками выложены тонкие блины, а в середине стоит соусница со сметаной. – Выглядит очень красиво.

– Пробуй, – усмехается он и, обмакнув блин в сметану, тянет к моим губам.

– Ммм, – облизнув с губ сладкую сметану, закатываю глаза. – Как в садике!

Влад явно сдерживает улыбку, потому что на его щеках прорисовываются ямочки.

– Где ты научился так готовить? – оглядываюсь, в поисках своего свитера и тянусь к нему, но Влад перехватывает мою руку.

– Просто с детства была тяга, – окидывает мою оголившуюся грудь восторженным взглядом. – Не прячься, красивая же.

Смущаюсь, но не сопротивляюсь, позволяя разглядывать себя, пока ем вкуснейший десерт, запивая горячим чаем.

– А ты почему не ешь? – подозрительно щурюсь, умяв третий блин.

– Я в процессе бракованными наелся, – усмехается, укладываясь головой мне на колени и разглядывая снизу.

Отставив кружку, серьёзно смотрю на него.

– Кто ты такой? – вздыхаю, поглаживая черные жёсткие волосы Влада, а он улыбается, закрывая глаза от удовольствия, и ничего не отвечает.

– Я тебе вопрос задала, – сжимаю его волосы чуть сильнее, заставляя открыть глаза.

– Какая ты вредная, тёть Наташ. – усмехается лениво. – Я ее тут люблю, лечу, кормлю, а она фигню спрашивает.

– Нормально! – возмущаюсь. – Я вообще-то тебя тоже… лечу.

Влад хохочет, за что получает щипок за бок.

– Ау! – шипит. – Да я серьезно с животными работаю! Вот, пару часов назад волчицу приручал.

Закатываю глаза.

– Я же правильно понял, что у тебя фамилия Волк?

– Правильно. – усмехаюсь.

– Охуенно. – улыбается. – Тебе подходит. Замуж соберёшься – не меняй. А то станешь какой-нибудь “Тихоновой”.

– Тебе не нравится твоя фамилия? – хмурюсь, а Влад удивлённо дёргает бровями и молчит. – Что?

– Тёть Наташ, – он поворачивается на бок и, оперевшись на локоть, внимательно смотрит мне в глаза. – Ты что, лазила по моим документам?

26. Сумасшедшая

Вариант А: это совпадение.

Вариант Б: я предположила с твоих слов.

Вариант В: а ты как думал?

Вариант Г: спасаться бегством.

– А ты как думал? – щурюсь, понимая, что лучшая защита – это нападение. – Или я что, должна была неизвестно с кем в одной кровати спать?

– Ну, хоть какое-то чувство самосохранения у тебя присутствует, – усмехается Влад, расслабляясь и, раскрыв на мне одеяло чуть в стороны, медленно касается губами моей кожи под пупком.

– Эээ, стоять, – выдыхаю и вздрагиваю от неожиданности. – Я старая больная черепаха.

– Да? – дергает он бровью. – А вчера тебе понравилось.

– Да? – отодвигаюсь, натягивая одеяло обратно. – То есть, все-таки воспользовался вчера пьяной беззащитной женщиной?

Влад падает на спину и хохочет, закрыв ладонью глаза. Обиженно толкаю его ногой в плечо.

– Боже, ты ничего не помнишь? – ловит он мою ногу и сжимает стопу до непроизвольного стона. Вжимает большой палец в подошву, разминая ее.

Глаза сами собой закатываются от удовольствия.

– Нет, – признаюсь, расслабляясь в его руках. – Вообще нихрена.

– Ты пьянь, – вздыхает, продолжая массировать икру. – Обещала меня затрахать до смерти, раздела, завела, а потом рухнула спать. А я дрочил в ванной.

– Ну, хоть линию жизни не стер? – язвлю с улыбкой.

– Ммм, языкастая, – разворачивается Влад, ловко подминая меня под себя.

Успеваю только охнуть, как оказываюсь с ним нос к носу.

– Не стер, – усмехается мне в губы, медленно касаясь их. – Так что, за тобой должок.

– Не помню – значит не было, – пищу, потому что он, подхватив меня под поясницу, разворачивает нас так, чтобы я оказалась сверху.

– Нет, это так не работает, – сдвигает меня вниз, упирая бедрами в свой флагшток. – Давай, бабочка, выбирайся из своего кокона. Ты обещала меня отыметь так, что я имя свое забуду. Я настроился.

– Мало ли, что я тебе по пьяни там наболтала, – сердито усмехаюсь, но мое тело уже накрывает горячей волной возбуждения.

– Значит, в следующий раз будешь пить меньше, – довольно скалится мой болезный, которому уже, кажется, так хорошо, что можно было бы и выписывать.

Но, я не хочу. Я внезапно понимаю, что мне с ним, несмотря на наши стычки, комфортно и не хочется устраивать передел территории. И даже то, как может выглядеть сейчас моя кухня после его кулинарных экспериментов, меня уже не смущает. Я выбрала одиночество не потому, что очень люблю его, а потому что так спокойнее, однозначно.