Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ангер Лиза - Страница 256

Непонятно, кто в опасности, я или он. До смешного короткий срок, чтобы добраться туда в час пик. Ни Шарпа, ни копов, словно мы актеры в плохом криминальном сериале.

Однако сейчас меня волнует только то, что он готов рассказать. Поэтому я объезжаю три полуприцепа и втискиваюсь на парковку между двумя белыми фургонами, потрепанными жизнью, состоявшей из сомнительных перевозок и доставок. Если верить моим часам, я опоздала на десять минут, когда постучалась в дверь с номером 212.

Ответа нет. Я гадаю, не валяется ли Брандо, умудрившийся встретить смерть раньше сестренки, в луже крови, показывая судьбе средний палец. Я стучу еще раз, и дверь распахивается.

Глаза Брандо налиты кровью, то ли от алкоголя, то ли от слез, может быть от того и другого.

Он втаскивает меня внутрь за локоть и запирает дверь на засов.

Вспышки. Шелби, проглоченная больничной койкой, подключенная к капельнице. Джесс Шарп с безумным лицом, вода хлещет через край ванны, словно водопад. Мама качает головой над хрустальным шаром. Ничего хорошего. Я вытаскиваю телефон из рюкзака, тыкаю в экран.

– Серьезно? Решила позвать подмогу?

Брандо хватает телефон, отключает и бросает в раковину. Дверь туалета с грохотом распахивается.

Я из последних сил пытаюсь сохранить бесстрастное выражение лица. Напоминаю себе, что родилась с оружием помощнее, чем все пистолеты в этой комнате.

Напарник Брандо, который выскакивает из туалета, невысок, с брюшком, средних лет. От шеи и вниз на нем полосатая рубашка со стойкой, брюки цвета хаки и дорогие, но поношенные мокасины. Профессионал. Похититель Лиззи. Я знаю это интуитивно.

Выше шеи на нем оранжевая лыжная маска, одна прорезь для глаза перекошена. Брандо опустил все свои дешевые жалюзи, поэтому деталей не разглядеть. Лампочка в углу отбрасывает слабый треугольник света.

Чуть ниже того места, где насос качает мой адреналин, я ощущаю смутную благодарность. Этот человек не хочет, чтобы я видела его лицо. Возможно, он не собирается меня убивать?

Он хватает один из пистолетов со столика, рассыпая карты по полу. И направляет его мне в грудь.

Сердце пускается в бешеный галоп. В чем причина паники? Однажды психотерапевт задал мне, двенадцатилетней, этот вопрос, словно беседовал с Сартром.

– Что за дела, чувак? – орет Брандо. – Я сказал, чтобы ты не трогал мое оружие.

– Мои соболезнования твоей утрате, – обращается ко мне мужчина в маске. – Мне нужен дневник твоей матери.

Если бы тот психотерапевт сейчас был тут, я спросила бы его, был ли он когда-нибудь под прицелом? Слышал ли, как призрачная девочка рядом с тобой, словно на пижамной вечеринке, всю ночь зовет маму, а потом ты видишь, как безликий незнакомец швыряет ее в бездну глубиной в десять лет и тысячу миль. Я сказала бы ему, что паника – это хаос, а страх – адреналин, но ни то ни другое тебя не спасет. Я сказала бы ему, убирайся к черту из моей головы.

– Нет никакого дневника, – говорю я. – Я его выдумала.

– Брандо, помоги ей вспомнить, куда она положила дневник.

Его голос приглушен маской.

– Я говорил тебе, что не подхожу для таких дел, – заявляет Брандо. – Что на шоу она блефовала. Я привел ее сюда, чтобы ты убедился, она такая же безобидная, как ее мамаша. Отпустим ее сейчас? Могу я получить свои деньги? Их хватит на три сеанса химиотерапии.

Последняя часть специально для меня. Оправдание в надежде, что я куплюсь. Даже смешно.

Мужчина в маске задыхается, дергает за отверстие для рта. Если он сорвет маску, начнется совсем другая игра.

Мне нужно спешить.

– Зачем ты похитил Лиззи? – спрашиваю я. – Она жива?

Мне нужно знать, будет ли он изворачиваться.

– Не провоцируй его, ладно? – Брандо встревожен. – Может, погадаешь ему бесплатно? Чувак, она может предсказывать будущее. Держу пари, в этом деле она даже лучше мамаши.

– Я тебе погадаю, – соглашаюсь я. – Только ты должен опустить пистолет, чтобы я взяла тебя за руку.

