Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ангер Лиза - Страница 570

Пойду-ка я в интернет и закажу Джасперу хорошего чая. Хоть какая-то от меня будет польза.

В жизни есть кое-что еще, кроме расследований убийств, хотя расследовать убийства, конечно, очень весело. Но иногда, знаете ли, надо помогать людям, пока те еще живы.

Мне никогда не стать такой, как Элизабет, но и ей никогда не стать такой, как я. Возможно, у каждой из нас свое предназначение.

Пусть Алан машет хвостиком, а Ибрагим разгадывает шифры.

Ибрагим вносит поднос с тремя чашками. Кендрик и Тия лежат на полу и раскрашивают планеты в раскраске Кендрика.

— Я сказал, что это детский сад, — говорит Кендрик и смотрит на Ибрагима снизу вверх. — Но Тия ответила, что любит раскрашивать.

— Нам давали раскраски в тюрьме, — поясняет Тия. — Все их очень любили.

— Я сварил себе три горячих шоколада, — говорит Ибрагим, — но мне кажется, три слишком много для одного. Могу поделиться, если кто-то хочет пить.

Кендрик и Тия вскакивают. Тия выглядит намного моложе, чем в день своего приезда. Глядя на них с Кендриком, Ибрагим понимает, что Тия еще ребенок. Он не знает, какие у Конни планы на эту девушку, но он не допустит, чтобы она плохо на нее повлияла. У Тии может быть совсем другая жизнь.

Ибрагим садится на диван. Кендрик присаживается рядом. Тия устраивается в кресле, подбирает ноги и тянется за чашкой.

— Надо же, как ловко Элизабет разгадала шифр Холли, — говорит Кендрик.

— Мне нравится думать, что я тоже приложил к этому руку, — замечает Ибрагим.

— И дедушка, — кивает Кендрик. — Вы все помогали. Весь Клуб убийств по четвергам.

— В тюрьме тоже был Клуб убийств, — вспоминает Тия. — Только они убивали людей. А ваш клуб чем занимается?

— Мы расследуем убийства, — говорит Ибрагим. — И у нас даже неплохо получается.

— Например, убийство Холли? — спрашивает Тия.

— Угу, — бормочет Ибрагим.

Вообще-то, он не хочет разговаривать с Тией об убийствах: это противоречит его плану увести ее с преступной дорожки. Но в то же время ему нравится говорить об убийствах, и он уже проболтался, так что поздно что-то менять. Ей уже известно о взрывчатке, деньгах и кодах.

— Значит, у Холли половина кода, а у этого Ника Сильвера — вторая половина, шесть цифр? — спрашивает Тия.

— Именно, — кивает Ибрагим.

— Выходит, Ник Сильвер ее и прикончил, — говорит Тия. — Дело закрыто. Ваш горячий шоколад просто пушка.

— Или так, или кто-то убил их обоих, — рассуждает Ибрагим. — О Нике Сильвере со свадьбы никто не слышал. Не считая тех сообщений, а они явно не от него.

— Холли умирает; Ник исчезает. Готова поспорить, что ее убил он, — говорит Тия.

— Я тоже готов поспорить, — кивает Кендрик.

— Ты теперь соглашаешься со всем, что говорит Тия, Кендрик? — дразнит его Ибрагим.

— Да, — отвечает Кендрик; его невозможно задеть.

Ибрагима клонит в сон. Он чувствует себя счастливым. Должно быть, так ощущают себя семейные люди.

— Откуда вы знаете, что сообщения не от Ника? — спрашивает Тия.

— Я тебе их покажу, — говорит Ибрагим, — и ты поймешь.

Он достает распечатку переписки и протягивает Тии. Та читает.

— Ник говорит иначе, — замечает Ибрагим, — и не знает самых простых вещей о своем лучшем друге.

