Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ангер Лиза - Страница 718

Чтобы отблагодарить членов труппы, занимавшихся сборами, он велел купить сакэ и устроил в гримерке импровизированный пир, в результате еще до наступления сумерек изрядно захмелел и вместе со всеми заснул прямо там. А когда очнулся, время подходило к десяти часам, тогда он тихо выбрался и вернулся домой. Кроме прочего, он подчеркнул, что ни гроша не получает от театра, и при этом настолько ему предан, что даже сам финансирует эту деятельность. Таковы были показания Оямады.

Его показания подтвердили и другие члены труппы. Он действительно устроил пирушку, на которой все вместе пили, и в конце концов, изрядно перебрав, свалился спать прямо в гримерке. Впрочем, вскоре после него напились и остальные актеры, большинство из которых круглый год жило в самом театре, не имея своего жилья. Так что о происходившем дальше никто толком не знал.

Синдзюро, показывая сундук, в котором перевозили тело, спросил:

– Среди вещей вашей театральной труппы такого предмета не наблюдалось?

– Старенький сундучок, м-да. У меня на первых гастролях были в основном новые вещи, а таких я не видел. Но вообще сундук такой формы артисты используют часто, так что, возможно, это принадлежит какому-нибудь соседнему театру.

– Это правда, что Накахаси в прошлом артист, а Юмэноскэ – дочь другого театрала, с которым они поехали в Америку?

– Удивительно, что такой всеведущий человек как Юки Синдзюро не в курсе этого. Почитайте, пожалуйста, книгу «Заметки об артистах», раздел «Кавадоми Санъёкити». Она должна быть в магазине книг напрокат[514], что напротив полицейского участка.

Синдзюро действительно заказал эту книгу в магазине. Необходимо было разузнать информацию о пропавшем Накахаси Эйтаро. Статья, опубликованная в книге, оказалась еще более неожиданной, чем он предполагал. Вот что она поведала:

Кавадоми Санъёкити. Акробат. На 4-м году[515] Мэйдзи по приглашению американца Харримана отправился в США. С ним поехали также:

Акробат. Санъёкити. С ним жена – Хана.

Виртуоз кручения волчка. Мацуи Киндзи. С ним жена – Коман. Дочери: Фуку, восемь лет (она входит внутрь волчка во время номера), Цунэ, пять лет. Сын Рёити, новорожденный.

Акробат. Умэноскэ. Фокусник-тэдзума[516]. С ним жена – Янагава Котё. Падчерица: Ясу, пять лет.

Канатоходец. Хамасаку. С ним младшая сестра – Кацу. Играет на сямисэне. Дочь Кацу: Суми, четыре года.

Акробат-кёкумоти-асигэй[517]. Кэйкити. Вместе с ним в номере: Миёси. Ассистент Сантаро. С Кэйкити жена – Мицу. Сын Сандзи, три года. А также: Матакити. Флейтист. Томацу. С ним жена – Року. Дочь Аки, шесть лет. Сын Кунитаро, два года. Барабанщик-танцовщик. Сёити. С ним жена – Бон. Сын Умакити, новорожденный.

Фокусник-тэдзума. Янагава Тёхати. С ним жена – Кинтё, тоже фокусник-тэдзума. Дочь Фуку, три года.

