Ученик гоблина. Дилогия (СИ) - Лис Марко - Страница 103

– Часовщица, значит, – протянул Зуг’Гал, и в его голосе послышалась усмешка. – И давно ты чинишь боевых големов, нэк?

– В часах тоже шестерёнки. И если подумать…

– Отлично, – Арах довольно потёр ладонями. – Есть доброволец.

Зуг’Гал фыркнул так, что у волчонка уши прижались.

– Быстрее решайте, кто из вас лезет, – он ткнул пальцем в меня и Араха. – Или вы серьёзно думаете, что если нам невероятно повезёт и получится не только запустить эту махину, но и понять, как ей управлять, то я доверю мех самке?

Талли опустила глаза, но ничего не сказала.

Учитель был прав: доверять управление такой махиной кому попало – это верх безумства. Но если старый гоблин был просто против девчонки, то я категорически не желал видеть в кресле пилота Араха. Давать этому проныре такую мощь… нет уж.

Я оставил двуручник, оперев его на стенку ближайшей печи, и начал взбираться по скобам. Металл под пальцами казался ледяным.

Сверху было отлично видно, как Арах водит хороводы вокруг стального исполина. Гоблин то и дело задирал голову, щурился и простукивал когтями силовые приводы, сплетающиеся в сочленениях в некое подобие сухожилий.

– Учитель, вы точно уверены, что это боевой механизм, нэк?

– Разумеется, я уверен, – отрезал Зуг’Гал.

– Просто, несмотря на внушительные размеры, мех не выглядит надёжным. Посмотрите, какие хлипкие жилы! – гоблин пренебрежительно скривился, указывая на левое предплечье машины. – Толщиной всего в половину пальца. Если тяжести тягать, то ещё куда ни шло, но для серьёзного боя этого явно недостаточно. Ему ведь в первой же стычке повыдирают руки, нэк.

Я как раз добрался до уровня груди меха и застыл, разглядывая пучок тех самых «жил». Они действительно казались тонкими, но при этом отливали странным, холодным серебристым блеском.

– Это мифрил, болван! – старик приложил Араха посохом по макушке, обрывая его рассуждения. – Каждая такая нить способна выдержать вес десятка гружённых обозов и не растянуться ни на волосок.

Арах обиженно сопел, потирая ушибленное место. Я же, подтянувшись на очередной скобе, остановился.

– Эй, Менос! – донеслось снизу. – Ты там заснул, нэк? Или уже разобрался в управлении?

Я моргнул, выныривая из мыслей, и посмотрел вниз. Зуг’Гал стоял, задрав голову, и сверлил меня взглядом. Рядом с ним топтался Арах, тоже пытавшийся разглядеть, что происходит наверху.

– Нет, – крикнул я. – Пока нет.

– А тогда какого демона ты уши развесил⁈ – отозвался старик. – Полезай дальше, нэк!

Я и правда завис, когда услышал про мифрил.

Сложно было оторвать взгляд и не смотреть на тонкие серебристые нити, что тянулись от плечевого сустава к локтю. Раньше я только слышал об этом металле. В Зергшаме старики рассказывали о нём как о чём‑то из легенд, вроде драконов и летающих городов.

Говорят, даже простой меч, изготовленный из мифрила, стоит дороже, чем артефактное оружие шестой, а то и седьмой орбиты. И это не просто цена. Такой клинок способен разрубить практически любую броню – даже зачарованную. И он никогда не затупится.

А доспехи из этого сплава… это вообще отдельная история.

Говорят, они играючи выдерживают прямые атаки большей части стихий рунной магии. Огненные шары, ледяные копья и даже молнии – всё это просто стекает по мифриловой поверхности, не причиняя вреда тому, кто внутри. Магия рассеивается, теряет силу, не в силах пробить защиту.

Я перевёл взгляд на другие сочленения. Плечи, локти, запястья – везде одно и то же. Тонкие, изящные серебристые жилы, опутывающие суставы.

Старик абсолютно прав – гномы не просто построили машину, они создали нечто, во что вложили целое состояние.

– Менос! – рявкнул снизу Зуг’Гал. – Ты меня слышишь, нэк⁈

– Слышу, – отозвался я, с трудом отрывая взгляд от мифриловых нитей.

– Тогда лезь дальше! Времени у нас навалом, но не настолько, чтобы ждать пока ты вдоволь налюбуешься мехом.

И я полез дальше.