Тия читает, а Кендрик встает с дивана и садится рядом с ней в кресло. Они умещаются в кресле вдвоем. Двое детей. Одна убегает от чего-то — от чего, Ибрагим пока не знает, — другого нужно защищать от проблемы, которая Ибрагиму очень хорошо знакома. Они читают сообщения; Кендрик кладет голову Тие на плечо. Долго ли он еще пробудет ребенком? Скоро ли этот умный мальчик станет взрослым? Сколько еще времени пройдет, прежде чем он научится завязывать шнурки, а его сердце покроется шрамами? Прежде чем его голос изменится, он начнет стесняться девчонок и уже не захочет лежать на полу и раскрашивать картинки?

— Так никто не разговаривает, — отвечает Тия, перечитав сообщения. Кендрик кивает.

— Я же говорил, — произносит Ибрагим. — Мы с Элизабет сто раз это перечитали. Непонятно, кто отправил эти сообщения, но одно ясно: это не Ник Сильвер.

Тия кивает и снова принимается читать. Ибрагиму хочется укрыть этих детей от всего мира. Спасти Кендрика от отца, а Тию — от ее неприятностей. Тия что-то показывает Кендрику. Они могли бы быть братом и сестрой. Ибрагим, кажется, засыпает. Ибрагим, Кендрик и Тия — трое потерянных детей. Разумеется, нельзя спасти никого от мира, можно лишь…

— Но вы же это видели? — говорит Кендрик, и Ибрагим, вздрогнув, просыпается.

— Что?

— Вы это видели? — повторяет Кендрик. — Вы с Элизабет? Вы же это видели?

— Что мы должны были увидеть? — спрашивает Ибрагим.

Тия протягивает ему распечатку:

— Сколько раз вы перечитывали эти сообщения?

— Пару раз, — отвечает Ибрагим. О чем это она? — Ну, может, раз пять. Не больше. Или двенадцать.

Тия склоняет голову и смотрит на него.

— И вы ничего не заметили?

Ибрагим думает, что ответить, но ответ не находится.

— Эти сообщения прислал Ник Сильвер, — говорит Кендрик.

— Это малове…

— Вы правда не видите? — спрашивает Тия.

— Я… — Ибрагим не знает, что сказать. — Я понимаю, о чем вы, но буду благодарен, если вы объясните.

— Ник Сильвер жив, — отвечает Тия. — И он хочет вам кое-что сказать.

За свою долгую карьеру Элизабет научилась принимать помощь из любых источников. Она знает, что быть придирчивой не стоит. И все же сейчас она очень хочет догадаться, что же заметили Тия и Кендрик, прежде чем те ей об этом скажут. Она наблюдает, как Ибрагим тоже склонился над распечатками.

— Невидимые чернила? — предполагает Джойс.

— Ну какие невидимые чернила, Джойс, — огрызается Элизабет, а сама внимательно вглядывается в бумагу: а вдруг правда невидимые чернила?

— Если сложить первые буквы каждого сообщения, получится ПВНЭГП, — замечает Ибрагим. — Дайте мне немного времени, и я…

Кендрик поднимает палец:

— Прерывать взрослых нехорошо, но вы не могли бы прочесть сообщения вслух?

— Можно я? — вызывается Джойс.

— Уверен, у вас хорошо получится, — отвечает Кендрик.

— Все прочитать?

— Да, по очереди, — говорит Тия. — Сможете?

Джойс смотрит на распечатки, затем — по очереди — на Элизабет, Ибрагима и Рона. Она наслаждается своей ролью.

— «Я один, со мной все в порядке», — повторяет Тия. Джойс читает дальше.

— «Привет семье», — говорит Кендрик.

— «Скоро опять поговорим…» — произносит Тия. — Ну что, еще не догадались?

«Не догадались, — думает Элизабет. — Интересный фрукт эта Тия. Откуда она взялась?»

Джойс читает дальше:

— «Я едва спасся…» — повторяет Кендрик.

Элизабет замечает, что Ибрагим сидит, высунув язык и приготовив текстовыделитель.

Кендрик показывает Джойс два поднятых вверх больших пальца.

— Вы прекрасно читаете, Джойс, — говорит он.

— «Опять в игры играешь?» — многозначительно произносит Тия.

— «Мы почти семья», — заключает Кендрик.

— Ну вот, собственно, — говорит Тия.

— Ну что, дедушка, догадался? — спрашивает Кендрик.