Папа для мамонтенка (СИ) - Истомина Аня - Страница 5

Смотрю на малышку, притихшую на моих руках. Она будто чувствует, что сейчас решается ее судьба.

– Я… – перевожу взгляд на генерала и не знаю, как подобрать слова. – Хотел ей найти более подходящих опекунов. Я все время на работе, а моя девушка пока не хочет детей. Я не знаю, согласится ли она.

Кажется, в глазах Николая Егоровича мелькает разочарование.

– Ну, тогда давай доверим это дело службе, которая лучше тебя и меня знает, как находить детям родителей. – вздыхает. – И, да, ты ни в чем не виноват. Всех не спасешь, Тимур.

Поджимаю губы.

– А, давайте, я ее к себе заберу, – подает голос Люба и тянет руки к Катюле. – Женщинам охотнее отдают детей под опеку.

– Ты? – выдыхаю удивленно, глядя, как мой мамонтенок безропотно перебирается на руки к Любимке. – Любимова, ты сама еще ребенок. Ты не справишься.

– Мне двадцать семь, Тимур Алексеевич, – усмехается она. – Научусь. Лучше со мной, чем в приюте. Да, маленькая?

Двадцать семь? Любимовой? Когда это она успела вырасти? И как она так быстро решилась на такой серьезный шаг?

– У тебя квартиры в собственности нет, – вздыхает Николай Егорович, по-отечески похлопав Любу по плечу.

– А что, обязательно квартира нужна? – хмурится она. – Ну, ладно, я попробую ипотеку оформить. Дайте мне немножко времени.

Вот так просто? Серьезно?

– И жених твой согласится? – щурюсь.

– А у меня нет жениха, мной командовать некому, – усмехается.

Так, это камень в мой огород что ли?

– Прислушиваться к мнению близкого человека – это нормально, тебе не кажется? – смотрю на нее пристально и хочу у нее забрать Катюлю. – И я еще не обсудил вариант удочерения с Алиной. Может, она возьмет и согласится тоже?

– Так, отставить, – командует генерал и забирает Катюлю у Любимки быстрее меня. – Тимур, отменяй наряд. Девочка пока побудет у меня, а вам срок до вечера, чтобы решить, за кого я буду ручаться перед опекой. Как назвать-то тебя, маленькая? – задумчиво смотрит он на мамонтенка.

– Катюля ее зовут, – вздыхаю.

– Катюля? – прыскает смехом Люба. – Кот, может, “Катюша”?

– Это рабочее имя, Любимова, – хмурюсь. – Катя плюс Юля.

– Чтобы у ребенка биполярочка с рождения развивалась? – закатывает она глаза. – Нужно придумать нормальное имя. Одно. Карина, например.

– Варвара, – предлагает вариант генерал.

– Какая она Варя или Катя? У нее явно восточные корни. – спорит Любимка. – Карина, Амина, Лейла.

– Фатима, – скрестив руки на груди, закатываю глаза.

– Короче, вот вам еще одна задачка, – вздыхает Николай Егорович, направляясь к двери и унося Катюлю-Карину-Варвару с собой. – Решайте.

Проводив их взглядом, перевожу его на Любу.

– Ну, что делать будем? – усмехается она, хмуро глядя на меня. – Кинем монетку?

8. Квест

Мои глаза округляются, когда Любимова на полном серьёзе лезет в карман и достаёт два рубля.

– Люб, ты серьёзно? – усмехаюсь. – Наверное, я понимаю, почему у тебя нет мужика. Ты с прибабахом. Я прямо представляю при разводе в суде, как ты мужу своему предлагаешь: «Давай кинем монетку, у кого орёл — с тем ребёнок и останется».

– Котик… – усмехнувшись, вздыхает Люба.

– Тимур Алексеевич, – смотрю на неё серьёзно, приподняв бровь.

– Тимур Алексеевич, – выразительно проговаривает Любимова, с вызовом выгибая бровь точно так же, как и я. – Я тебе предлагаю имя выбрать. А за мое замужество не переживай. Если я выйду замуж, то один раз и на всю жизнь. И мой муж будет поддерживать меня во всех моих начинаниях. Итак, если выпадет орёл, то будет Карина, а если решка?

Под пристальным взглядом Любы пытаюсь вспомнить, какие женские имена мне нравятся.

– Ну? – поторапливает меня она.

– Катя, – вздыхаю. – Екатерина.

– Оригинальность не твой конёк, – фыркает Люба и подбрасывает монетку. Ловко поймав её, кладёт на руку и показывает мне.