Одиннадцатого апреля судно отправилось из Йокогамы. В ходе гастролей по всей стране и выступления в Сан-Франциско в конце того же года их спонсор выказал недовольство численностью членов семейства Санъёкити, поэтому было принято решение оставить только тех, кто участвовал в выступлениях, остальных посадить на корабль и отправить домой. Санъёкити разозлился, задумал убить спонсора, нанес ему сильные увечья, а когда его схватила местная полиция, покончил с собой. Пока все пребывали в растерянности, акробат Умэноскэ, будучи сообразительным человеком, создал новую труппу, во главе которой поставил Тёхати, а сам присоединился к местной торговой компании, чтобы научиться бизнесу. В это время он развелся с женой Янагавой Котё и, сблизившись с давно восхищавшейся им вдовой Санъёкити, покинул труппу. Кацу, младшая сестра Хамасаку, которая также разделяла романтические чувства к Умэноскэ, так сильно обиделась на него, что попыталась покончить с собой, но у нее не вышло. Умэноскэ, настоящее имя Эйтаро, ныне глава торговой компании «Накахаси» и один из ведущих деятелей в мире торговли. Тёхати возглавил труппу и объехал всю Южную и Северную Америку с выступлениями, но, претерпев множество лишений, умер на чужбине в Бразилии. Это произошло на 7-й год[518] Мэйдзи. Оставшаяся часть труппы окончательно распалась, Киндзи, Кэйкити и другие вернулись на родину, в то время как многие из тех, кто остался, погибли или их судьба осталась неизвестной. Котё вышла замуж за чернокожего мужчину, присоединилась к цирковой труппе с лошадьми[519], гастролировала по Европе и Америке в течение семи-восьми лет, но затем ослепла, была оставлена своим мужем и под опекой дочки Ясу вернулась на родину. Кацу и ее дочь Суми, благодаря усилиям Умэноскэ, смогли вернуться домой раньше остальных, что, возможно, было попыткой Умэноскэ частично загладить свою вину. Однако нелегкий путь рано или поздно утомляет. Через некоторое время после возвращения в страну Кацу заболела и скончалась. Суми была воспитана своей тетей Умэдзавой Умэко, и в настоящее время носит имя Умэдзава Юмэноскэ[520] и является известной красавицей театра на мечах онна-кэнгэки.

Воистину удивительная статья. Значит, мать Юмэноскэ – Кацу – в период театральной деятельности Накахаси была одной из его любовниц, а обидевшись на бессердечность того, предприняла безуспешную попытку самоубийства. Однако еще более удивительной является история Янагавы Котё, которая вышла замуж за чернокожего, стала выступать в цирке с конями, ослепла и была брошена мужем. Она-то, видимо, и была настоящей матерью служанки Хисы – Ясу. Неудивительно, что Накахаси давал им небольшую финансовую поддержку, обеспечивал скромную жизнь, ведь Котё когда-то была его женой, а приемная дочь в детстве даже называла Накахаси папой.

Синдзюро на некоторое время погрузился в раздумья, а затем позвал Ясу.

– В каком возрасте ты вернулась из Америки? – ни с того ни с сего спросил он, удивив Ясу.

– Когда мне было тринадцать лет, – ответила она тоненьким, как у комарика, голоском.

– Ты помнишь среди гастролировавших тогда по Америке девочку по имени Суми, которая была младше тебя на год?

– Помню. Это была дочка тети Кацу, игравшей на сямисэне!

– Верно. А ты не знала, что эту девочку теперь зовут Умэдзава Юмэноскэ?

Ясу застыла, вытаращив глаза.

– Нет! Не замечала. А ведь действительно ее лицо казалось мне знакомым. Мы вместе играли, когда нам было по шесть-семь лет.

Тогда он позвал Юмэноскэ и спросил, не помнит ли она Ясу, та покачала головой и ответила отрицательно. Она, вероятно, была слишком маленькой в то время, чтобы что-либо запомнить.

Далее привели Цунэми Кимиэ. И она рассказала следующее.

Она покинула Хонго после обеда. В шестой квартал прибыла около часу дня. Около двух часов увидела Арамаки, последовала за ним до Хирю-дза, где в отчаянии плеснула в него серной кислотой и скрылась. Весь последующий день был проведен ею в страхе, что за ней следуют детективы, она ни на секунду не могла расслабиться и боялась, что если вернется домой, то там ее будет поджидать полицейский, потому бродила повсюду, но где именно – до сих пор не очень хорошо помнит, и все же в конце концов, после того, как она поубивала время в каком-то незнакомом театре, вернулась домой поздним вечером. Все это Кимиэ рассказала сама, ее показания выглядели как полный бред, но для человека, убегающего от наказания, это вполне естественная реакция психики.

Синдзюро повторно позвал Арамаки.

– Ты раньше говорил, что Юмэноскэ вроде как понимала, что ты женишься на Хисе, но Юмэноскэ утверждает обратное. По ее словам, вы с ней собирались обручиться, а Хиса якобы тебя отвергла.

– Нет. Ничего подобного. Мы с Хисой договорились, что она поедет за мной на Сикоку. Просто мы обсуждали, когда и как это сделать лучше.