– Если не получится запустить голема, наберём хотя бы мифрила, нэк, – глаза Араха горели алчным огнём похлеще факела.

Старик тяжело вздохнул и лишь покачал головой.

– Не получится? – догадался Арах.

– Конечно же нет, – хмыкнул Зуг’Гал. – Или как ты себе это представляешь? Думаешь, что сможешь просто отломать кусок мифрила голыми руками?

Арах снова засопел и с надеждой покосился на серебристые нити, что поблёскивали в сочленениях меха.

Я же тем временем добрался до кресла.

Оно было именно таким, как я запомнил ещё в прошлый раз, когда разглядывал мех снизу. Но сейчас, вблизи, детали проступали чётче.

Широкое, массивное, обтянутое потемневшей кожей, кое‑где потрескавшейся от времени. Края сиденья были усилены металлическими полосами, намертво впаянными в каркас. Спинка поднималась ровно настолько, чтобы удобно устроиться коренастому гному, а мне она доходила примерно до лопаток.

Подлокотники – отдельная история. В них, как в каком‑то чудовищном органе, были вмонтированы десятки рычагов. Короткие и длинные, тонкие и массивные, с набалдашниками из почерневшей бронзы и без. Некоторые торчали вверх, другие были опущены вниз, третьи вообще откинуты в стороны. И на каждом едва различимые символы, стёртые тысячами прикосновений.

Перед креслом, на уровне груди, располагалась панель. Шкалы, циферблаты, какие‑то индикаторы. Стекло на некоторых треснуло, но в целом сохранилось удивительно хорошо. Под панелью – ещё ряд рычагов, помельче, и две педали у основания.

Впечатлённый увиденным, я даже присвистнул.

– Ну что там? – донёсся снизу голос Зуг’Гала.

– Выглядит сложно, – крикнул я в ответ. – Даже очень сложно.

– Разберёшься?

Я смотрел на десятки рычагов, циферблаты и шкалы и понимал: даже если каким‑то чудом получится запустить эту махину, управлять ей… Гномы потратили годы, чтобы научиться водить такие штуки. А у меня сколько будет времени? От силы пара часов.

И в какой‑то момент я поймал себя на мысли, что почти надеюсь, что мех не запустится. Тогда не придётся винить себя за неудачу в освоении управления.

– Я попробую.

И тут меня кольнуло воспоминание.

– Учитель, – крикнул я, не оборачиваясь. – А система безопасности? Помните, вы что‑то говорили про воров?

Снизу донёсся скрипучий смех. Зуг’Гал смеялся редко, но сейчас, судя по звуку, мой вопрос развеселил его от души.

– Менос, – прокашлявшись, отозвался он. – Ты правда думаешь, что гномы оставляли мех посреди леса, где его могли украсть? Это боевая машина. В подземелье. Которое принадлежало им.

– То есть никакой защиты нет?

– А то, нэк, что если бы здесь была система безопасности, ты бы давно уже помер.

Я глубоко вздохнул и опустился в кресло.

И ничего.

Я выдохнул. А чего я, собственно, ожидал? Что махина сразу оживёт, стоило мне сесть?

– Ну что там? – донёсся снизу голос Зуг’Гала.

– Пока ничего, – крикнул я в ответ.

– Дёргай рычаги, нэк. Не стесняйся.

– Куда вы, учитель? – послышался голос Араха.

Ясно. Старик решил отойти на безопасное расстояние, чтобы я ненароком не размазал его тонким слоем по каменным плитам.

Я потянул ближайший рычаг – короткий, с бронзовым набалдашником. Он поддался с лёгким скрежетом, но ничего не произошло. Попробовал другой, но уже длинный и изогнутый. Тот же результат.

Рычаг за рычагом я смещал их в стороны, вытягивал вверх или вдавливал, утапливая по самую рукоять, но ничего так и не происходило.

Я уже начал думать, что дорогущий голем не просто так оказался здесь брошен.

Всё‑таки, как любит повторять учитель, во вселенной нет ничего абсолютного, а значит и сверхнадёжные механизмы гномов могут ломаться и выходить из строя. Но затем моя ладонь легла на рычаг, расположенный чуть глубже остальных и под пальцами что‑то щёлкнуло.

Передняя панель дрогнула.

Я отдёрнул руку, но было уже поздно. В центре, прямо перед креслом, там, где раньше была лишь гладкая поверхность, начала расходиться узкая щель. Металлические створки бесшумно разъехались в стороны, открывая небольшое углубление.