– Ты жульничала, – хмурюсь, глядя на двуглавого орла, и забираю монету. Подкидываю её в воздух, ловлю и припечатываю к столу. – Твою ж мать.

Снова орёл.

– Ну ладно, одной проблемой меньше, – улыбается Любимка с победоносным выражением на своей симпатичной мордашке. – Осталось решить вопрос с квартирой.

«Или с Алиной», – мысленно вздыхаю, потому что, несмотря на то что я хорохорюсь, я предполагаю, что у Любимки больше шансов на успех, чем у меня.

И мне не жалко, если бы она реально стала мамой Карины. Но так получается, что это я нашёл девочку, озадачил всех вокруг поиском семьи, а сам будто умываю руки. Только лишь потому, что моя девушка выест мне мозг. Глубоко вздыхаю и чую, как будто повеяло подкаблучничеством.

– Иди работай, шарлатанка, – киваю Любимовой на дверь. – Не забудь, что нам с тобой ещё дежурить.

Отправляю Любимку и, когда она уходит, устало опускаюсь за свой стол, на котором лежит куча работы, а у меня на неё сегодня не стоит. Пытаюсь собраться с мыслями и сделать хоть что-то, начинаю с самого простого, но то и дело отвлекаюсь и мысленно прокручиваю диалог с Алиной. Пытаюсь подобрать нужные слова, а сам понимаю, что требовать от неё захотеть стать матерью чужому ребёнку эгоистично.

Алина достаточно хозяйственная девушка, но материнство её в принципе пока не интересует. Она любит себя, следит за модой, постоянно зависает в салонах красоты. Мы ровесники, но, несмотря на это, я не могу представить её меняющей памперсы. Ей интересны путешествия, встречи с друзьями, клубы. Алина привыкла к тому, чтобы все внимание крутилось вокруг нее.

Но, ведь когда-то пора расти. Я же, чтобы ей соответствовать, стал ходить по музеям и выставкам, которые мне, положа руку на сердце, нахрен не нужны.

– Блин, клининг же еще, – вздыхаю, отрываясь от компьютера.

Ищу в интернете номера компаний и охреневаю от цен. Решаю отложить этот вопрос до вечера, когда будет поспокойнее, чтобы найти вариант побюджетнее.

Снова зависаю в своих бумажках. Когда звонит внутренний телефон, отвечаю на автомате.

– Иванов слушает.

– Товарищ подполковник, – слышится усмешка генерала. – У вас тут очередной квест. Бери Любимку, жду вас у себя.

Вздохнув, встаю и выхожу из кабинета. Кабинет Любимовой через три двери. Открываю, как и она, без стука. Люба едва успевает спрятать ноги под стол. Красивые стройные ноги, обтянутые узкими джинсами. Мы ходим по гражданке, потому что в любой момент можем сорваться по наводке и нужно быть как можно более незаметными.

Цокаю языком и качаю головой.

– Опять залет, – усмехаюсь, обойдя стол и встав за ее креслом. – Любимова, ты совсем бесстрашная? Разложит тебя кто-нибудь на этом же столе.

– Я в штанах, – невинно смотрит на меня Люба, задрав голову. – То, что у вас, мужиков, богатая фантазия, это ваши проблемы. И, кстати, мог бы постучать. Вдруг я тут… переодеваюсь.

– Ну, если бы ты переодевалась с открытой дверью, то это было бы прямое приглашение к контакту, – подмигиваю. – Ладно, пошли, нас генерал зовет.

– Уже? – стонет она и встает. – Я только успела заявки раскидать по банкам. Мне еще даже предварительно не сказали ничего.

– Да нет, там что-то другое, – вздыхаю. – Пошли.

– Ты-то не разговаривал пока со своей Алиной? – между делом бросает Люба, глядя в телефон.

– Нет, решил поработать сначала. – отмахиваюсь.

– Стремно? – усмехается невесело.

Останавливаюсь перед кабинетом генерала и стучу, сверля Любимку тяжелым взглядом.

– Да, – раздается из-за двери.

– Стремно, – признаюсь, открываю дверь и пропускаю Любу вперед.

– Ма-ма, – страдальчески тянет Катюля, то есть, уже Карина, глядя на меня с рук Николая Егоровича.

– Что-то случилось, товарищ генерал? – хмурюсь.

– Случилось, – вздыхает он и подходит к нам, вручает мне Карину. – Обосралась дочь полка, надо памперс сменить.

9. Катерина

Сжимаю плотнее губы, потому что тут же доносится запашок. Отворачиваю лицо так, чтобы быть подальше от источника запаха.