– Давай, – рычит он.

– Так это работает, – уговаривает его Брандо. – Она к чему-нибудь прикасается. А потом что-то говорит.

Это не всегда так.

– А мы сделаем так, – рычит мужчина в маске. – Я не буду опускать пистолет, а еще мы будем держаться за руки. Брандо, толкай ее сюда.

Брандо колеблется, прежде чем подтолкнуть меня вперед. Мужчина в маске хватает меня за руку, разворачивает, прижимаясь грудью к моей спине и приставляя пистолет к шее. Его теплое дыхание отдает кофе.

Теперь я стою лицом к Брандо. На его лице написано раскаяние.

– Делай свой лучший выстрел, Вивви Буше, – приказывает мужчина в маске. – Прежде, чем я сделаю свой.

– Я не могу… трудно быть медиумом… с пистолетом у горла.

Снова неправда.

Образы мелькают так быстро, что их трудно разобрать. Но среди них нет лица мужчины, которое прячется под маской.

– А ты постарайся, – говорит он.

– Сегодня с утра ты выпил четыре чашки кофе, – выпаливаю я. – Ты боишься летать. Ты ненавидел свою мать.

Мужчина в маске швыряет меня на стул. Теперь пистолет направлен мне в голову.

– Скажи ему что-нибудь… позитивное… ну, ты понимаешь, о нем самом, – умоляет Брандо.

– Ты похитил Лиззи и посадил ее в серую машину, – яростно выпаливаю я. – Арендовал ее в месте, название которого начинает на «А».

– «Авис», Аламо, нетрудно догадаться. Я ненавижу свою мать. Тоже мне редкость. Не хочу умереть в крутом пике? Что, черт подери, в этом особенного?

– Ты сказал Лиззи, когда сажал ее на заднее сиденье, что поведешь ее есть мороженое с горячей помадкой.

Молчание.

– Очень горячей помадкой. Торт-мороженое. С присыпкой. Без вишни.

– Ты думаешь, я все это помню?

– Я думаю, ты помнишь каждую секунду того дня.

– Вероятно, Астерия записала в своем дневнике каждое гребаное слово, которое я ей сказал.

– Нет никакого дневника.

– Я не похищал Лиззи. Я просто выстроил ее жизнь заново. Я имел на это право.

Вот оно.

– Отдай. Мне. Этот. Дневник. – В его голосе растущая паника.

Брандо тоже это слышит. Время с шипением сдувается.

Я предугадываю движение Брандо, решившего взять все в свои руки, прежде чем он его совершает. И мужчина в маске тоже угадывает. Теперь его пистолет направлен на Брандо.

В моей голове мелькает лицо Шелби, хрупкая жемчужинка, покоящаяся на больничной подушке.

Я не думаю. Я встаю у него на пути.

Пуля, словно раскаленный кинжал, свистит рядом. Моя голова откидывается к стене.

Брандо стоит у карточного стола и шарит по нему рукой в поисках пистолета.

Второй выстрел. Третий. Человек в маске оседает на пол, пистолет, словно черепаха, переворачивается.

Я смотрю похитителю Лиззи глаза в глаза, наши щеки прижаты к грязному линолеуму. Его веко дергается, словно он не может решиться, сдаться или умереть. Кровь заливает пространство между нами. Уродливое темное пятно расползается по его оранжевой нейлоновой маске.

Моя кровь? Или его?

Всхлипывая, Брандо переворачивает меня на спину.

Позади нас с грохотом распахивается дверь. Голос Шарпа. Он отталкивает Брандо, хватает его за шею.

– Эй, чувак, – говорит Брандо. – Тебе нужен не я, а парень на полу.

– Мне насрать. Пистолет сюда. На пол лицом вниз.

Шарп стоит надо мной на коленях, орет в рацию и умоляет меня не отключаться. Он откидывает волосы от моего лица, розовый пот капает с моей головы ему на рубашку.

– Ты выключил воду? – бормочу я.

– Не разговаривай, – приказывает он мне.

Еще одна тень заслоняет свет от входной двери. Испуганное лицо Майка внезапно оказывается в нескольких дюймах от моего лица.

– Вивви, Вивви.

Мое имя звенит у него во рту, как хрусталь. Я хочу заверить их обоих, что со мной все в порядке. Но губы отказываются шевелиться.

– Я с ней разберусь, – рычит Шарп на Майка. – А ты займись теми двумя.